– Это был истинный подвиг, и я никогда его не забуду! Я знаю, милорд, что с вами всегда буду в безопасности.
Как же ему хотелось, чтобы она обратила свой томный взгляд на тарелку с жареным гусем и вареным омаром, но Луиза едва притронулась к еде. Ей необходимо было только его внимание. Она сразу объяснила, что тетушка просит не оглашать помолвку.
– Прежде надо написать письмо дяде и попросить его благословения, – сказала она. – Но я не сомневаюсь, что он не станет возражать.
– Конечно, – согласился лорд Гиллингем. – Мне следовало самому связаться с ним. Но я не сообразил сразу, что ваш опекун не приходится мужем миссис Хьюз.
Луиза с улыбкой кивнула. Его невеста, кажется, не усмотрела в этих словах никакого подтекста, хотя Джон и начинал думать, что это была самая большая промашка в его жизни. Она заговорила о приготовлениях к свадьбе, а он изо всех сил старался не морщиться.
Рассеянно он подался вперед, словно желая внимательнее вслушиваться в ее слова. При этом его бокал немного наклонился и… рубиново-красная жидкость пролилась на бледно-розовое платье. Мисс Крукшенк взвизгнула.
– Прощу прощения, – быстро произнес Джон. Он отодвинул стул и махнул лакею. – Быстро позовите горничную. Пусть она проводит эту леди в дамскую комнату и позаботится о ее платье.
Его невеста наконец-то перестала улыбаться и теперь с отчаянием разглядывала юбку.
– Платье испорчено!
– Это я виноват, – сказал Джон. – Непростительная оплошность. Я слишком заслушался вас. Примите мои нижайшие извинения, мисс Крукшенк, и позвольте возместить вам стоимость платья.
Луиза покачала головой, пытаясь обрести свою обычную жизнерадостность.
– Это пустяки, милорд, не тревожьтесь. Появилась горничная, и маркиз повернулся к ней.
– Посмотрите, чем можно помочь этой леди, – велел он.
Служанка быстро присела в реверансе.
– Позвольте, я промою пятно содовой водой, мисс. Мы все отчистим в два счета, положитесь на меня.
Миссис Хьюз встала, уже готовая сопровождать племянницу, но Джон, предварительно убедившись, что Луиза слишком поглощена своим платьем, протянул Марианне руку и тихо произнес:
– Нет, останьтесь, прошу вас!
Марианна удивленно посмотрела на него. К счастью, она быстро соображала и ни о чем не стала спрашивать. Когда же Луиза и горничная, обсуждая, чем еще можно устранить ущерб, нанесенный муслиновой юбке, скрылись в дверях, Марианна настороженно попятилась.
«Что происходит?»
Она с удивлением смотрела, как маркиз возвращается на свое место во главе стола. Сев на стул, он замялся, явно не зная, что делать дальше. Марианна первая нарушила молчание:
– Вы это специально подстроили! Он внимательно посмотрел ей в глаза.
– Вы нарочно пролили вино. Зачем? Я понимаю, что Луизины восторги могли немного надоесть, но это уже чересчур.
Он улыбнулся, что было для него редкостью, но отрицать ничего не стал. Вместо этого пошарил в кармане, вытащил перчатку и протянул ее Марианне.
– Что это? – спросила она в замешательстве.
Он кивнул на пятнышко, заметное даже на темной коже.
– Посмотрите получше, – предложил он. – Я это приметил только после того, как отвез вас и мисс Крукшенк домой. Если вы приглядитесь, то поймете, что именно меня встревожило.
Марианна потрогала перчатку. Пятно было липким на ощупь. Она слабо ахнула.
– Это кровь?
Глава 8
Кровь?
Он не ответил. Ответа и не требовалось. Лицо его было мрачным. Марианна раскрыла глаза.
– Вы поранились, когда схватили лошадь, милорд? Ничего удивительного. Я очень испугалась, что это может случиться, когда вы бросились ей наперерез. Надеюсь, вы пострадали не сильно?
Он показал ей ладони. На них не было ни царапины.
– Я получил лишь пару синяков, ничего серьезного. Это была кровь лошади. Думаю, животное было ранено чем-то острым. Может, камнем или даже ножом.
Марианна сморщила лоб, пытаясь понять. Джон был очень серьезен. Как видно, его волновало что-то более важное, чем раненая лошадь.
– Вы считаете, что какой-то мальчишка в парке швырнул камнем, и лошадь от этого пустилась вскачь? – вдруг догадалась она.
– Возможно. Скорее всего это было сделано намеренно, – сказал, он. – Впрочем, я по натуре осторожен. Но скажите: кто-то может пытаться навредить мисс Крукшенк?
Сначала Марианна хотела было рассмеяться. Что за нелепость! Но мрачный вид маркиза развеял ее недоверие. Она покачала головой. Колени у нее подогнулись, и она опустилась на ближайший стул.
– Ну, конечно же, нет! Луиза всего лишь ребенок. Откуда у нее враги? Какая-нибудь девушка из зависти к Луизиной красоте может за чаем отпустить колкость, но покушаться на жизнь? Нет-нет, это даже представить невозможно.
– Я был бы рад с вами согласиться, – произнес он серьезно. Подавшись вперед, он заглянул ей прямо в глаза. В его взгляде она прочла беспокойство. – Но лошадь в парке неслась прямо на нее, а теперь, когда я уверен, что животное испугали намеренно… Конечно, удобно свалить все на мальчишку, якобы бросившего камень, но я что-то не припомню, чтобы там были какие-то дети, перед тем как лошадь взбесилась. А вы?
Марианна напрягла память. Нет, она тоже не видела поблизости детей. Впрочем, в парке гуляло много народу, и затерявшегося в толпе мальчишку можно было и не заметить.
– Это могла быть просто случайность… – начала Марианна и замолчала. Он сразу заметил, как вытянулось ее лицо.
– Что такое?
– Я только что вспомнила… Тогда это показалось совсем не важным. Несколько недель назад Луиза, ее дядя Чарлз Крукшенк и сэр… один друг прогуливались по холмам в окрестностях Бата. И вдруг с вершины холма сорвался валун, который едва не задел Луизу и ее друга. Тот едва успел оттолкнуть Луизу в сторону. Мы тогда решили, что произошел обвал. Перед этим долго шли дожди, и могло размыть почву. Это была просто… – Она замолчала.
– Еще одна случайность? Не много ли опасных случайностей приходится на долю мисс Крукшенк? – произнес Джон мрачно. Марианна проглотила слюну.
– Трудно представить, что кто-то желает Луизе зла. Повисло молчание. Марианна услышала, как в камине зашипел уголек. Маркиз снова заговорил:
– Я не имею никакого желания встревать в то, что меня не касается. Для меня это ровным счетом ничего не значит, но… каково финансовое положение Луизы?
Марианна моргнула.
– Скоро ей исполнится двадцать один, и она унаследует все состояние отца.
Он приподнял брови. Марианна с неохотой пояснила:
– Это больше пятидесяти тысяч фунтов.
– Внушительная сумма, – кивнул маркиз.
Он выразился довольно мягко. На взгляд многих людей, это было огромное богатство. Убивали и за гораздо меньшее. В Лондоне есть такие места, где вам с легкостью перережут горло, надеясь найти в вашем кармане лишь несколько шиллингов. Но тут дело не в случайной встрече с грабителем. Подумав логически, он задал новый вопрос:
