ногам.
Широкая ладонь размеренно гладит мою спину. Успокаивающе. Лёгкий поцелуй в висок. От нехитрой ласки щемящая нежность ранит сердце. Зажмуриваю глаза из-за подступающей к ним влаги.
– Ты как? – стирает слезинку с щеки, смотрит серьёзно. И я в ответ на него. Только это всё, на что я способна.
Ноги обретают твёрдую опору, но я не рискую расцепить пальцы на его шее, хватаясь за него, как за соломинку. Но Шамиль медленно убирает мои руки, продолжая придерживать.
– Можешь стоять? – ещё один вопрос. Шамиль пытается разглядеть понимание в моём взгляде.
Но единственное, что я понимаю, – это холодная стена за моей спиной. Отлепляю от него пальцы, прижимая их к влажной поверхности. Опасаясь, что не смогу совладать с собой и вновь прильну к нему.
Наверное, надо бы помыться. Кожа потная, на бёдрах сперма и мои выделения.
Но я едва нахожу в себе силы стоять на ногах. И не могу пошевелить конечностями.
Поворачивает вентиль. Струи тёплой воды ударяют в пол. Будто со стороны наблюдаю за тем, как Шамиль размазывает между ладоней гель для душа. Касается ими моих плеч, скользит по рукам, возвращается к шее и ниже к груди.
– Что ты делаешь? – интересуюсь, когда пальцы обхватывают вершинки груди, сжимая. Волна тепла проходит по телу.
Рука проскальзывает по лобку к промежности. Острое возбуждение больше не влияет на болевые рецепторы, и я ощущаю, как неприятно саднит между ног. Подаюсь задом назад, опасаясь, что его пальцы окажутся во мне.
– Больно, – протестую, сводя брови.
Движение возвращается обратно. По кудряшкам на лобке к животу.
Оставляет меня в покое, убирая руки с моего тела.
И я, присосавшись ладонями к стене, жадно наблюдаю за тем, как он моется. Свежий аромат геля для душа напоминает его запах. Аромат летнего вечера, нагретого солнцем моря и скошенной травы. Мне доставляет странное удовольствие думать, что я теперь буду пахнуть так же, как и он.
Но на этой мысли мой мозг окончательно проясняется. Морок возбуждения отпускает мои извилины.
– Мне нужно в аптеку, купить таблетки экстренной контрацепции, – тихо произношу, понимая, что никто из нас не планирует продолжать друг от друга род.
Шамиль опускает ресницы, подставляя лицо под струи душа. Вода стекает по его лицу, груди и рельефному торсу. Сглатываю слюну, облизывая пересохшие губы, ощущая спазм в животе.
Сжимает моё запястье, разворачивая спиной к себе под душ, смывая с меня остатки пены. Его руки скользят по моей груди. На мгновение ладонь задерживается на моём животе. И эта странная остановка не ускользает от внимания. Но тут же выветривается, когда пальцы вновь оказываются на моей промежности.
Движения такие интимные, что я готова лезть на стену от смущения. И в то же время приятные. Радуюсь, что он не видит моего лица.
– Контрацепция не то, о чём тебе стоит беспокоиться, Маугли, – губы касаются моего уха. Я, наверное, упала бы, не держи он меня так крепко.
Меня пугает этот разговор. До чёртиков. Потому что мне непонятны его мотивы и цели. И слова, наводящие на мысли, что он хочет, чтобы я родила ему ребёнка. Ведь иначе он первый повёл бы меня к гинекологу. Не так ли?
Решаю, что сама куплю таблетку.
Спать с убийцей отца – один грех. Родить ему ребёнка – другой.
Хотя, наверное, всё это перевешивает то, насколько мне понравилось быть с ним. Касаться его, целовать, ласкать. Ощущать внутри. Эти мысли хотелось вырвать из головы, а чувства – из сердца.
Как алкоголик перед бутылкой, я дала себе зарок, что сделаю ещё один глоток, а затем завяжу.
Позволю слабость быть рядом с ним без угрызений совести на пару часов.
Когда Шамиль возвращается ко мне с полотенцем и кутает меня в него, я поднимаюсь на цыпочки, невинно чмокая его в губы. И вновь знакомое тепло распространяется от солнечного сплетения, захватывая всё тело в какой-то дикой радости от возможности его трогать.
Ощущаю, как он застыл, ошарашенный моей инициативой.
– Надо было трахнуть тебя раньше, я слишком долго тянул с этим, – заключает.
Что вызывает во мне волну возмущения, пробую вырваться из его рук. Мне даже удаётся сделать пару шагов. Но через секунду вновь оказываюсь в кольце, чувствуя спиной рокот его смеха. Мягкий, довольный, как урчание сытого кота. Но именно его довольство заставляет меня ощущать себя ещё более виноватой.
– Это был первый и последний раз, – зло шиплю и тут же замечаю, как его мышцы напрягаются. Но спустя секунду вновь расслабляются.
Хозяин ещё слишком доволен одержанной победой и призом.
Мной.
– Идём, Маугли. Тебе нужно поесть, а то ты вновь становишься голодной и злой.
Я слышу насмешку в его словах, оборачиваюсь, наблюдая за тем, как он повязывает полотенце на бёдрах.
Пробую не опускать взгляд ниже пупка, туда, куда ведёт дорожка волос. И мне это удаётся с большим трудом. Поднимаю глаза к его лицу, вновь обнаруживая улыбку. Насмешливую, весёлую. Незнакомую. И этот мужчина мне тоже незнаком. Это вовсе не тот Хозяин, которого я знаю. У этого человека слишком много эмоций, которых он не скрывает. И хуже всего, что он мне тоже нравится.
– Или ты уже сыта?
Скалю зубы, как дикий зверёныш.
– Тобой. По горло.
Уводит меня из ванной.
На кухонном столе разложена еда. Горничная, увидев хозяина, тут же ретируется. Даже не посмотрев в нашу сторону. Должно быть, подобное поведение тысячу раз отшлифовано на практике с другими любовницами Шамиля.
– Мы только начали, Маугли. Тебе от меня никуда не деться. Я тебя везде найду.
И эти слова звучат как угроза и предупреждение. Будто он отлично понимает мои намерения.
Умостив задницу на барном стуле, сложила вместе кусочек тонко нарезанного вяленого мяса с сыром и, покусывая, разглядывала мужчину напротив. Не совсем понимая, от чего больше текут слюни: от вида деликатесов или от его обнажённого торса, который до смерти хотелось укусить.
Шамиль молчал, гипнотизируя взглядом. Мечтала залезть в его черепную коробку и узнать, что в ней творится. Но мне казалось, что в данный момент именно он препарирует меня. Медленно вытаскивая из нутра каждую мою мысль. Сортируя их по порядку.
В то время как сам включил привычный режим неприступности. Когда за тёмным взглядом не отражаются иные эмоции, кроме тех, что он желал показать.
Запихала еду поглубже, запив её крепким чаем, совершенно не ощущая вкуса на языке.
Хозяин потягивал горячий напиток, продолжая меня рассматривать. Без всякого интереса. Как очередное приобретение. Как диковинную зверушку, новинку для своей коллекции. И, судя по всему,
