без внимания видео-хостинг. Можно как угодно относиться к надзору со стороны правительства. Негодовать из-за ущемления прав и свобод. Или же радоваться, что уровень безопасности в стране растет год от года.
Но нельзя игнорировать сам факт: контроль существует.
Цзинь предоставил управлению все доступы, сработав на упреждение. Их бы так и так затребовали. Он же преподнес «уважаемым людям» свой портал, как «отражение духа времени и общественных настроений».
Видимо, был достаточно убедителен (и щедр?), чтобы ему дали «зеленый свет» по всем направлениям. В том числе при проверках рекламных материалов для раскрутки хостинга.
А мне говорил, что нет выхода на политиков… Или это отдельное управление? Лезть в сложные паутины государственных структур — это пока слишком замудрёно для этой вороны.
Теперь мне ещё больше хотелось увидеть эти шедевры!
К счастью, дядя Ли успешно вырулил из забитой пробками центральной части города. Доставил нас в целости и сохранности.
К ужину и азартному перещелкиванию каналов. Никогда прежде в нашем доме так не старались поймать рекламу.
Выловили. Девять из девяти.
Они, эти короткие, но емкие ролики, продавали эмоции.
Предлагали широко открыть свои глаза, чтобы любоваться окружающим миром. Путешествовать, открывать для себя новое, незнакомое и волнующее.
Подбивали мчать к краю неба. Туда, где бирюзовые и волшебные небеса встречаются с кипенно-белыми облаками.
К цветущим лугам и незыблемым горным вершинам.
И, конечно, к пурпурным закатам над гладью морской.
Чтобы тут же подняться на лодку, идущую под парусом. С криками чаек и привкусом соли на губах.
И ароматом морепродуктов, что запекаются над огнем.
Они продавали нам красоту. Здоровое, крепкое тело, выкованное занятиями спортом. Сильные руки, чтобы обнимать своих любимых.
Они дарили нам тепло семейных улыбок. Объятия влюбленных. Нежность и доброту в уголках бабушкиных глаз. Гордость успехами внука во взгляде дедушки.
Манили пробовать новое: от спорта и путешествий до вкусной еды. Множество аппетитных блюд: от лотосовых пирожных до «огненного котла» хого, где в бульоне варятся самые разные продукты.
Дразнили неопробованным, разными возможностями. Пейнтбол, горнолыжный спорт, прыжки с парашютом, аттракционы, феерические представления…
Города и степи, древние величественные постройки и современные небоскребы, такие разные и такие особенные грани Поднебесной — вот, что показывали в рекламе Баоку.
Все грани эмоций, все яркие воспоминания — предлагали сохранять там, где об их сохранности бережно позаботятся. В библиотеке драгоценных моментов.
И когда только успели столько всего красивого отснять, а? Зная требовательного Яна Хоу, все (или почти все) съемки велись на натуре.
Этой вороне понравилось всё. Особенно — выдержанный во всем цикле изумительно нежный свет.
Умом я понимаю, что это светофильтры, отражатели, а ещё усилия сотрудников из производственной компании. К слову, нанятой отдельно, и это как раз вполне распространенная практика. Оборудование, нужные специалисты, техника — за деньги «да».
Но, независимо от понимания, этот теплый манящий свет проник в самое сердечко этой вороны.
Наверное, именно в таком освещении — и на фоне удивительных видов Поднебесной — хочется кричать, что есть мочи: «Я люблю жизнь! Я люблю Китай!»
— Хороши, хороши, — приговаривал батя, а глаза его подозрительно блестели.
Думаю, дело в луке, который он готовил к ферментации до нашего прихода. Тот самый дикий лук из его небогатого детства. Особая доставка из деревни от родственников по просьбе Ли Танзина. Экспресс-пересылка дикого лука стоила дороже, чем килограмм личи в супермаркете Бэйцзина.
Батя сказал на днях: «Я чувствую, что наша семья стоит на пороге больших перемен. Хочу, чтобы в будущем, как бы не поменялась наша с вами жизнь, в сердцах мы оставались прежними. Сохранили память о простых днях. Да и когда ещё я смогу приготовить для вас, мои дорогие, дикий лук?»
Так что всё белое (махонькие луковички) он очистил, измельчил и поставил мариноваться в глиняном горшке. А зеленое нарезал и пустил в лепешки. Вместе с тонкой картофельной соломкой и рубленой свининой.
Ещё утку с диким луком потушил. С имбирем и слегка сладковатым соусом.
От души постарался. И мы оценили, совмещая с поисками и просмотром видеороликов.
Очень вкусно. Очень тепло.
— Спасибо, папочка, — поблагодарила я. — Мам, как тебе тот новый ноутбук? Он кажется надежным. А старый… не могла бы ты отдать его мне?
Сегодня я осознала: как раньше уже не будет. Садик, занятия… Важны, но погружаться с головой эта ворона больше не имеет права. Ведь мир не стоит на месте.
Я подбила маму на создание творческой студии. И на развитие. Взвалила на её хрупкие плечи все организационные и юридические вопросы. Батю вот тоже сбила с пути смиренного офисного сотрудника.
Про Цзиня с Баоку молчу. Этот развернутой рекламной кампанией (билборды, ролики на ТВ, онлайн тоже что-то есть, но туда мы уже не полезли, пресытившись видео) доказал, что ему под силу воплотить грандиозные задумки.
А сама — что? Ушла в садик, кушать кашку и учить несложные уроки? И на досуге запираться в «тихой комнате», наигрывая на детском синтезаторе мелодию: «Мы все лжем»? Терзаясь сомнениями и творческими муками.
Да даже выводы и выходки акулы твердили: «Всюду обман».
Мироздание каких только намеков мне не делало.
Все лгут. Возьми эту ложь, оберни её во благо. Сделай миру предупреждение. Выверни наизнанку их страхи и фантазии.
А затем подари надежду.
Просто сделай это, ворона.
Попроси мамин ноутбук. Ты ведь столько раз видела, как Мэйхуа работает. Заберись с ногами в кресло. И пиши сценарий «Бионического мира».
Сама, да. Хватит дергать мать. На ней и так много всего «висит» нелегким грузом.
Нет, пиши не с первой серии. К ней можно будет вернуться позже.
А того эпизода, где рассказывается история маленькой девочки-бионика. С погружением в прошлое, где маленькой героине серии всего-ничего.
В оригинале взяли разных девочек. Одну — малышку, лет эдак пяти (может, и меньше), а вторую возраста средней школы. С тем, что вроде как в младшей школе её странностей не замечали, а с переходом в среднюю что-то изменилось.
Логичнее, чтобы необычное поведение бросилось в глаза раньше. В младшей школе. Это в садик можно не ходить, оставаясь дома. А с шести лет — обязательное образование приветствует тебя, малыш.
Но где бы они взяли шестилетку, способную на глубокую драматическую игру?
Тогда как я смогу воплотить оба возраста. Младший — как есть. Его нужно снять как можно раньше, пока эта ворона ещё
