Здесь было солнечно и уютно: уникальный заповедник, место, где Астрономы могли отдыхать от повседневных забот и предаваться созерцанию. Разумеется, как существа, ответственные за благополучие Мира и выверявшие его курс, Астрономы вполне заслуживали обладать местом беспечально роскошного уединения, да и прислужников своих туда допускали. С незапамятных времен там простирались равнины, обитали животные и птицы, тщательно модифицированные и приспособленные к условиям микрогравитации. Такова была мудрость Древних.
В пышном раю Мемор позволила Захватчикам некоторое послабление. Она не отняла у них бывшее с ними оборудование, опасаясь, что, лишившись чего-либо из своей техники, те погибнут. Вероятно, какие-то из этих приспособлений, грубые и несовершенные, обладали для Захватчиков сакральной значимостью или служили предметами развлечения. Ну что ж, Мемор милосердна.
Совместно с прислужниками из числа Меньших она наблюдала, станут ли Захватчики высвобождаться из своих скафандров. Они раздели пострадавшего сородича, но выводов из увиденного явно не сделали. По каким-то (безусловно, примитивным) соображениям остальные Захватчики оставались в своих скафандрах, даже забываясь сном.
Они проводили во сне вдвое больше времени, чем Астрономы, а просыпались более или менее одновременно. Вероятно, так проявлялся внутривидовой защитный механизм.
Они наконец разделись до нижнего слоя одежды. Какие тощие! Мемор сомневалась, что они от нее прикрываются. Возможно, одежда служит им примитивным средством ограничения рождаемости, сдерживая первобытные сексуальные импульсы. Не исключено также, что она способствует терморегуляции в менее благоприятном для жизни окружении. Низшие виды Мира выработали сходные защитные механизмы. Некоторые из них способны были использовать простейшие орудия труда.
Мемор внимательно наблюдала, как Захватчики обнаружат туалет и воспользуются им. Она отметила, что совместное удаление отходов для этих существ нехарактерно. Вероятно, очередность пользования туалетом отражала ритуальный статус индивида.
Они испытали многие предложенные Мемор продукты, которые она разложила перед Захватчиками изящным массивом в форме полумесяца, желая заодно преподать им урок биологии Мира. Пришельцы не ели травы, древесины или тростника, зато проявили способность питаться на диво разнообразной высокобелковой пищей. Всеядные! Мемор полегчало: она сперва сомневалась, а смогут ли они вообще питаться самостоятельно. В Мире обитали существа, не умевшие даже этого: они нуждались в помощи видов, которые бы переваривали и подносили им пищу. Поток жизни выбирает странные русла.
У некоторых Захватчиков имелись при себе маленькие камеры. Мемор смотрела, как они регистрируют все увиденное. Большую часть времени они проводили, изучая предложенные им образцы пищи и доискиваясь ее новых источников. Поняв, что они мясоедные и могут пользоваться ножами, она предложила им неразделанные трупы. Они сфотографировали не только их, но также разделанные туши и приготовленное мясо. Они снимали все подряд: необработанные и очищенные растения, прислужников Мемор, саму Мемор.
Меньшие вернулись с докладом о клеточных культурах, выращенных после пробоотбора у Позднейших Захватчиков. Оказалось, что генетические мотивы их в целом сходны с видами Мира. Итак, ДНК универсальна? Мемор понимала, как это малоправдоподобно, и рассудила, что Захватчики, вероятнее всего, явились с одного из Посевных Миров, куда занесли жизнь Древние.
Интересно, умеют ли Позднейшие Захватчики генетически трансформировать виды и биомеханизмы так, чтобы те не распадались в биосфере? Древние овладели этим искусством, подчинили ферменты и заставили их синтезировать различные устройства, и теперь Мир выращивал аппараты, необходимые Народу.
Высший Путь пролегал там, где в машины превращались солнечный свет и вода. Едва ли Позднейшие Захватчики продвинулись этой дорогой к величию. Скорее всего, они умеют редактировать гены и пересаживать их в другие формы жизни – это несложно. Но устройства их не выглядели так же элегантно, как техника, выращенная естественным путем. Вероятно, они питаются простейшей пищей и ведут примитивный образ жизни. Зато строят корабли с ионными прямоточниками.
Мемор решила обдумать эту странность попозже и занялась рыбой. Она приказала доставить пленным в их просторную тюрьму образцы рыбы с различными химическими свойствами. Отчего бы не проявить щедрость? Пускай проведут последние свои дни в комфорте.
16
Влажная, рыхлая, странно пахнущая земля тянулась во все стороны, раскроенная серой металлической сеткой. Бет подумала, что здесь, почти при нулевой силе тяжести, ее вряд ли можно называть почвой. Больше всего она напоминала кусок штукатурки, из которого тянутся растения. Илистые листы уходили вдаль, казалось, на тысячи километров.
Она залезла на треугольное дерево с тонким стволом и принялась обозревать окрестности. Вдали, может быть в нескольких десятках километров, уходила ввысь стена теплицы. Бет полагала, что тянется она до пластиковых небес.
– Все равно как если бы нас отправили на каторгу в Австралию, – сказала Майра. – Скучную, влажную, коричневых оттенков Австралию. Полно места, есть где спрятаться.
– Мы скоро с голоду помрем, – ворчал Абдус.
– Я над этим работаю, – улыбнулась ему жена.
– Вылезайте из этих проклятых скафандров, – сказал Лау Пинь, – так будет удобнее перевязать Тананарив.
Несколько ранее у них состоялась недолгая отрывочная беседа с большой птицей, возглавлявшей группу и называвшей себя Астрономом – вероятно, обозначение ранга. Она – да, наверняка она, судя по характерной щели меж венков розовых перьев, – наладила общение с людьми, начав со звездных карт и рисунков и медленно произнося слова собственного языка: ворчливые, писклявые, напевные. Четвертую разновидность Птиценарода Бет окрестила Носильщиками.[22] Как и прочие разновидности, эту составляли бескрылые пернатые птицы, но телосложением Носильщики скорее напоминали ящериц. Конечности их были длинными, суставчатыми. В теплице, почти в свободном падении, они оставались неспособны к полету, но прыгали на значительные расстояния. Астроном, имя которой звучало примерно как Мемор, не преминула это сейчас же и продемонстрировать. Бет подумала, что тем самым она хотела исподволь приучить людей к покорности: во всяком случае, долгие гудящие крики, издаваемые Мемор, звучали радостно и властно. Остальные Астрономы, как правило, носили нечто вроде жилетов и складывали туда разные вещи.
Большая Птица третьей разновидности, за которой они следовали, была Охотником. Какого он – она, оно? – пола? Где у них гениталии? Анальное отверстие под хвостом, как и у земных птиц. Условно обозначим Охотника «он» – он нес длинноствольное ружье и был вооружен сверкающими кривыми клинками. Выглядел он мастером убийства.
Им не позволяли выходить за стены – все доставляли Носильщики. По первому же приказу Астронома они таскали небольшие туши животных, более крупные куски мяса, коренья, фрукты, зерно, ветки. У Астронома были большие четырехпалые руки, но казалось, что она ими редко пользуется: за нее большую часть работы делали Носильщики, чьи длинные руки были искусны и проворны. Они раскладывали груз длинной дугой, растения слева, мясо справа. Бет, глотая слюнки и слушая урчание в желудке, ждала, пока они закончат.
Носильщики отступили. Астроном вышла вперед – так могла бы двигаться иноходью лошадь – и
