Сефардов и ашкенази
«разделяет пропасть непонимания и часто фанатизма. В последнее время эта накапливавшаяся годами напряжённость вылилась в оскорбительные расистские заявления с обеих сторон. Но хотя такую смертельную ненависть проявляют лишь немногие из двух лагерей, некоторые израильтяне стали с тревогой поговаривать о призраке гражданской войны. Это преувеличение, но в нём ясно проявилась вся сила взаимной неприязни»[158],
– пишет американский журналист.
Д. Шиплер встречался с жителями района трущоб – тель-авивского квартала Хатиква, что означает на иврите «надежда». Он беседовал со студентами университета, с мэрами городов, депутатами парламента и различными политическими деятелями. В словах многих из них звучала озабоченность судьбой страны. Один из тех, у кого он брал интервью, мэр города Явне М. Шитрит, заявил:
«На мой взгляд, важнейшая проблема сегодняшнего Израиля – это не оборона и не безопасность, это пропасть между классами.
Пятьсот тысяч человек в 166 кварталах бедноты живут в нищете, тысячи людей содержатся в тюрьмах как преступники, тысячи детей бросают школу, не получив среднего образования. Люди теряют чувство ответственности за свои поступки, и это очень серьёзно»[159].
В одном из репортажей Д. Шиплер показал положение иммигрантов, которые, приехав в Израиль, ожидали, что попадут на землю изобилия, но их мечты разбились в пух и прах. Их преследовала бедность, разъедающая общество.
«Бедность ограничивает возможности детей неимущих, обрекая многих из них на повторение безуспешных попыток их родителей вырваться из пут низкого уровня образования, тесных жалких квартир, низкооплачиваемой работы и убогих жилых кварталов. Израиль всё больше напоминает другие промышленно развитые страны – здесь так же растут ряды бедняков»[160].
В репортажах об экономическом положении Израиля корреспондент «Нью-Йорк таймс» писал, каких угрожающих размеров достигла инфляция в стране, которая привела к снижению и без того мизерных пособий престарелым, к сокращению пособий на детей с 5 до 2,8% от среднего дохода семьи; о безработице, которая особенно сильно отразилась на занятости среди сефардов из низших слоёв. Д. Шиплер привёл пример: в небольшом городке Нетивот, находящемся близ сектора Газа,
«из рабочей силы численностью три тысячи человек работы не имеют пятьсот граждан. В результате уровень безработицы составляет здесь 16,6 процента в сравнении с 5,2 процента в масштабах страны»[161].
В отличие от 1967 г. газета показывает Израиль как государство, не оправдавшее надежд, возлагаемых на него народом страны, особенно иммигрантами первого поколения, – страны, не способной справиться с внутренними трудностями, экономически надорванной и весьма далёкой от демократии. Публикации этих репортажей показывают, что действительность заставила «Нью-Йорк таймс» признать несостоятельность тезиса: «У израильтян всё хорошо, у арабов всё плохо», который она проповедовала ранее, что сложившееся в стране положение непосредственно связано с реакционной политикой правящих кругов.
Характерно то, что «Нью-Йорк таймс» к настоящему времени изменила свою прежнюю тенденцию: обвинять во всём арабов и оправдывать Израиль. Его экспансионистская политика начала вызывать решительное осуждение у всё более широких слоёв мировой общественности. Более того, недовольство ею стало нарастать даже в самой израильской армии. Никогда прежде ей не приходилось вступать в такую затяжную войну, как та, что была развязана в 1982 г. в Ливане. Одним из последствий этой войны стало охватившее армию движение протеста. Резервисты протестовали против отправки в Ливан, заявляя, что они не хотят, чтобы их убили за неведомые им цели.
Министерство обороны и израильское правительство провозглашали, что их солдатам свойственно стремление к наступлению. На самом деле, по признанию самих солдат, опубликованному в израильской печати, оно было им чуждо. Между различными политическими силами Израиля начались склоки. Секция военных корреспондентов Федерации израильских журналистов возложила на бывшего министра обороны Шарона ответственность за провал израильской пропаганды в ходе войны. Шарон в свою очередь выдвинул против журналистов и военных корреспондентов целый ряд обвинений. Израильская пресса назвала их ложными.
