Читаем без скачивания Хранители жемчужного жезла - Вольфганг Колльберг

Клининг почтительно поклонился:

— Я чувствую себя польщенным, Овангар, сын мудрого гроссмейстера белой магии Захантрусмы и носитель пояса Туландероны. Могу я приветствовать тебя от имени нашего общего друга и учителя Талы?

Овангар был поражен и глубоко тронут: этот кроха в своем огромном красном колпаке тоже ученик легендарного волшебника Туландероны, одного из старейших и величайших магов всех времен! Сам канцлер уже долгое время не поддерживал связей со своим почтенным учителем Талой.

— Тулан деро на Тала нех Вадили масур? — обратился он к крошечному собрату.

— Hex зеханда мекскуландей са кхан! — Клининг улыбнулся, задрал свою рубашку, и все увидели, что его штаны тоже подвязаны тоненьким, ослепительно белым пояском Туландероны.

Канцлер Овангар и иллантин из Ольгурсама обеими руками прикоснулись ко лбу, потом к сердцу и поклонились друг другу с глубочайшим уважением.

Вальмин уже не знал, что и думать: выходило, что их Клининг, веселый, часто склонный к легкомысленным колдовским фокусам, их иллантин, относится к когорте величайших магов мира. Ну разве не чудо!

Оберона же это обстоятельство тревожило: похоже, подчинить страну малышей будет не так просто. Как ни мал иллантин, в могуществе он явно равен Овангару, а может, и превосходит его. И потом, Оберон слышал от отца, что маги Туландероны превыше всех других интересов ставят солидарность друг с другом. Овангар не пойдет против Клининга — вот в чем загвоздка.

В этот момент Оберон краем глаза заметил движение Лаурина: рука короля гномов скользнула под плащ. Под перевязью меча и шитой золотом рубашкой он нащупал пояс Туландероны, о котором не знал никто, даже Тала, единственный Хранитель Посвящения. Лаурин получил Посвящение в глубокой древности, будучи юнцом, в разгар битв за власть над миром. Никто из тех, кто вместе с ним принял Посвящение, не выжил в решающей битве. Тогда король гномов собрал все тайные записи, освященные гением великих мастеров — магов древней Туландероны. Они лежали, надежно спрятанные, в тайнике его обширной библиотеки. Тулан деро на Тала нех Вадили масур? Hex зеханда мекскуландей са кхан! Что там себе вообразили эти два болтуна Овангар и Клининг и не в последнюю очередь сам Тала? Все они жалкие новички, ничего не смыслящие в тайнах Туландероны. Вакс кана тиз малюб зеба тим! Есть Сила могущественнее, чем могут себе представить все здесь собравшиеся. И он, Лаурин, состоит в связи с этой Силой.

Король гномов заметил недоверчивый взгляд Оберона и вынул руку из-под плаща.

— Клининг из Ольгурсама, могу я просить вас представить ваших спутников? — при этом Оберон посмотрел на Олли, который жгуче интересовал его. Откуда появился этот чудесный юноша, с которого королева, да и все в зале, не сводят глаз?

— С удовольствием, государь. Вот это — Вальмин, один из лучших моряков (о том, что Вальмин еще и величайший пилот, он умолчал: королю фей не обязательно знать, что они могут летать).

— Вальмин из Монтегарда, государь, — Вальмин выступил вперед и поклонился.

— Этот молодой человек — Вугур, наш викинг.

Северные тролли, услышав такое, прямо покатились от хохота: викинг! Да откуда они явились?!

— Вы имеете в виду — викинг, плавающий по лужам! — Нельсен, тролль из Хардангер-фьорда, просто лопался от смеха.

Вугур представился безо всяких эмоций:

— Вугур из Нерскебаута, государь. Если господа веселые имеют мужество для маленького парусного соревнования, я всегда к их услугам. Завтра в десять у фонтана в вашем прекрасном саду или в любом ином водоеме — озере, море или океане, как пожелают господа тролли.

— Хорошо сказано, Вугур из Нерскебаута. Вы принимаете предложение? — Оберон обратился к троллям.

— А-а-а… Мы ведь не знали, что он из Нерскебаута, Ваше Величество, — в голосе Нельсена звучало неподдельное уважение. — Вугур, мы просим прощения за непочтительность и будем рады выпить с тобой и твоими друзьями пару рогов доброй медовухи за тех, кто в море.

Морские тролли были жесткие, но честные парни, безо всякой зависти признававшие дельных моряков.

Овангар посмотрел на крошку Вугура. Как безобидно выглядел один из знаменитых жителей Нерскебаута! Канцлер до сих пор представлял их огромными дерзкими парнями. Еще бы — самые знаменитые нерскебаутцы с воодушевлением мчались на гребне цунами, как на обычной волне.

