— Что же нам делать? — спрашивает Пентонг.
— Эй, вы там! — кричит капатас. — Расселись! После будете трепаться!
Прежде чем снова взяться за работу, Андонг недобрым взглядом смотрит на капатаса, потом с силой вонзает кирку в землю. Теперь он работает с какой-то яростью и уже не замечает упорного сопротивления неподатливой земли, вымещая на ней свою злость.
— Эй, эй, — кричит Пентонг, — полегче, а то сейчас меня заденешь.
Андонг смотрит на напарника. Пентонг не очень-то усердствует, он втыкает лопату на два-три пальца, потом неторопливо отбрасывает землю.
— А ты отойди маленько! — сердито отвечает Андонг и снова берется за кирку.
Ярость и страх душат Андонга. С каждым ударом он все отчетливее осознает нависшую над ним беду. Его бросает в жар, теперь он ощущает немилосердное, палящее солнце.
Что будет, если он потеряет работу?
Ясно что. Нечего будет есть. Хорошо еще, если удастся добыть горсть риса в день. А на приправу одна соль. Опять придется на коленях умолять Чэнга, чтобы дал в долг, довольствоваться случайными и ненадежными заработками.
Он может работать лишь там, где нужны крепкие мышцы. За плечами у него всего четыре класса, так что на хорошее место рассчитывать нечего.
А ведь он надеялся еще месяцев семь-восемь поработать здесь, на строительстве дороги. Поговаривали, что потом их переведут строить подъездные пути к новому жилому массиву. Так что он рассчитывал прилично заработать. А теперь…
Перед ним вновь встает лицо Эпенг — скорбное, грустное, озабоченное, с большими глазами, в которых словно застыл вопрос: почему такая несправедливость? С тонкими, пересохшими губами, шепчущими молитвы. Господи, как они живут! Жалкие, нищенские лачуги, дети в лохмотьях гоняются друг за другом по узкому, вонючему переулку и по шаткому, полусгнившему деревянному мосту через эстеро[31].
И Обет… Худой… Он сидит на скрипучем полу хижины… Плачет… Просит есть. Андонг старается утешить сына, часто обещает ему все, что тот ни попросит, но не всегда может выполнить обещание. Обет знает это и не перестает плакать. И тогда он бьет сына ремнем, хотя у него сердце обливается кровью.
Рико тоже скулит… Потому что тоже хочет есть… Эпенг смотрит на него большими глазами, в которых словно застыл вопрос, он кричит на нее. Потом идет в лавку к Чэнгу, чтобы занять хотя бы горсть риса — совсем маленькую горсть, ради которой пролито столько слез. Они тут же варят этот рис и съедают его безо всего, чтобы унять голод.
Вдруг видение исчезает — до Андонга доносится голос капатаса. Он замирает с занесенной киркой.
— Эй, ты! Где копаешь! Не видишь отметки?
— Я… я… — оправдывается Андонг.
— Исправить! За лишнюю работу платить не буду! Сам виноват!
Капатас направляется к катку. Андонг снова окидывает его недобрым взглядом, потом сгребает ногой землю в канаву, чтобы устранить огрех. Снова поднимает кирку. Опускает с резким выдохом. Земля поддается неохотно. Глухая ярость поднимается в нем.
День догорает, становится прохладнее. Скрежет катка и удары кирок смолкают, и вскоре доносится лязг железа — рабочие складывают кирки и лопаты в небольшом сарайчике неподалеку. Андонг тоже спешит к сарайчику. В глубине его на скамье сидит кассир, перед ним на грубо сколоченном столе лежит список. Кассир выкликает имена, рабочие по очереди подходят к столу и получают деньги. Но вот с раздачей денег покончено, и капатас берет список. Андонг замирает — самые худшие его опасения начинают сбываться. Наступает мертвая тишина.
— С завтрашнего дня некоторые из вас уволены. — Капатас обводит их взглядом. — Ассигнования на эту дорогу сокращены.
Никто по-прежнему не произносит ни слова, все ждут, когда капатас зачитает список. Андонг знает, что надеяться ему не на что. При чем тут ассигнования! Просто он не голосовал за победившего конгрессмена! В этом все дело, а не в ассигнованиях.
Капатас называет фамилии уволенных. Двое… шесть… девять человек… Андонг слышит свое имя. Больше ничего он не слышит.
