— Это мои материалы о которых я говорила ранее.
— Окей, — добродушно ответила Злотова, поглядывай на Кортина. — Спасибо. Желаю тебе…
Ника собиралась разразиться душевной прощальной речью, но резко умолкла, когда открыла папку. Улыбка пропала с её лица. — Что с текстом?
— А что с ним?
— Ты видела шрифт? — Она требовательно посмотрела на Алису. — Это же невозможно читать.
Началось!
Реброва пожала плечами и сухо произнесла:
— Бумаги было мало.
Даже не соврала.
Ника, потеряв дар речи, неверяще посмотрела на почти бывшую коллегу. Тем временем Алиса продолжила:
— В синей папке мои прошлые дела, в красной проектные материалы, а вот в этой — всё что нужно обработать до конца квартала.
— Хорошо, — сквозь зубы ответила Ника. Очевидно, что она не хотела скандалить при руководителе. Тот расслабленно наблюдал за их диалогом. — Скинь мне электронные варианты на почту. Раз ты нормально распечатать не можешь…
— Электронные?
— Да.
— А их нет.
— Что?
— Их нет. Я уже почистила рабочее облако.
— Ты же шутишь?
— Нет, — Алиса улыбнулась и любовно погладила лежащую сверху папку. — Здесь всё, что нужно.
Злотова посмотрела на руку Ребровой, на папку и вскочила со своего места. Как выброшенная на берег рыба, она то открывала рот, то закрывала.
— Ты издеваешься? — прошипела Ника. В поиске поддержки она посмотрела на Кортина. — Лёша, скажи ей!
Алексей, явно ждавший своего часа, выпрямился и спокойно уточнил:
— Что ей сказать?
— В смысле? — растерялась брюнетка. — Она удалила свои материалы! Только вот это, — Никак посмотрела на папки с отвращением, — осталось.
— И что? Чем ты недовольна?
— Их же невозможно читать!
— Да, нормально всё читается, — с раздражением ответил Кортин. — Я их успел просмотреть.
— Но… Но…
— Что? Если так сильно нужны электронные варианты, то можешь сама перепечатать материал.
— Лёша…
— Ника, ты же сама расписалась в актах.
— Но Алиса меня обманула! — воскликнула Злотова. — Я думала, что будут электро…
Алексей её перебил:
— Алиса тебя силой заставила подписать акты? Нет. И в чём конкретно она тебя обманула? Презентационные материалы есть? Есть. Проектная документация на месте? Да. Я всё проверил и расписался.
Алисе, молча наблюдавшей за коллегой и руководителем, стало не по себе. Она, конечно, раньше конфликтовала с Кортиным, но он никогда не выглядел ТАК. Да, он злился на неё, но… Алексей был полон эмоций, а тут… Он сдержанно и преднамеренно издевался над Никой. Подводил Злотову к какой-то нужной себе черте. И он действительно страховал Алису. Буквально отвечал за неё.
Что происходит? Я ничего не понимаю…
— Лёша… Как ты можешь… Она же специально всё это сделала… — прохныкала Злотова, её глаза наполнились слезами. Алексей лишь нахмурился. Но тут настала очередь рыцаря:
— Лёша! — возмутился Костя, вставая со своего места. — Ты не прав! Алиса давно издевается над Вероникой!
Реброва, если бы могла, то испепелила Костю взглядом. Но этого не требовалось.
— Что? — едва ли не процедил Алексей, смотря на парня.
— Алиса… издевается над Вероникой, — уже не так уверенно, повторил дизайнер. Он с опаской посмотрел на руководителя, но всхлип Ники явно придал ему сил и тупого бесстрашия. И потому вновь заявил: — Алиса должна извиниться перед Вероникой! А ты не должен поощрять такое поведение. Это, вообще-то буллинг.
Всё. Я иду домой.
Алиса закатила глаза и молча направилась к своему месту. Костя попытался её задержать, но осёкся, когда Кортин рявкнул:
— Костя, сядь.
Парень скорее на автомате послушался и во все глаза посмотрел на руководителя.
— Как же я вас тут всех разбаловал, — с выдохом произнёс Алексей.
В кабинете образовалась гнетущая тишина. Даже Марго выглядела слегка напуганной таким поведением руководителя.