— С удовольствием, Нельсен! — Вугур был в восторге: выпить с морскими троллями, а может быть, даже походить с ними под парусом! Сердце крохотного моряка билось сильнее при мысли о таком приключении.

«Это без меня», — подумал Клининг, который чувствовал приступ морской болезни при одном упоминании о морских троллях. Быстро справившись с приступом дурноты, он продолжал:

— Это Вильдо, наш лучший бегун! Может с успехом принимать участие в любых соревнованиях.

«Да-да, кто в это поверит? — думали сверкающие эльфы. — Разве кто-то на этой планете может бегать быстрее, чем мы?»

— Вильдо Беве, Ваше Величество, — он поклонился.

Что касается фей, так он недавно победил Борея. А «Беве» было сокращением от «Бегущий наперегонки с ветром» — прозвища, полученного его предками от богов в Великой битве за мужественную и верную службу в качестве гонцов.

— А вот, Ваше Величество, позвольте представить вам Валентирину.

— Дама-гном? — удивленно и с любопытством наклонился Оберон.

— Валентирина из Валалезьона, Ваше Величество! — Ринхен сняла с головы колпак и тряхнула светлыми локонами, которые рассыпались у нее по плечам.

— Да она прелестна!.. И блондинка! — вырвалось у Оберона.

— Может, я и выгляжу блондинкой, но я совсем не та, за кого вы меня принимаете, государь!

— О!.. — Оберон озадаченно уставился на норовистую девицу.

— Она хочет сказать, что стоит любого мужчины, Ваше Величество! В любой ситуации — это я могу подтвердить. — Вугур решительно кивнул и вежливо поклонился Ринхен, плутовато улыбаясь.

Титания с удовольствием следила за этим проявлением извечной борьбы полов и втайне радовалась тому, как крохотная девочка-гном «срезала» ее Оберона.

Тот, правда, быстро пришел в себя и обратился к Олли:

— Юноша, а ты кто такой?

— Как я уже говорил, государь, зовут меня Оливер, для друзей — просто Олли.

— Так-так, Олли, — Оберон направил на мальчика свой Священный жезл. — Подойди поближе, юноша. Посмотрим, из какой области моего королевства ты явился.

Весь зал наблюдал за тем, как Хрустальный жезл начал наливаться волшебным светом, свечение превратилось в легкую дымку, которая окутала фигуру подростка. Когда туман исчез, поглощенный Жезлом, король фей, не владея собой, вскочил, воскликнув:

— Ты — человек! Человек!

В Зале фей словно бомба взорвалась. Все толкались, вытягивали шеи, желая рассмотреть мальчика. Еще бы — человек!

— Конечно, я человек. — Олли изумленно огляделся. — А что вас так взволновало?

— Ну, ты молодец! — проворчал Клининг. — Представь, что в твоей школе вдруг объявится один из наглых морских троллей!

— Это произвело бы эффект разорвавшейся бомбы, — решил Олли.

— Точно. Такой же эффект ты произвел здесь, — заключил Клининг.

— Тихо! Я сказал, тихо! Проклятье, еще раз ТИХО!!! — рявкнул Оберон.

Он угрожающе поднял Жезл, и в Зале моментально воцарилась мертвая тишина. Ради богов, только не это! Все с напряжением смотрели на Священный жезл, который опустился, не издав ни малейшего звука. Оберон сел и расслабился. Титания едва заметно покачала головой. Усилившаяся раздражительность августейшего супруга доставляла ей в последнее время много забот.

Оберон снова приветливо и дружелюбно смотрел на человека, который впервые за многие-многие сотни лет вошел в контакт с народом фей. (То, что это визит к народу, не вызывало сомнений. С чего бы человек стал разыскивать горных великанов или гномов?) Жаль, что этот человек оказался всего лишь мальчиком. Но даже такой экземпляр мог бы дать им много полезной информации… Что за дивная рыжая шевелюра! Оберон одернул себя: не время восхищаться цветом волос мальчишки, есть заботы поважнее.

— Я рад после столь долгого перерыва вновь приветствовать человека в Королевстве фей, эльфов и духов.

В зале раздались аплодисменты. Олли учтиво поклонился.

— Разумеется, ты и твои друзья — мои личные гости. Не окажете ли мне честь остановиться в моем дворце? — Вопрос прозвучал скорее как приказ.

Оберон не стал дожидаться ответа, продолжая:

— Хотя… Я все еще не знаю цели вашего визита.

Оберону вся эта катавасия с гномами порядком надоела. Королевство вторые сутки лихорадит, а он все еще не знает, откуда они явились. Тайная служба Овангара с ног сбилась, но все без толку. Не может же он здесь, на глазах у всех, спрашивать у проклятых морковок, откуда они родом! Любой из присутствующих князей, королей и послов может подумать, что он уже не знает, что творится в его государстве.