Том только-только успел вытащить ногу из западни, когда плод не выдержал и треснул, а корни вернулись в прежнее положение.
- Хорошо хоть успели, - сказал Том.
Авери принялся осторожно ощупывать ногу. Он был не слишком силен в анатомии (особенно, в анатомии инопланетянок), но кости, похоже, не пострадали. Женщина зашевелилась. Она попыталась сесть и со стоном повалилась обратно на землю.
- Хорошо, что во время операции больная находилась без сознания, заметил Авери. - Ты здорово ее обработал...
Он осторожно положил ногу и приподнял голову женщины. Она открыла глаза, снова закрыла... Опять застонала. Авери потрогал шишку на том месте, куда пришелся удар томагавка. Она оказалась совсем не такой большой, как он ожидал. Видимо, волосы несколько смягчили удар.
- Теперь, когда с ней все в порядке, - заявил Том, - нам пора отваливать.
- Не можем же мы бросить ее в таком состоянии! - возмутился Авери.
- Черт, да она просто не заслуживает того, чтобы ей помогали.
Собравшись с силами, женщина приподнялась. Теперь она полусидела-полулежала, облокотясь на Авери. Увидев, что ее нога свободна, она облегченно вздохнула. Затем покосилась на Авери и неуверенно улыбнулась.
- Давай попробуем поднять ее на ноги, - предложил Том.
- Давай, - согласился Авери. - Но сперва продемонстрируй на мне. Чтобы она не подумала ничего такого...
Том помог Авери подняться на ноги, потом повернулся к женщине и жестами показал, что теперь готов помочь ей. Она понимающе кивнула.
Подняли они ее с трудом. Попытавшись стать на поврежденную ногу, девушка скривилась от боли, но удержалась от крика.
- Ей нужен костыль, - заметил Авери.
- Чего там мелочиться! - с издевкой в голосе воскликнул Том. - Давай сделаем носилки и отнесем ее домой. Да ну ее к дьяволу. Теперь она не пропадет. Кто знает, вдруг сейчас появится ее золотой приятель?
- Она не сможет идти, ни на что не опираясь.
В конце концов Том отрубил ветку с дерева (более податливого, чем дерево-клетка). Затем он обтесал верхушку, сделав некое подобие ручки.
- Ну, это бревно ее точно выдержит, - заявил он. - Гарантируемая прочность минимум полтонны!
- Мне кажется, она сумеет сама добраться домой, - сказал Авери. (Пока Том делал импровизированный костыль, они с золотой женщиной учились ходить. Вскоре у нее уже получалось совсем неплохо). - Она очень выносливая.
- Слушай, - Тому в голову пришла новая мысль. - Если мы пойдем за ней, на некотором расстоянии, разумеется, то она приведет нас прямехонько в их лагерь. Это может оказаться полезным.
После некоторого размышления, Авери все-таки отклонил это предложение.
- Если она обнаружит, что мы за ней следим, то либо побоится вернуться в лагерь, либо постарается завести нас в западню. Но даже если она ничего и не Заметит, то мы запросто можем встретиться с кем-нибудь из ее друзей. А у них ведь все просто, сам знаешь: сперва стреляем, а потом задаем вопросы.
- Другой такой возможности у нас не будет - пожал плечами Том. - Но в нашей команде мыслитель ты.
Неожиданно он взмахнул томагавком и со всего маху ударил по арбалету золотой женщины.
- Это ей в наказание за антиобщественное поведение... А теперь мы можем собрать плату за медицинскую помощь, - и он принялся собирать рассыпавшиеся плоды. - Ей они все равно сейчас ни к чему. Самой бы до дому добраться.
Авери жестами объяснил женщине, что они с Томом собираются уходить, и что она может идти куда пожелает.
Напоследок Авери показал на себя и сказал:
- Ричард.
Потом показал на Тома и сказал:
- Том.
Женщина, похоже, поняла, что он имеет в виду. Она ткнула себя пальцем в грудь и произнесла нечто вроде:
- Злитри.
Голос у нее оказался низким, почти мужским.
Затем, с неожиданно застенчивой улыбкой, она прикоснулась двумя вытянутыми пальцами к своему лбу. Потом дотронулась этими же пальцами до лба Авери. Повернувшись к Тому, она покосилась на обломки своего арбалета и вновь коснулась своего лба. К Тому прикасаться на стала. В следующий миг, опираясь на костыль, она уже захромала в сторону леса.
- Вот она и уходит, наша золотая женщина, - заметил Том. - Слегка потрепанная и с обильной пищей для размышлений. - Наклонившись, он поднял томагавк Авери. - Держи нашего защитника. Ладно. Доброе дело мы сегодня сделали... Надеюсь, тебе стало от этого лучше. Между прочим, я бы не особенно рассчитывал на ее извечную благодарность. Мне почему-то кажется, что у этих типов девичья память и устойчивые предрассудки. Судя по их поведению, они считают себя божьими избранниками.
У Авери не было ни малейшего желания спорить.
- Я хочу есть, - сказал он.
- И я тоже... Пошли в лагерь... Знаешь, что я тебе скажут Когда Мэри и Барбара узнают о том, что сегодня случилось, они не станут нас хвалить за галантность. Мы только что вернули в строй потенциального противника.
Но, как оказалось, в отношении Мэри и Барбары Том ошибался. Они обе, не сговариваясь, заявили, что независимо от того, что может произойти или произойдет в будущем, Авери и Том поступили единственно возможным образом. Для цивилизованных людей, разумеется. Инстинктивно они понимали, как это важно - сохранить цивилизованность в человеческих отношениях. Инстинктивно они чувствовали, что все стоящие того этические принципы можно в той или иной степени свести к древнему правилу:
Не делай другому того...
Этим вечером состоялось горячее обсуждение происшедшего инцидента: Авери, Барбара и Мэри против Тома. Под конец Том лишь угрюмо молчал.
Это его поведение очень удивляло Авери. Пусть Тому и не нравилась идея помощи золотой женщине (особенно учитывая, что она сделала все возможное, пытаясь их обоих прикончить). Но ведь он в итоге сделал для нее не меньше, если не больше, чем Авери. И еще один удивительный факт. Совсем недавно, когда другой (а может, и той же самой женщине) грозила опасность попасть в зубы крокодила, Том прямо-таки рвался придти ей на помощь.
Авери никак не мог понять, почему Том так изменился. Возможно, все дело в том, чему они стали свидетелями на берегу пруда. Там они наглядно убедились, что золотым людям пальца в рот не клади. Возможно тогда, что с логической точки зрения Том совершенно прав... особенно, если дело дойдет до конфликта между двумя группами.
Ведь тогда вступит в силу другой принцип - более древний, чем любые этические и моральные нормы. Принцип, известный как Выживание Сильнейшего...
18
По ему самому непонятной причине Авери вдруг стал одержим охотой к перемене мест. Ему до смерти хотелось все разведать, все увидеть... Началось это через несколько дней после того, как они с Томом повстречались у птичьего дерева с золотой женщиной. Поначалу Авери пытался делать вид, будто все в порядке. Но постепенно дни складывались в недели, напряжение росло, и настал час, когда он больше не мог сдерживаться. Он рвался свершить невозможное, исследовать все вокруг, отправиться во все стороны сразу, как можно больше узнать о мире, в котором очутился.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
