Пчелкина выпорхнула из машины, останавливаясь возле меня, в состоянии ожидания. Мы направились в сторону подъезда. Полина шла параллельно и все рассматривала, пока мы не вошли в подъезд и не подошли к лифту. Чувствовалось волнение с ее стороны, а я был спокоен, был уверен, что делаю все правильно. Главное ничем не обидеть и не спугнуть. Лифт остановился и мы вошли. Я нажал на кнопку последнего этажа и уловил удивленный взгляд, направленный в мою сторону.
— Последний этаж. Надеюсь, мы не застрянем.
Сказала Пчелкина с улыбкой, видимо вспомнив наше получасовое времяпрепровождение в офисном лифте.
— Я тоже помню тот случай.
— Такое разве забудешь.
Уже смеясь, сказала она и посмотрела на мою реакцию, а я улыбался, как подросток.
Полина.
Я стояла перед массивной дверью в квартиру Вольнова, пока он неспешно открывал замки своей обители. А во мне зарождались два чувства, первое из которых было стеснение, перемешанное с неловкостью. А вторым чувством был безумный интерес увидеть, где моя кошка прожила неделю. Вольнов отворил дверь и пропустил меня вперед. Первое, что кинулось в глаза, просторная прихожая, своими размерами больше похожая на комнату. На полу лежала белая плитка, в которой можно было увидеть свое отражение. Я зашла и встала на краешек коврика, который находился возле двери. Массивный современный шкаф стоял на противоположной стороне, привлекая внимание.
— Полин, можешь еще сделать несколько шагов вперед? А то я так и останусь стоять в подъезде.
Сзади раздался голос Марка.
— Прости.
Я немного сдвинулась и осталась стоять, словно статуя. Вольнов наконец зашел в квартиру, закрывая дверь и разуваясь на ходу. Он сразу снял куртку и прошел в сторону шкафа. А я так и стояла, вглядываясь вдаль, ища глазами кошку. Возле меня приземлились огромные мужские тапочки.
— Полин, ты чего встала, проходи. Давай свою куртку.
Я неуверенно стала расстегивать пуховик и стягивать шапку.
— Я думала, мы заберем кошку и.
— И попьем чай.
Перебил меня Вольнов, протягивая руки к моей верхней одеждой. Я немного помялась и отдала ему, надевая предложенные тапочки, утопая в них. Марк прошел вперед, я незаметно шла за ним, словно шпион на задании, разглядывая обстановку. Стоило только зайти в гостиную, и я мысленно ахнула. Панорамные окна вместо одной из стен. Дизайнерская планировка с камином и лестницей на второй этаж. Все было настолько стильно и дорого. Я подошла к окну, наблюдая за миниатюрным городом с высоты птичьего полета. От такого вида перехватывал дух и все тревоги и переживания уходили на второй план. Я засмотрелась, пока голос Марка не вывел меня из состоянии ступора.
— Пульхерия.
Позвал кого-то Вольнов и я покрылась мурашками с головы до ног. Неужели он не один.
— Пульхерия.
Он позвал еще раз. И я вжала голову в плечи, словно страус в песок, оглядываясь в поисках незнакомки. В голове промчались мысли одна сумасшедшей другой. Как вдруг откуда-то сбоку возникло движение. Точнее это двигалась Пуша в сторону Вольнова, не обращая на меня внимание. Я наблюдала за этой картиной.
— Пульхерия?
Марк взял на руки Пушу, которая сразу положила мордочку ему на плечо и повернулся ко мне, улыбаясь.
— Я решил, что Пуша звучит несолидно. Ты видела, как отзывается?
— Вижу, вы неделю не скучали.
— Еще как.
Я смотрела на эту идиллию и невольно улыбалась. Вольнов подошел ко мне, передавая Пушу- Пульхерию. И ушел в сторону кухни, часть которой соединялась с гостиной. Я прижала своего питомца, соскучившись за эту неделю. Звук посуды послышался со стороны кухни и я опустила, Пушу на пол, направившись на звук. Вольнов стоял ко мне спиной, возвышаясь своим ростом. Спортивная кофта с капюшоном, делала его плечи еще шире, джинсы плотно сидели на бедрах и я засмотрелась. Он обернулся, а мне пришлось быстро взять себя в руки, и отогнать все мысли.
— Полин, ты какой чай будешь?
— Зеленый, пожалуйста.
— Я тогда тоже зеленый выпью.
Он поставил две чашки и заварочный чайник. Прошел к холодильнику и достал оттуда коробку с пирожными, проследил за моим взглядом и невозмутимо поставил на стол.
— Марк, а где можно помыть руки?
Он с большим трудом оторвался от разглядывания пирожных и сказал, следовать за ним. Мы прошли через гостиную, мимо одной из комнат.
— Тут спальня для гостей, нам нужно выше.
И стал подниматься по лестнице на второй этаж. Я шла, сзади раскрывши рот, держась за поручень. Мы поднялись, продолжая свой маршрут мимо комнат, в количестве которых я сбилась. Шла, шаг в шаг за Вольновым, пока мы не подошли к одной из дверей. Помещение, размером в половину моей квартиры, предстало передо мной. Стараясь более спокойно реагировать на всю обстановку, чтобы Вольнов не считал меня полной дикаркой, я вошла вовнутрь. Он оставался стоять в дверном проеме. Я с улыбкой развернулась, поблагодарила и закрыла дверь. И наконец выдохнула, когда услышала удаляющиеся шаги за дверью.
Марк сидел за столом в ожидании меня. На столе уже появились бутерброды с колбасой и сыром. Икры в этот раз не было. Я мысленно поблагодарила его и присела. Видимо Вольнов был настолько голоден, что практически сразу накинулся на все стоящее на столе.
— Полин, угощайся, не стесняйся.
Я кивнула головой и потянулась за пирожным.
— У тебя очень красивая квартира.
— Спасибо, я сам здесь был в роли дизайнера.
Я вопросительно смотрела на Марка, пока он дожевывал бутерброд.
— Я раньше увлекался дизайном интерьеров и тем более умею немного рисовать.
— Поэтому ты сказал, что я ужасно рисую?
Он кивнул головой и потянулся за пирожным. Я в глубине души понимала, что он шутит, но продолжала смотреть. Вольнов расплылся в улыбке.
— Полин, как по мне ты рисуешь очень хорошо, но я видел только эскизы логотипов. Тогда ты попала под горячую руку.
— Да уж попала.
Я снова улыбнулась, отставляя пустую чашку из под чая. Вольнов не переставал подъедать, все, что было на столе. Пуша пришла и села возле его ног. Звонок в дверь раздался так неожиданно, что мы втроем вздрогнули. Марк поднялся и пошел открывать. Из коридора я услышала какое-то недовольство и звук открывающейся двери. Потом звук шагов и мужские голоса, которые приближались все ближе в кухне, но остановились в гостиной. Я притихла, но голос узнала, и притихла еще больше. Это был отец Марка. Вот мне везет, сказала мысленно Пуше, которой уже и след остыл.
— Марк, я вижу, ты уже чувствуешь себя лучше?
— Да, уже как два дня без костылей. Как дела на фирме?
Голоса стали приближаться и Марк