Впервые антивоенное движение охватило армию. В ней возникло несколько групп. Одна, именовавшая себя «Всему есть предел», опубликовала декларацию, которую подписали 400 офицеров и солдат, заявивших, что они не будут служить на оккупированных территориях или в Ливане. Другая группа – «Солдаты против молчания». Её образовали военнослужащие, воевавшие в Ливане. Они были потрясены тем, что увидели там, и открыто рассказывали народу Израиля правду о происходящем. Возникло также движение протеста под названием «Есть граница». Его участники поставили своей основной целью отказ от направления в Ливан и потребовали, чтобы их военная служба проходила на территории, ограниченной рамками границы 1948 г.
Причиной антивоенных выступлений в Израиле стали большие потери в армии, затяжной характер войны, несоответствие её результатов целям, поставленным вначале, недоверие к министру обороны. В израильском обществе не было национального согласия по вопросу о войне в Ливане.
Чтобы как-то выйти из положения и пополнить личный состав, военные власти Израиля приняли решение выпустить из военных тюрем сотни заключённых, а также военнослужащих из гражданских тюрем. Их вернули в части, и они участвовали в боях.
Обращение израильтян с местным арабским населением в Ливане во время войны и после отличалось нечеловеческой жестокостью. Трагична стала и участь тех арабов, которые попали в израильские концлагеря. Положение их настолько невыносимо, что даже некоторые из охранников-израильтян не выдерживают, глядя на те пытки и издевательства, которым подвергаются заключённые. По свидетельству израильской печати, среди солдат охраны нередки случаи нервной депрессии. Один военнослужащий покончил с собой в день, когда заканчивался срок его службы. Уже по таким фактам можно судить о том, что творится в этих концлагерях. Ливан стал ареной многочисленных трагедий с 1975 г. Были пролиты потоки крови, опустошены и исчезли с карты города́ и деревни. Однако то, что произошло в Сабре и Шатиле, лагерях палестинских беженцев под Бейрутом, потрясло весь мир. Количество тел, опознанных после резни, – несколько сотен. А всего, по данным находящегося в Париже Международного центра информации о пленных, депортированных и пропавших без вести палестинцах и ливанцах, число исчезнувших достигает, по различным сведениям, от 3 до 7 тыс. человек. Братские могилы были обнаружены в округе, близ лагерей, вернее, близ того, что от них осталось. Груды трупов были замаскированы израильскими солдатами с помощью бульдозеров. Тела других убитых, видимо, никогда не будут найдены, поскольку на месте захоронений возведены новые здания.
Роль Израиля в этих событиях вызвала растущее возмущение в американском конгрессе. Даже давние и убеждённые сторонники Израиля в Капитолии, например сенатор-демократ от штата Калифорния А. Крэнстон и др., осудили его действия. Сенатор-республиканец от штата Северная Каролина Дж. Хелмс, лидер наиболее твердолобых консерваторов, заявил в сенате:
«Премьер-министру Бегину удалось добиться невозможного. Он почти заставил американский народ почувствовать симпатию к Ясиру Арафату»[162].
Еврейская община США выразила тревогу по поводу действий Тель-Авива. «Бнай Брит», еврейская организация, насчитывающая 700 тыс. членов, назвала эти убийства «гнусным преступлением»[163].
Чудовищная бойня в палестинских лагерях Сабра и Шатила напомнила многим, в том числе и евреям, о преступлениях гитлеровцев. В Капитолии задались вопросом, следует ли Соединённым Штатам продолжать наращивание военной помощи Израилю. В адрес сенаторов стали поступать многочисленные письма, авторы которых резко осуждали ближневосточного агрессора.
Но, несмотря на всю критику, громкие осуждающие речи, призывы и заявления, лишь немногие в конгрессе США действительно поддержали идею сокращения американской помощи Израилю. Член палаты представителей – республиканец от штата Калифорния П. Макклоски, известный в Соединённых Штатах критик Израиля, единственный, кто возражал против принятия резолюции об оказании очередной помощи этому государству после событий в Ливане, рассказывал, как на одном из брифингов госдепартамента по ближневосточной проблеме присутствовало 40 «самых сердитых конгрессменов, которых я когда-либо видел», однако после брифинга один из них сказал, что никто не будет выступать против соглашения о помощи Израилю, потому что «мы хотим, чтобы нас вновь переизбрали в ноябре». П. Макклоски подчеркнул:
