Профессиональный охотник должен следить за установкой и снятием палаток, за правильной погрузкой и разгрузкой тысячи и одного предмета снаряжения. Если один из грузовиков откажет, он должен суметь отремонтировать его. Если кто-либо заболеет, профессиональный охотник должен оказать ему медицинскую помощь. При этом он не должен забывать, что командовать сафари — не основная обязанность. Ему платят жалованье как охотнику, и он должен добывать трофеи для клиентов.
Чтобы успешно справляться с этой задачей, профессиональный охотник должен хорошо знать районы страны. Многие клиенты хотят поохотиться на слона, носорога, буйвола, льва, крупную антилопу сразу. Но ведь не все эти животные обитают в одной и той же местности. После того, как клиент убьет льва, профессиональный охотник доставляет его за 200-300 миль в другую местность, где клиент охотится на носорога или буйвола. После этого в совершенно другой местности происходит охота на слона. Охотник должен знать сложную сеть дорог, должен помнить, какие дороги проходимы в период дождей, где находятся броды, где лучше всего разбить лагерь, места, возле которых имеются источники воды и в какое время года есть в них вода. Кроме этого, он должен знать, какая трава растет в различных частях страны в разное время года. Трава играет большую роль в охоте. Если трава высокая, в ней мало что можно увидеть, поскольку животному там легко скрыться. Кроме того, дикие животные мигрируют из одного района в другой по траве, а хищники следуют за ними.
Продовольствие всегда является проблемой. Ни один сафари не может взять с собой достаточно пищи. На профессиональном охотнике лежит обязанность добывать мясо для «котла». В Африке не всегда просто достать животное на мясо; клиент может пожелать охотиться на носорога или слона, а эти животные обитают в кустарнике, где мало антилоп. Если же обслуживающий персонал не кормить мясом в течение нескольких дней, среди людей возникает недовольство, а иногда и ссоры. Иногда клиент может вообще не пожелать тратить день или более на охоту за животным для мяса. В конце концов клиент платит по сорок фунтов или более в день за сафари и может не захотеть тратить время. У него свои соображения. А если посадить юношей, обслуживающих сафари, на одну кукурузу, то они теряют интерес к своим обязанностям.
Даже в районах, изобилующих дичью, профессиональный охотник должен по возможности вносить разнообразие в питание всех участников сафари. Клиентам надоедают бифштексы из мяса газелей Томсона, котлеты из конгони, жареное мясо импалы, а также консервы. Охотник должен постараться убить гуся, утку или куропатку. Хорошо если для разнообразия ему удастся поймать форелей. Все эти мелочи внушают клиенту чувство, что понесенные расходы полностью оправданы, а он хорошо проводит время.
Есть масса мелочей, которые очень легко упустить из виду, а они существенно отражаются на успехе сафари. Снятие шкур с убитых зверей более сложное дело, чем самый процесс охоты. Стоит скорняку оставить какой-нибудь квадратный дюйм мяса на шкуре, как оно начинает гнить, оставляя на шкуре дырку. Даже опытный набивальщик чучел не сможет устранить этот дефект. С другой стороны, если скорняки слишком сильно скоблят шкуру, они могут ее порезать. Если профессиональный охотник возьмет не ту соль, которая требуется для сохранения шкуры, или если эта соль втирается не по всем правилам, шкура будет испорчена. Тогда клиент, который потратил столько времени и денег на добычу трофея, вполне обоснованно придет в ярость. И в этом случае вся вина падет на профессионального охотника.
Кроме всего этого, профессиональный охотник должен владеть несколькими местными языками, уметь вести тяжелый грузовик по труднопроходимой местности, изобилующей рытвинами и пеньками, кое-что понимать в фотографии, уметь играть в полдюжину карточных игр и ни в коем случае не выходить из себя. Последнее обстоятельство чрезвычайно важно, и его труднее всего выполнить. Некоторые клиенты приезжают в Африку в основном не для того, чтобы поохотиться, а для того, чтобы убежать от какого-либо преследующего их страха, от которого они надеются отделаться в зарослях кустарника. Жить с такими людьми в течение нескольких недель довольно тяжело.
Мне часто вспоминается один американский миллионер, который большую часть жизни провел на европейских лечебно-водных курортах. Это был единственный сын стариков родителей, и хотя он уже находился в пожилом возрасте, никогда не был женат. Мне еще не приходилось встречаться с таким человеком: он был постоянно погружен в печаль. Он решил заняться охотой на крупного зверя в отчаянной надежде, что сможет убежать от самого себя. Он был невероятно богат.
Частный самолет доставлял особые спиртные напитки в наш лагерь, включая вино для приготовления пищи. С собой мы взяли большой запас его собственного пива, которое варилось по его вкусу. Он всегда писал письма знакомым женщинам в Европу. Это в основном были артистки, которым он делал фантастически дорогие подарки. Бесконечные письма всегда посылались телеграфом, поскольку он считал обычную почту слишком медленной. При нас было переносное радио, по которому письма передавались на почту в Найроби. Если дамы не отвечали ему в течение ближайшего дня или двух, он сидел один в палатке и плакал, как ребенок. Я очень удивился, если бы узнал, что в его отношениях с этими женщинами было что-нибудь непорядочное. Мне казалось, что он совершенный импотент. В отчаянии он стремился купить хотя бы дружбу, чтобы как-то скрасить свое жалкое существование.
Однажды утром он заявил:
— Сегодня охоты не будет, Джои, — мы поедем покататься.
Я взял с собой легкое нарезное ружье калибра 275 на тот случай, если пожелаем добыть мяса для обслуживающего персонала. Пока мы ехали, мимо нас пробежал носорог. Мой клиент схватил ружье, и не успел я остановить его, как он выстрелил, ранив зверя в брюхо.
Раненый носорог скрылся в кустарнике. Я взял свое ружье и последовал за ним, надеясь добить несчастного зверя выстрелом в сердце. Когда я шел по следу носорога, он неожиданно бросился на меня. Я всадил в него четыре пули, но они не нанесли ему никакого вреда. Зверь наверняка убил бы меня, если бы клиент не свалил животное выстрелом из тяжелого ружья калибра 404[29], которое случайно оказалось в машине. Через несколько минут после этого случая он снова плакал от того, что какая-то знакомая по Парижу артистка не написала ему в течение недели.
Конечно, такого рода поездки сказываются на нервах. После участия в нескольких подобных сафари всегда будешь рад принять участие в уничтожении каких-либо зверей по просьбе Департамента по охране дичи.