— Ника, как успокоишься — зайди ко мне в кабинет, — устало произнёс мужчина. Потом добавил:
— Когда я устраивался на эту должность, меня предупредили, что стоит ждать… различных курьёзов от противоречивых личностей, — он виновато посмотрел на Алису и едва ли не нежно ей улыбнулся. — Как удачно, что в первую неделю я установил камеру в своём кабинете.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
У Злотовой подкосились коленки, она плюхнулась на свой стул и в шоке уставилась на Кортина. Да и слёзы внезапно прекратились. Только ужас застыл на её лице.
Усмехнувшись такой реакции, Алексей продолжил:
— К сожалению, мне нужно было чаще пересматривать записи… — Затем он обратился к Алисе: — Дождись меня, пожалуйста.
19
Когда Алексей ушёл, в кабинете образовалась гнетущая тишина. Коллеги Алисы застыли в изумлении от произошедшего. Но через мгновение все принялись усердно изображать активную деятельность. Раздались хаотичный стук по клавиатурам, скрип кресел и шелест документов. Попасть под горячую руку никто не хотел.
Не работали только Алиса и Злотова. Последняя сидела с таким лицом, будто вся радость и воля к жизни её покинули. Вероника смотрела отсутствующим взглядом в пространство перед собой и кусала губы. Глаза красные от театральных слёз, но кажется настоящие и горькие вот-вот прольются. Ребровой на секунду даже стало её жаль. Но Ника резко поднялась и с лютой ненавистью посмотрев на Алису, зашла в кабинет Кортина.
И всё равно я виновата во всех её горестях. У некоторых людей совсем отсутствует способность к рефлексии.
Алиса хотела уйти, ей здесь больше нечего ловить, но сдвинуться не давала просьба Кортина. «Дождись меня, пожалуйста» — фраза, которая приковала девушку к стулу. Про себя она, конечно, бурчала, что наглость Алексея не знает границ… Что Алиса слишком мягкотелая и другая бы уже уплыла в закат, а не ждала… Но, с другой стороны, ей интересно чем всё закончится. Да и коллеги её немало забавляли. Даже Реброва не ожидала от харизматичного и обаятельного Мистера Идеальность такой злости, такой агрессии. Что ужї говорить о его подчинённых, с которыми мужчина всегда был душкой? Вон Марго сидит бледная и напряжённая, никакой расслабленности. Ира же явно произносит молитвы про себя, а вот Костя… Он веселил больше всего. Парень сидел перепуганный с осознанием того, что сделал что-то не так, но вот что… Пока не понял.
Относительно расслаблена здесь только Реброва. Очень относительно. У девушки продолжалась внутренняя борьба «уйти или не уйти». Также совесть не позволяла испытывать садистское удовлетворение и восторг от восстановленной справедливости. Мама Алису воспитывала доброй девочкой, теперь не позлорадствуешь. И приходится Алисе крутиться на стуле и отмахиваться от тлеющих зародышей жалости к Злотовой и Ко.
Разговор Мистера Идеальность и Вероники затягивался. Чересчур. Прошёл час, а признаков жизни из них двоих никто не подавал.
Конечно, не думаю, что Кортин повышал бы голос… Но что там со Злотовой? Она же вроде из тех, кто будет бросаться в ноги и горестно молить о прощении. Да так, чтобы все слышали.
И только Алиса подумала об этом, как открылась дверь и выглянул Алексей Сергеевич. Утомлённый, но пугающе спокойный. Он абсолютно пресно попросил у Иры:
— Принеси, пожалуйста, воды, — хотя ясно видно, что он бы выпил чего-нибудь крепче.
Или это для Вероники?
Блондинка подскочила как от удара плетью и мгновенно умчалась на кухню. Мужчина медленно и изучающе осмотрел оставшихся двух подчинённых, а затем глянул на Алису. Взгляд смягчился, улыбнулся:
— Я скоро закончу, — проинформировал Кортин.
Девушка кивнула.
После непродолжительной паузы мужчина продолжил:
— Очень устал, — произнёс с совсем нескрываемым намёком. Приложил руку к шее, потянулся, тяжко вздохнул…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Понимаю… — ответила Алиса, совершенно ничего не понимая.
Кортин продолжал смотреть.
Что он от меня хочет? Может, медленно ему моргнуть, как кошке?
Но она не решилась на подобную шалость. Не дождавшись от неё того, что хотел, Алексей усмехнулся и со вздохом покачал головой.
