себя. Не как способ сохранения и приумножения денег. Просто купил дом у моря.
Втайне от меня. От меня и своего сына!
Это просто разрывало сердце на куски. И почему я не видела этого раньше? Не замечала, не придавала значения? А теперь меня придавило всей тяжестью осознания цинизма Вадика.
Вот так продумано, день за днём, год за годом. Когда он его купил, этот дом? Когда я вернулась из роддома с Андрюшкой? Когда у него прорезался первый зубик? Когда сын сделал свой первый шаг? А может, сейчас, пока я была у мамы?
А может быть он подписал документы, а потом занимался со мной сексом? Или обновил постель в новом доме уже с кем-то другим? Ведь он не раз летал в командировки только в этом году уже дважды. А меня с Андрюшкой отсылал к маме.
Не в силах отделаться от этих мыслей, я продолжала жить. Работала на ноутбуке, собирала вещи, наводила порядок в квартире Вадима. Не плакала, но чувствовала себя отвратительно. И когда, забрав Андрюшку из садика, я приехала в Озерки, чувствовала себя отвратительно.
Вадим задерживался на работе. Мы договорились встретиться у магазина на большой парковке, но он никак не появлялся. Я пробовала звонить, но он не брал трубку. Андрюшка капризничал, и я вывела его погулять.
А когда на стоянку спустя ещё полчаса выехал серебристый джип Клюева, я поняла, что что-то не так. Он ехал слишком медленно. Заходил в поворот по большой дуге, а не как обычно облизывал углы Вадим. Припарковался тоже неровно.
Причина стала ясна, как только он распахнул дверь. Клюев был пьян.
– Ле-е-ерочка! – Протянул он с блаженной улыбкой. – Я прие-е-ехал.
– Ты выпил, Вадим?
– Ле-е-е-ерочка, совсем немного!
У меня внутри всё заледенело.
– И после этого сел за руль?
– Так я же тебе обещал! Вот и приехал! А так, ты же меня знаешь, – он сделал такое преданное лицо, – никогда бы не сел!
В голове всё смешалось от отчаянья. Всё же так хорошо складывалось. Деньги нашла, договор подписала, жить напросилась уже на участке. И вот когда счастье было уже так близко, Вадим нажрался.
– Ты пьян! В таком виде нельзя к Зуеву. Он просто нас выставит за дверь, и всё! Давай приводить тебя в порядок. Тут в магазине аптека. Я попробую принести всё, что нужно.
Вадим улыбался блаженной улыбкой человека, у которого и так всё хорошо.
– Я с тобоой!
Он шагнул из машины и едва не распластался на асфальте. Я успела его поддержать и довела до своей машины. Забрала ключи, заперла джип. И устроив на пассажирском сиденье, включила кондиционер.
Не слушая его протестов, рванула с притихшим Андрюшкой в аптеку. Накупила 3 вида таблеток, минеральную воду, обычную воду и минеральную, творожную массу для Андрюшки.
Вернувшись к машине, я увидела Клюева, который врубил музыку и подпевал популярному исполнителю. Его в таком виде было невозможно везти к Зуеву, но теперь у меня был план.
Отъехав за магазин, мы оказались в чистом поле. Там я достала набор стаканчиков и приступила к процедурам. Растворила шипучие таблетки и дала Вадиму выпить.
Пока он сам умывался, накормила Андрюшку его любимым творожным сырком. И, соорудив для него постель, уложила на заднее сиденье. Сын, намаявшийся в ожидании Вадима, протестовать не стал.
А вот Клюеву всё не нравилось. Он протестовал и вырывался. Но когда сознание начало проясняться, уже не отталкивал мои руки и пил всё, что я протягивала. И когда я предложила ехать, согласился моментально.
– И жевачку давай. А то запах ужасный.
Он поднял стекло, но смотреть продолжал в окно. На меня не глядел. Я протянула упаковку и начала выруливать на дорогу к дому Зуева.
– Ты чего так напился, Вадим?
Не удержалась от вопроса я. Он, не поворачиваясь ко мне, ответил тихо, словно разговаривая сам с собой.
– Я заходил к Татьяне Гавриловне. Там не только дом в Сочи, Лер, не только акции. Считай, что у тебя не было мужа. Был просто мужик, с которым ты жила. Но семьи у вас не было.
У меня в груди разлился жидкий огонь. Было так обидно и жалко себя, что я бы расплакалась, если бы не надо было заселиться до 9 часов. Прикусив губу, я проехала мимо магазина и свернула на дорогу вверх, к огромным воротам.
Выходить и звонить не понадобилось. Едва я подъехала к чёрным створкам, как они плавно открылись, пропуская машину внутрь. Гараж тоже оказался незапертым. И спустя несколько минут мы оказались на пороге домика для гостей.
На пороге нас встречал Зуев. Он посмотрел на часы и уже открыл рот, чтобы сказать что-то по поводу позднего заезда. Но, увидев спящего на моих руках Андрюшку, промолчал. Кивнул в сторону лестницы и проводил нас на второй этаж.
Там я затормозила, не понимая, куда идти. Артём проскользнул тенью к дальней двери и распахнул её передо мной. Я шагнула внутрь и обмерла. В комнате стояли 2 кресла, журнальный столик и одна двуспальная кровать. Другой мебели в комнате не было.
Первая ночь вместе
Мы молча вошли в комнату. Вадим занёс наш чемодан и свою сумку. Я с ребёнком на руках прошла к кровати. Зуев молча закрыл дверь, и мы остались одни. Комната была залита светом уличного фонаря. Его хватало, чтобы рассмотреть предметы мебели, но и спать было вполне комфортно.
Положив сына на кровать, я вынула из чемодана пижаму и халат. Достала умывальные принадлежности и юркнула в душ. Долго плескалась под струями воды, радуясь, что всё обошлось. Волосы мыть не стала.
В ванной лежала стопка полотенец, но я не решилась воспользоваться чужим, а своего у меня не было. Поэтому нацепила пижамные брюки и футболку, накинула сверху халатик и выскользнула в комнату.
Я боялась замёрзнуть во влажной одежде, но в комнате было тепло. И сначала меня это порадовало, а потом расстроило. Потому Вадима снова развезло. Но поняла я это не сразу.
Сняв халат и оставшись в шортах и майке, я юркнула между раскинувшим руки Андрюшкой и лежащим на спине Вадимом. Устроилась на боку, спиной к Клюеву. Сына немного отодвинула от края и только прикрыла глаза, как сзади заворочался Вадим.
Он положил мне руку на плечо. Придвинулся ближе. У меня ещё была надежда, что он во сне ворочается. Но когда Вадим прижался вплотную и скользнул ладонью на грудь, сон как рукой сняло.
– Лер, давай, а? – зашептал он, прикасаясь губами
