и забыть о его существовании? Был человек и не стало. Но отсёк эту мысль. Нет. И легально смогу его прикрыть.
Убрав ногу с его шеи, присел на корточки возле него.
– Ты, мразь, к ней больше и близко не подойдёшь. Ты вообще больше свободно по улицам расхаживать не будешь. Отгулялся. Если ты ещё не понял, что не шучу, то повторю. За неё я тебя удавлю. Голыми руками шею сверну. И похуй мне, что потом со мной будет. Лишь бы только ты в её сторону не дышал больше.
– Ты это уже говорил. И, как видишь, я вышел, – проговорил немного хриплым голосом.
Это правда. Я просчитался. Недооценил. Облажался. Виню себя за это. Но больше такая херня не прокатит.
– Не знаю, за какие заслуги покрывает тебя Мельников. Но это временно.
Помнил тот разговор с не меньшим мудаком, чем Андрей.
В глазах Андрея сначала проскочило удивление, а после он ухмыльнулся.
– Ну так чего отец только не сделает ради сына. А ты не знал? Прикинь, мать-то моя, оказывается, гульнула по молодости. И батя оказался не батей. Оказывается, другой есть.
Этой информации я не знал. Охрененная семейка подобралась. Как на подбор.
– Хороший отец. Ничего не скажешь. Что ж он тебя на наркоту-то подсадил?
– Ну, яблочко от яблоньки, все дела. Но меня это не парит. Зато где он, там бабки крутятся.
– Не помогут бабки. Ни ему, ни тебе, – выпрямился во весь рост и, взяв его за грудки, вернул в исходную позицию. – Можешь начинать обратный отсчёт. Недолго осталось.
Больше слушать его не стал. Развернулся и пошёл выходу. Парни из охраны следом за мной.
– Кирилл Викторович, с ним что делать? – кивнул Костя на ангар.
– Подержите здесь пока. Чуть позже отзвонюсь, скажу, что дальше.
Сев в тачку, завёл двигатель и сорвался с места. Пора заканчивать эти пляски с бубнами и жевание соплей. Сегодня лишний раз убедился, что Андрей не свалит по-хорошему. Да и не дал бы я ему свалить. Свежи воспоминания поломанной Нади в моих руках. Такое не забывается и не прощается.
До дома Игнатова добрался, когда уже перевалило глубоко за полночь. Охрана проводила меня в особняк. Павел Ильич сидел в гостиной. Ждал.
Протянул ему руку и поздоровался.
– Ну, рассказывай, Кирилл, с чем пожаловал? Я так понимаю, что-то серьёзное, раз решил обратиться?
Без хождений вокруг да около рассказал всё как есть. Собственно, и просьбу озвучил. Мне нужна помощь, чтоб засадить Андрея. Желательно так, чтоб хрен вышел.
– Мда, задачку ты мне подкинул. Ну, в целом устроить можно, – задумчиво почесал подбородок.
Павел Ильич – полковник в отставке. Честный мужик, но не бескорыстный. Помочь может, но не без выгоды для себя. А я был готов на любые условия.
– Назовите цену, – испытующе посмотрел на мужчину.
– Вот нравится мне в тебе деловая хватка. Я бы мог, конечно, и так помочь. Но не буду. Уж слишком я испорчен, – засмеялся и, встав с кресла, подошёл к бару. Плеснул в стакан виски. Предложил и мне, но я отказался.
– Сын у меня младший хочет дело своё открыть. Ну, молодёжь хочет чего-то такого, продвинутого, – отпив из стакана, продолжил: – У него день рождения скоро, двадцать лет. Вот думаю, подарить ему дело. Дать старт, а дальше сам. Клуб мне твой приглянулся. Тот, что в центре. Давно на него смотрю.
Тот клуб – это первое заведение, которое я открыл. Поначалу херня была, а не бизнес. Но я упрямо пёр вперёд. Получилось раскрутиться, на ноги встать. Спустя пару лет таких клубов было уже несколько. Но тот так и остался особенным. Первым.
– Цена вопроса: клуб? – задал вопрос, глядя в упор.
– Быстро схватываешь, – поставил стакан на барную стойку и подошёл ко мне. – Как тебе такая цена?
Недолго думая, протянул руку. Павел Ильич хмыкнул и пожал ладонь в ответ.
– Не жалко? – с хитрым прищуром ожидал моего ответа.
– Нет, – ни капли не колеблясь и не сомневаясь.
– Что ж там за девчонка у тебя такая, что ничего ради неё не жалко?
– Особенная. Таких больше нет.
– Хоть на свадьбу пригласить не забудь. Люблю с молодёжью погулять, – старик явно веселился.
А я впервые задумался. Свадьба? Как ни удивительно, такая перспектива не пугала. С ней – нет. Ничего не противится такому повороту.
– Есть вероятность, что Мельников начнёт вставлять палки в колёса. И вам, и мне, – решил на всякий случай озвучить предположения, оставив без ответа его предыдущую реплику.
– Это уже не твои проблемы. К тебе он не сунется, а я найду, чем его прижать. Будет с сыном как никогда близок. На соседних нарах.
Меня это более чем устраивало.
– Завтра юриста к тебе пришлю, оформим всё. Если не передумаешь, конечно.
– Не передумаю.
Вышел из дома Павла Ильича с каким-то странным чувством. Вроде отдал клуб, который был началом моего взлёта. А такое облегчение испытывал. Ни капли сожаления или жалости. Не такая уж и большая плата.
Домой вернулся в третьем часу. Зашёл в дом и понял, что на первом этаже не один.
Надя сидела в гостиной на диване, завернувшись в плед. Рядом стояла кружка с чаем. Увидев меня, тут же подскочила с места.
– С тобой всё в порядке? – чуть с ног меня не сшибла, как налетела.
– Конечно. Что со мной будет? Ты сама-то чего не спишь?
Не знаю. Не могу без тебя спать нормально, – снова жалась ко мне как котёнок.
– Я холодный с улицы. Замёрзнешь сейчас, – то ли обнимал в ответ, то ли старался не прижимать сильно к себе.
– Самый горячий ты. С тобой и на морозе жарко, – чувствую, что улыбается. Не глядя, ощущаю.
И самому по кайфу. Я хреново проявляюсь эмоции, но это не значит, что ничего не чувствую. Чувствую.
Наде не обязательно знать, какими именно способами я добьюсь её спокойствия и защищённости. Ни к чему это.
Главное, что в безопасности, с нормальной нервной системой и психологически стабильна.
Когда мы с трудом, но расцепились, скинул пальто. Прошёл вглубь гостиной и сел на диван. Надя тут же, рядом.
– Ты, кстати, решила что-то с днём рождения матери? – решил перевести тему.
– Поеду, – растерялась сначала, но ответила без сомнений.
– Меня с собой возьмёшь? – сдержал ухмылку от осознания нелепости вопроса.
– Возьму, – отстранилась и посмотрела горящим взглядом.
Глаза блестят. И совсем не от слёз. Смущается, но рада. А меня повело. Как и всегда это происходит, когда я рядом с ней.
Моя она. Вся моя.
С ума сводит своей нежностью и неискушённостью. Вгрызается
