направилась по темному коридору.
Эмметт доверял мне. Ошибка с его стороны. Еще один укол вины с моей. Я проглотила его и поспешила по коридору мимо гостиной.
За время, проведенное здесь, я часами просиживала в гостиной и на кухне. Я ела за обеденным столом, и в спальне Эмметта не было ничего, чего бы я не видела. Но другая часть дома была загадкой. Мы ведь не были той парой, которая рассказывала о своих днях, поэтому экскурсию по дому он мне тоже не устроил.
Я прокралась мимо кухни, бросив последний взгляд через плечо, чтобы убедиться, что Эмметт не проснулся. Затем просунула голову в первую комнату, мимо которой прошла. Это была гостевая спальня, шкаф в ней был почти пуст. Кровать была застелена, и под ее рамой ничего не было спрятано. Ящики прикроватной тумбочки тоже были пусты.
Прачечная была следующей. Шкафы над стиральной машиной и сушилкой были полны моющих средств и смягчителей. У Эмметта был утюг и бутылка крахмала, которыми, как я подозревала, почти не пользовались. Там была упаковка электрических лампочек и запас чистящих средств.
Я не ожидала найти что-либо на виду. Эмметт не стал бы хранить компромат в высоком узком шкафу, в котором хранился его пылесос. Поэтому я ощупала внутренние стены, чтобы убедиться, что там нет отделения или чего-то спрятанного.
Мой отец хранил видеозаписи, которые сделал с Воинами, в сейфе, который он спрятал под своим холодильником. Я должна была отдать должное ФБР. Их обыск в доме отца был ничем иным, как тщательным.
Я бесшумно двинулась к следующей двери в холле, той, что вела на черную лестницу. Я крепко ухватилась за перила, пальцами ног нащупывая ступеньку за ступенькой, слишком боясь включить свет.
Когда я, наконец, добралась до самого низа, я вздохнула, радуясь, что в подвале было светло, потому что лунный свет проникал через раздвижную стеклянную дверь, которая открывалась во двор. Помещение было огромным, занимало всю длину и ширину дома.
У Эмметта здесь был бильярдный стол. Я пошарила в карманах и на зеленом войлоке, ощупывая края в поисках чего-нибудь, что могло бы открыться. Я сделала то же самое со столом для настольного футбола у стены. Затем я осмотрела большой развлекательный центр и секции, расположенные на другом конце помещения.
Он ни разу не приводил меня сюда смотреть телевизор, хотя диван и телевизор здесь были явно лучше. Мы всегда оставались наверху и смотрели телевизор над камином в гостиной. Почему? Было ли здесь что-то такое, чего он не хотел, чтобы я видела?
Еще одна комната была оборудована под домашний тренажерный зал. Она находилась достаточно далеко от окон, поэтому в комнате было темно, так что мне придется проверить ее позже. Там была еще одна гостевая спальня с ванной комнатой. И последняя дверь открывалась в кладовку. Ее полки были упорядочены и заставлены пластиковыми контейнерами.
Их тоже придется просмотреть позже. Сегодняшняя ночь была просто для того, чтобы наметить, где мне нужно провести больше времени.
Закрыв за собой дверь кладовки, осторожно, чтобы она не стукнула, я бросилась вверх по лестнице. На лестничной площадке я зашла в последнюю комнату.
Бинго. Офис. Широкий рабочий стол стоял в центре комнаты, его поверхность была заставлена ноутбуками и мониторами. Оружейный сейф находился в углу рядом с окном и книжной полкой. Готова поспорить, что внутри было не только оружие.
Прежде чем обеспокоиться о том, как его взломать, я бы начала с ноутбуков. Эмметт не станет раскрывать информацию о «Тин Джипси», но на одном из этих ноутбуков может быть что-то, что укажет мне правильное направление.
Беспокоясь, что меня не было слишком долго, я попятилась от офиса и повернувшись врезалась лицом в стену мышц.
Я ахнула, когда руки Эмметта обхватили меня за плечи, удерживая на ногах.
— О Боже, ты напугал меня.
— Что ты делаешь?
Я прижалась лбом к его груди, мое сердце стучало у меня в ушах.
— Я не могла уснуть и не хотела тебя беспокоить, поэтому спустилась в холл, чтобы найти тихий уголок и почитать в телефоне.
Ложь показалась мне кислой на вкус, но, если Эмметт что-то и заподозрил, то не подал виду. Он просто заключил меня в объятия, проводя руками вверх и вниз по моей спине.
— Почему ты не могла уснуть?
— Не знаю. — Я вздохнула, надеясь, что мое дыхание выровняется. — Иногда мне трудно отключить свой мозг.
— Да, у меня тоже иногда такое бывает.
— Я увидела это, — я указала на офис позади меня, — и начала задаваться вопросом, кем ты работаешь.
— Я механик, — сказал он. — Но у меня есть несколько объектов недвижимости, сдаваемых в аренду, и инвестиции по всему городу.
— А. Отсюда и офис.
Он кивнул, взял меня за руку и повел в другой конец дома. Он тянул с достаточной настойчивостью, либо был измотан и хотел снова лечь спать, либо не хотел, чтобы я находилась в его кабинете.
— Почему механик? — спросила я, надеясь, что мое любопытство не вызовет никаких тревожных сигналов.
— Мне нравится чинить. Нравится разбирать вещи и собирать их обратно. Мой папа был таким же. Он научил меня разбираться в автомобилях и мотоциклах, когда я был маленьким.
Мы прошли мимо гостиной, и он замедлил шаг. Зевок растянулся на его красивом лице.
— Извини, что разбудила тебя, Туз. Надеюсь, ты не возражаешь, что я прошлась по коридору. Я собиралась уйти, но ты включил сигнализацию, и я не хотела открывать дверь, чтобы она сработала.
— Не беспокойся. И я рад, что ты не ушла. — Он отпустил мою руку, обнял меня за плечи и притянул к себе, когда мы вернулись в его спальню.
Я забралась в кровать и свернулась калачиком в его объятиях. Растительность на его груди щекотала мой подбородок, и я провела рукой вверх по его животу, пропуская пальцы сквозь жесткие волоски.
— Тебя беспокоит, что ты не знаешь моего имени? — вопрос сорвался с моих губ прежде, чем я смогла отбросить его в сторону. В тот момент, когда он прозвучал, я поняла, как отчаянно хотела получить ответ. Потому что, если бы я не знала его настоящего имени, это сводило бы меня с ума.
— Да.
— Нова, — прошептала я, вздергивая подбородок, чтобы встретиться с ним взглядом.
— Серьезно?
Я кивнула.
— Да.
Он усмехнулся и поцеловал меня в волосы.
Для него было безопасно называть меня Нова, потому что Новы Талбот не существовало. С другой стороны, Джун Джонсон… это была личность, о существовании которой он никогда не мог знать. Именно
