— Вот! Отлично, ребят! Отлично! — Порядьев снова влез в разговор. — А то мы замучались ваши стычки наблюдать. Это еще Сергей Николаевич молчит. Ждет, наверное, пока притретесь. Но скоро он вам обоим выпишет по первое число. А так… Соревнование — вообще нормальная идея. А то затеяли глупость. Лучше, хуже…
— Значит так…– Симонов на слова Порядьева никак не отреагировал. Даже бровью не повел. Смотрел он только на Славев. — Заключается упражнение в следующем. Вдоль борта площадки друг за другом мы поставим конусы. Так чтоб получился коридор. Я буду защитником, ты нападающим. Понял? Защитник и нападающий едут навстречу друг другу по этому корридору. Нападающий должен успеть проскочить и провести шайбу, добраться до ворот и забить. Если шайба выскочит за пределы коридора выиграл защитник, то есть я. Ну, и если нападающий вылетит за пределы… Ты понял.
Симонов тихо засмеялся и я с удивлением вдруг понял, какой он неприятным тип. Даже мелким пацаном неприятный. Почему этого не было видно с самого начала? Мне, имею в виду. Объяснение одно, наверное. Только если я при первой встрече оценил Леху по эмоциям Славика. Он ведь считал его другом. Доверял ему максимально. Похоже, эта хрень и сработала. Я тоже не заметил настоящей натуры Симонова. И она то… Она, эта натура, говнецом попахивает.
Симонов, не тратя времени зря, притащил конусы, которые стояли в сборке неподалеку, поставил их расстоянии семи — восьми метров от борта. Потом подумал и сузил коридор. Потом еще подумал и снова сузил.
— Лех, чет ты слишком разошёлся. — Тур и Лопатин не выдержал. — Куда такое расстояние? Вам вообще не разойтись.
— Так он же лучший нападающий. — С усмешкой возразил Симонов. — Ему все должно быть по плечу. Значит, так. Если ты проиграешь, Белов, сваливаешь из команды. Сам. Причину придумаешь для тренера. Понял? Если выиграешь, я больше не буду тебя цеплять и мы, возможно, даже подружимся.
На этом он не успокоился и ещё немного сдвинул конусы. В конце концов коридор стал не шире метра. У Славика нет шансов, даже используя свою скорость, которая у него всегда была на высшем уровне, проскочить мимо Симонова. Вообще никак. Они неминуемо столкнуться лоб в лоб.
Вообще, конечно, это не совсем честно, на мой взгляд. Славик заметно окреп по сравнению с тем, что было раньше, но один черт он пока мельче остальных. А вот Симонов выглядит в разы мощнее. Кстати, да… Симонов, получается, выглядел реально мощнее, причем не только мощнее Славки, но и себя самого. В том плане, когда я узнал Леху, оказавшись в теле брата, он уже стал значительно скромнее чисто внешне. Вытянулся как-то. Жрал, что ли, Симонов тогда до хрена… Или у них пубертат этот чертов по-разному складывался.
— Ну? — Леха встал в коридор и постучал клюшкой по льду.– Начнем?
Глава 18
— Да вы блин совсем что ли? — я крутил головой пытаясь понять, где оказался на этот раз. Просто буквально в одну секунду все исчезло. И лёд, и парни, и Симонов, и брат.
— Что за хрень⁈ На самом интересном месте⁈ — Крикнул я в неизвестность.
Нет, ну так-то, конечно, понятно, раз Славка остался в команде, значит, выиграл он. Да и с Лехой они, выходит, стали друзьями после этого. Вернее, Славик думал, что они стали друзьями. А Симонов на самом деле затаил обиду. Был уверен, что «сделает» брата в этом соревновании, но обосрался сам. Сто процентов. Это понятно. Но… Я бы хотел увидеть своими глазами, как оно было. Чисто для удовольствия. Тем более, мне показывают второе воспоминание из Славкиной жизни. Из настоящей. И я этого вообще не знал. Он никогда не упоминал дома, что в «Буране» его приняли не очень радостно. Пацаны, имею в виду. Но Славик никогда ни на что не жаловался.
— И где же я нахожусь… — Вообще, конечно, глупо разговаривать вслух, когда вот такое происходит. Когда ты то ли умер, то ли сошёл с ума.
Судя по всему, теперь меня «выкинуло» возле «Юбилейного». Еще начало осени, судя по всему. Снега нет, грязи нет Листья не деревьях пожелтели, но пока не осыпались. Да и так, погода стоит приятная. Сентябрь, наверное. Может, начало октября.