И опять перед ним встало лицо Эпенг — скорбное, грустное, озабоченное, с большими глазами, в которых словно застыл вопрос: почему такая несправедливость? С тонкими, пересохшими губами, шепчущими молитвы. Она словно молит мужа: уговори его, скажи, что мы умираем от голода…
Обет… он плачет, просит есть… Рико вторит ему… Андонг отчетливо слышит их плач, он проникает в самый мозг, оглушает его… Дети тоже молят: уговори его, скажи, что мы умираем от голода…
— Не увольняйте меня… пожалейте… мы голодаем, — хрипло произносит Андонг.
— Я уже сказал и еще могу повторить: работы нет. — Капатас направляется к выходу.
Не помня себя Андонг хватает стоявшую в углу кирку, заносит ее над головой и бросается вслед за капатасом.
Виктор Хосе Пеньяранда
ГЕРОЙ ПРАЗДНИКА
© «Sagisag» 1979
Перевод Е. Фроловой
Сообщение журналистаУжасное преступление заставило наш народ надеть траур. Известный и всеми уважаемый депутат от провинции Таябас дон Амбросио Вентура был убит вчера вечером в холле гостиницы «Манила». Он был убит ножом на глазах у своих товарищей, когда они выходили после собрания видных деятелей Прогрессивной партии, которое происходило в названной гостинице.
Как стало известно из первых сообщений полиции, при этом ранено еще пять человек. Среди них депутат от провинции Пангасинан Альфредо Таяг, депутат от провинции Илоило Бенедикто Сисон. Кроме того, в результате этого ужасного происшествия пострадали двое полицейских и один служащий отеля. Депутат Сисон серьезно ранен и сейчас в тяжелом состоянии находится в Филиппинском центральном госпитале.
Полиция арестовала преступника. Хотя он и получил царапины и синяки, серьезных повреждений ему не причинили. Он был вынужден сдаться полиции после яростной борьбы. Против него нельзя было применить оружие из-за риска попасть в женщину, которую захватил преступник.
Полиция сообщила, что пока не имеет данных для установления личности преступника. Его описывают как стройного мужчину 25–28 лет, 5 футов 7 дюймов роста, с темными волосами, смуглой кожей и с родинкой на левой щеке. Во время совершения преступления он был в одежде официанта, но, по словам администрации, в отеле преступник неизвестен и никогда там не работал. Никаких документов, которые могли бы помочь установить личность преступника, не обнаружено.
По словам свидетелей, преступник неожиданно выскочил из коридора и ударил ножом дона Амбросио Вентуру, в то время как тот разговаривал с группой политических деятелей, членов Прогрессивной партии. Как говорят, депутат Сисон хотел задержать преступника и тоже получил удар ножом. Когда в зале началась паника, преступник стал угрожать ножом каждому, кто пытался приблизиться к нему. Но потом, вместо того чтобы попытаться скрыться, он вернулся к распростертому дону Вентуре и ударил его ножом еще раз. Удовлетворившись этим, он вытер залитые кровью руки и нож о пиджак жертвы и медленно вышел, но до прибытия полиции далеко уйти ему не удалось.
До сих пор властям неизвестны мотивы преступления. Они не могут добиться признания молодого преступника. Каждый раз, когда его допрашивает следователь, он вновь и вновь отвечает одним словом: «Справедливость». Многие подозревают, что преступник просто сумасшедший.
В связи с трагическим событием сенатор Мануэль Л. Кесон объявил однодневный национальный траур, а генерал-губернатор Фрэнк Мерфи выразил гражданам Филиппин искреннее сочувствие от имени американского народа.
Дону Амбросио Вентуре было 68 лет. Он верно служил родине на протяжении четырех десятилетий. Впервые стал известен как член кабинета министров революционного антииспанского правительства. Во время войны против американцев был назначен министром внешних сношений Первой республики. Вскоре он стал президентом Верховного суда американской гражданской администрации на Филиппинах. Когда был создан Конгресс, его избрали одним из его членов. Он честно служил делу установления прочных связей между Филиппинами и США и боролся за достижение этой цели вплоть до своей трагической смерти. Одной из его последних обязанностей было участие в комиссии, которая была отправлена в Соединенные Штаты для согласования вопроса о предоставлении Филиппинам независимости.
Тело дона Амбросио Вентуры будет погребено завтра на бульваре Конгресса. Приглашаются все желающие проститься. Страна потеряла одного из своих верных сыновей. Отдадим долг чести истинному герою.
Рассказ следователяЯ, капитан полиции города Манилы Хосе Луис Меркадо, возглавлял отряд, который прибыл в отель «Манила» и задержал убийцу дона Амбросио Вентуры.
