насколько ненависть Ильи усилилась.
И эта ревность.
Она бушует во мне.
Возможно, впервые, задумался о том, что жена способна уйти. Найти другого, снова влюбиться, стать чужой.
Без понятия, что делать, и как исправлять ситуацию, но осознаю, что все очень плохо.
А если Илья решится ухаживать за Элей? Занять мое место и растить Ивана?
Ваня еще маленький, он и не вспомнит, кто его настоящий отец.
Развод недопустим, но избежать официальное расставание с озверевшей супругой — нереально.
Всем людям дается шанс, пусть даже единственный.
Но будет ли он предоставлен мне?
К глазам подкатывают слезы. Я делаю глубокий выдох и снова глоток алкоголя.
Быть может, пора предъявить жене в вину мое состояние?
Пригрозить, что повешусь, отравлюсь. Учитывая прошлое — может прокатить. Эля не захочет брать на себя ответственность за человеческую жизнь и смягчится. Потом договоримся.
Понимаю, что план эгоистичный, но ничего не остается.
Папа отойдет при таком раскладе, и тоже протянет руку помощи. Перестанет пугать лишением дотаций и Илья.
Черт с ним с квартирой, в конце концов она достанется Ванюше, но бизнес…
Я не должен его потерять.
Как поступить?
Написать сообщение?
Выпить таблетки и дрожащим голосом оповестить Элину, что на грани?
Вариант плохой. Если она не поднимет, могу по-настоящему травануться, и тогда афера не имеет смысла.
Сделать фото с балкона?
Мол, не дашь возможность покаяться — выпрыгну?
Стоило бы и Раису испугать, иначе не отстанет. Она крепко вцепилась в надежду поиметь с меня хотя бы рубль.
Жестокая реальность. Ничего не скажешь.
И автор этого дерьма только я.
Надо было выбирать кого-то на стороне, не было бы последствий.
Рая — роковая ошибка. Сбой в системе, которая, казалось, хорошо отлажена и стабильно работает.
Откровенно говоря, выставлять себя слабаком на фоне Ильи не хочется, но вариантов выкрутиться как-то иначе для себя не вижу.
Если дрогну и оставлю все, как есть, потеряю семью в полном составе и все финансы.
Быть жертвой — удобная позиция. Включить актерское мастерство, проявив сообразительность — это мудрость.
Еще и сами будут извиняться и пылинки сдувать, только бы не произошел рецидив.
Допиваю виски и открываю шкаф.
Аптечка здесь не Бог весть какая, аспирин и таблетки от диареи, но, как говорится, что имеем. Мне и не нужны серьезные препараты, перспектива превратиться в овощ в инвалидном кресле не манит.
«Я очень люблю тебя, Элина. Безумно сожалею, что скатился в пропасть, заведя роман с маргиналкой Раисой. Не хочу жить, если будущее без сына и жены. Если ты не готова предоставить возможность все наладить, то прямо сегодня… умру. Выбирай, подтолкнешь мужа в бездну, или спасешь?» — отправляю и жду ответ.
Элина человечная и добрая.
У нее огромное сердце, — уговариваю себя. — Я все делаю правильно. Я молодец.
Глава 40. Раиса
Клуб — это, конечно, хорошо, но лучше поехать к Андрею. Мудрее.
Если задуматься, а кто меня вот так же любил, как этот неудачник?
Родители давно поставили на жизни дочери крест, считая вертихвосткой, бывший — прекрасно дал понять, что я ему не нужна и у него новая семья, Илья… Эх, тут мой самый главный провал. Просчет.
Он ведь действительно мог все изменить в картинке мира, если бы в жопе не заиграло желание крутить несколькими мужиками одновременно.
В отличие от Андрея, бизнес действующего мужа не мыльный пузырь, но разве я была осведомлена? Искренне верила, что и любовник успешный, есть что доить.
Никогда бы не повелась на «голого короля», зная, что рулит всем Илья.
Как же я злюсь.
Водоворот мужчин и желание выбить для себя безбедную жизнь настолько утомили, что хочется опустить руки и сдаться.
Невозможно постоянно корчиться и строить ту, кем не являюсь.
Опять ищи, снова удивляй, соответствуй.
Достало!
Андрей сейчас в такой же яме, и вместе мы можем подняться.
Трешка все-таки есть!
Допустим, на эмоциях, он не перепишет ее на меня. Будем мыслить благоразумно, но со временем… когда снова завоюю доверие?
Нужно быть полным болваном, полагаясь на прощение Элины.
Появится новая баба и тогда тю-тю жилье.
Синица в руках точно лучше журавля в небе.
Вместо вечерних посиделок в клубе, окончательно решаю заглянуть к Андрею.
Выгляжу неплохо, куплю вино и заявлюсь, как королева.
Он у меня до сих пор в кулаке, и это очевидно. Любит. Так уж вышло, что роковая женщина жизни Андрюши именно я, и никуда от этого не деться.
Сказано — сделано.
Вызываю такси, предварительно заглянув в супермаркет, и еду к любовнику.
На этаж поднимаюсь в приподнятом настроении.
Звоню.
Не открывает.
Точно знаю, что он дома. Андрею просто некуда идти, а на работу сегодня не рискнет. Илья разъярен.
Требовательно жму звонок в течение минут пяти.
Обозлившись, бью по обшивке ногой и уже собираюсь уйти, как слышу звук щелкающего замка.
— Что тебе нужно? — недовольно произносит.
— Приехала в гости. Неужели все еще взвинчен? Ну, тигр, не психуй.
— Уходи отсюда, я не желаю общаться.
— А я — очень даже хочу. Все равно уже попались, зачем скрываться? — игриво облизываю губы.
— Квартиру не перепишу, не тужься.
— Мне она не нужна. Важнее — остаться в твоей жизни, — невинно хлопаю ресницами.
— Ага.
— Пригласишь? — не дожидаясь ответа, нагло вваливаюсь.
От Андрея безумно несет алкоголем, но это даже на руку. В состоянии опьянения он всегда охоч до секса, а я способна удовлетворить все самые темные желания любовника. Расслабить.
Без позволения прохожу на кухню и вижу гору таблеток.
— У тебя проблемы с пищеварением? — кошусь на препараты от диареи.
— Рая, уходи, — теперь мне кажется, что Андрей неестественно бледен.
Пропуская мимо ушей его призывы, присаживаюсь за стол и ставлю бутылку вина.
Да уж, до сих пор бесится. Козел.
Цепляюсь глазами за лист А4, и замечаю знакомый почерк.
...после моей смерти завещаю сыну...
— Что это? — хватаю в шоке записку. — Ты… Андрей, ты что, собрался наложить на себя руки? — впервые мне действительно становится не смешно. — Я же пошутила, когда сказала… Боже… Нет.
Когда-то мне казалось, что он врал, рассказывая историю, что готов был свести счеты с жизнью из-за нашего расставания. Но теперь...
Меня начинает трясти.
В голове возникает слово «тварь» и оно предназначено самой себе.
А если бы я не пришла?
Андрей так сильно любит. Он рисковал женой, ребенком, бизнесом, даже жизнью, пока я играла чувствами человека, не желающим без меня дышать.
— Я сказал пошла вон! — выдергивает предсмертные откровения, которые не успеваю дочитать.
— Прости меня, — шепчу.
