хотел, чтобы ты мерзла на остановке. Тем более я все успею, я выехал раньше, а перед сеансом до сих пор показывают полчаса рекламы.
- Так ты в кино. На какой фильм идешь? - Я расслабленно откинулась на кресле. Даже ожидание сложного разговора с деканом больше не пугало меня.
- Какая-то романтическая комедия, - Сережа неохотно добавил, - не я выбирал.
- Блин, у тебя свидание! Вот же.
Я даже покраснела от неловкости. Сейчас из-за моего инфантилизма Сережа может опоздать на важную встречу. А все потому, что я сэкономила деньги на такси. Мерзла я, видите ли. Не так уж и холодно, прекрасно бы доехала на автобусе. И потом, я не маленькая, чтобы меня за ручку вели учиться. И если вдруг Фридман из-за меня упустит девушку, то будет очень неприятно.
Я еще раз, будто по-новому, взглянула на Сергея. Можно было догадаться раньше, что он идет к женщине. Даже подстригся накануне, чтобы лучше выглядеть в ее глазах.
- Она хорошенькая?
Спросить я хотела другое, но почему-то вырвалось именно это. Рядом с Сережей должна быть не просто хорошая женщина, нет. Он достоит самой лучшей.
Я молчала, ожидая ответа старого друга. Нет, он бы в жизни не принялся описывать достоинства и недостатки своей пассии, не такой Фридман человек. Но что-то же сказать можно? Почему-то я стала нервничать, а эта тишина в машине нервировала еще больше. Я как маменька, очень неохотно отпускала своего сына во взрослую жизнь. В голову пришел и другой пример. Как собака на сене. Ну что мне в самом деле с Сережиной девушки? Я даже ничего о ней не знаю!
Хотя нет.
Сейчас выяснилось, что она любит романтические комедии.
А Сережа – детективный триллеры в стиле нуар.
И уже это делает их союз в моих глазах невозможным!
Фридман внимательно посмотрел на меня и сказал:
- Приехали, Витаминка.
И точно. За мыслями о чужом счастье я пропустила момент, когда мы припарковались к главному корпусу университета. Сережа нагнулся и лично расстегнул ремень безопасности. Когда его рука коснулась моего живота, я инстинктивно напряглась. И он это заметил.
- Все хорошо?
Я кивнула:
- Немного волнуюсь перед собеседованием. – И постаралась скорее перевести тему на более безопасную: - Спасибо, что подвез. И хорошего свидания, Сереж. С барышней хоть познакомишь?
- Обязательно. Передавай Саше привет.
Кинул он на прощанье, а я еще минуту смотрела на дорогу, будто ждала чего-то.
Мне назначено на два, но я приехала немного раньше. Зная свой топографический кретинизм, была уверена, что не с первого раза попаду в нужный кабинет. И правда, я несколько минут блуждала по пустым коридорам, пока не встретила студентку, готовую помочь.
- Вам к Карпову? Ох, он сегодня не в настроении. Хотя он всегда не в настроении, так что, какая разница, да? Только вы не в то крыло зашли, а так, да, - щебетала она, - третий этаж первый кабинет налево.
Девушка выглядела очень молодо. Черт, она и была молодой, а за счет макияжа и одежды казалась мне скорее дочерью, чем однокурсницей.
И с такими мне придется учиться. Если очень повезет, мысленно поправила себя.
В кабинете декана было темно и пахло пылью. И человек, встретивший меня, тоже казался каким-то запыленным. Он поправил толстые бифокальные очки, и уверенно протянул мне руку.
- Добрый день Игорь Александрович.
- Александр Игоревич, - раздался высокий гнусавый голос.
А я мысленно ударила себя по лбу. Ну, какая я дура! Я же специально посмотрела, как зовут декана моего факультета, и так глупо перепутать! Надежда, что этот светоч науки не обратит внимания на мою ошибку и не будет обижаться, потухла, когда он сказал:
- Вообще-то вы опоздали на четыре минуты.
Не на пять. И не на десять. А именно на четыре, вымеренные с ломбардной точностью въедливым стариком. Я постаралась улыбнуться, чтобы как-то сгладить впечатление от знакомства.
- Мы уже говорили по телефону, вы просили принести диплом и зачетную книжку, я все собрала, вот.
Александр Игоревич не глядя взял из моих рук папку. Он сел за массивный дубовый стол, а я… так и осталась стоять на месте. Все горизонтальные поверхности кабинета были покрыты газетами, книгами и какой-то макулатурой, не то чертежами, не то пожелтевшими от старости рефератами.
- Тема конечно интересная, - протянул он, задыхаясь - но новизна уже хромает.
Это было смешно даже по меркам такого плохого картографа как я. Когда я выбирала тему для защиты, все они звучали одинаково. Одинаково с теми, что были за год до меня и будут через несколько лет после. И сейчас, глядя на хорошо написанный диплом по совершенно проходной теме, я поняла, что меня валят, не допустив до экзамена.
- По телефону сказали, что есть несколько бюджетных мест, - осторожно начала я. – Я могу сдать недостающие предметы в этом семестре и защититься вместе с пятым курсом.
Из-за больших диоптрий глаза декана казались маленькими как две черные пуговки. И сейчас эти бездушные кнопки изучали меня как под микроскопом. А потом он высморкался внутрь себя, то есть всосал носом сопли обратно, и протер лицо платком. Какая гадость…
- А какие гарантии, что вы не передумаете снова? Не хотелось бы повторять прецедент, милая девушка.
Я тяжело вздохнула. Господи, ну заплакать перед ним что ли? Я могу. Я прямо здесь могу, от гормонов меня штормит как лодку в бурю, и слезы готовы пролиться без повода, а сейчас и подавно.
- Гарантий никаких, кроме моего честного слова, - еле выдавила из себя я.
- Ну… - очки взлетели вслед за бровями до самой макушки, а потом медленно опустились на место, - честными словами в магазинах нельзя расплатиться с года так девяноста первого.
Александр Игоревич сделал театральную паузу, во время которой принялся изучать мои бумаги. Он перебирал их своими изнеженными пальцами, которые в жизни не знавали ни топора, ни молотка. Максимум веса, который тот поднимал – Основы Геодезии на шестьсот страниц.
Декан продолжал разыгрывать передо мной спектакль, когда я уже поняла: ему просто нужны деньги! Все сразу изменится, и его отношение, и речи и мои личные перспективы, если я сейчас заплачу. Только вот один нюанс – делать я этого не буду.
Во-первых, потому что нечем. Во-вторых, потому что уже сейчас ясно, как сильно я ненавижу эту специальность. И залезать в долги, для того чтобы дать взятку за