— Ого… А это неожиданно… — Я уставился на нового участника своих видений, которого точно не ожидал обнаружить.
На одной из лавочек, стоявших вдоль аллеи, которая вела ко дворцу спорта, сидел Ржавый. Двумя пальцами он держал сигарету у самого кончика фильтра, пытаясь подражать той манере, которая свойственна моему отцу. Ну или любому сидельцу. Выходило у Петьки это не очень. Сильно уж было наигранно.
Я же стоял возле одного из деревьев, снова наблюдая все происходящее со стороны. Вот только непонятно, при чем тут Ржавый и как он оказался возле «Юбилейного». Жаль, спросить не могу. Уверен на сто процентов, даже если подойду к Петьке впритык, он меня не увидит.
Неожиданно, (это слово вообще описывает идеально все происходящее), в конце аллеи появился Симонов. Он топал со стороны дворца спорта, глядя себе под ноги. На плече у него висела спортивная сумка. Похоже, у парней была тренировка безо льда. Однозначно Леха возвращался домой. Вид у него был уставший и задумчивый. Странно, что один. Насколько я понял, Славик и его звено всегда, везде были вместе. Впрочем, опыт показывает, брат просто много не знал.
— Эй, пацан! Слышь! — Ржавый, заметив Леху, по широкой дуге отправил бычок в кусты и, вскочив с лавочки, пошел ему навстречу. — Ты не с хоккейной команды? Дюже рожа довольная у тебя. И это… Сумка еще…
— А если и так?– Симонов остановился, с легкой брезгливостью на лице уставившись на Петьку. Бояться он его, само собой, не боялся. Леха знает, как дать отпор таким, как Ржавый. Мы все в команде знаем. Тем более, Петька на голову ниже Симонова. При желании Леха его в бараний рог скрутит.
— Славик Белов…Знаешь, наверное, такого? Чего он там? Задерживается? А то я его тут жду, удолбался уже.
— Белов? — Лёха более пристально уставился на Ржавого. — А тебе он зачем? Задерживается, да. Их тренер оставил еще, а мне идти надо. Семейные дела…хотя…ты наверное, не знаешь, что это такое — семья. Я про семью.
— А в рожу? — Спокойно поинтересовался Ржавый. Потом добавил.– Мне Славик нужен. Он у вас, вроде, один из главных игроков. Кореш мой, понял? С детства с ним знаемся…
— Ааааа…– Лёха посмотрел на Петьку сначала снизу вверх, а потом сверху вниз. — Интересные у Славки друзья. Как это вы с ним скорешились?
— Да его батя с мои дядькой вторую ходку на зоне оттрубил. Так что мы, можно сказать, крепко связаны. — Махнул рукой Ржавый. Он по наивности думал, что здесь, перед Лехой, можно козырнуть блатной романтикой близкого, и она произведёт впечатление.
— Ого…– Лицо Симонова слегка изменилось. Немного совсем. И если бы я уже не знал Леху хорошо, даже не заметил бы. Он явно что-то задумал. — Не слышал таких подробностей…Ой, подожди…а ты…
— Петька. Петька я. Ржавый. Слыхал? Славик небось говорил обо мне. — Лучший друг Славки сквозь зубы сплюнул в сторону, а потом с вызовом уставился на Симонова.
Петька явно не понимал две вещи. Первое — вряд ли Славка стал бы хвалиться в команде своим окружением, которое считает большое количество «ходок» огромным достижением. Второе — Симонов сейчас Петьку откровенно «разводил».
— Да! Точно! Ржавый. Только не пойму…почему ты говоришь, будто вы кореша? Белов о тебе все время рассуждает, как о каком-то придурке. Говорит, мол, есть у него один знакомый, так утомил, сил нет. Все время бегает, навязывается в друзья. Как девчонка, ноет постоянно.
— Кто⁈ Я⁈ Я бегаю⁈ — У Ржавого от возмущение даже вылетела слюна изо рта, так он эмоционально выкрикивал слова. — Да быть того не может! Не мог Славик так сказать!
— Слушай, мне какой резон тебе врать? Ваше дело. Просто смешно. Славка тебя в хер не ставит, а ты себя его корешем считаешь. Смеется он над тобой. Понял? За спиной смеется. А недавно вообще говорил, надоело ему с такими как ты знаться. Надо мусорам слить все, что есть на вас.
— На кого на нас? — Обалдел Ржавый.
