Читаем без скачивания Утро генеральской казни - Кирилл Казанцев

– Ну, вот. А ты вместо того, чтобы в стрельбе тренироваться, шашлыками занимаешься, – поглядел на шампур в руках «шашлычника» капитан Максимов.

– Чем приказано, тем и занимаюсь, товарищ капитан, – «шашлычник» поднял шампур, прищурился, а затем метнул его в бревенчатую стену.

Острие точно вошло в точку после буквы «В».

– Куда целил, туда и попал, – расплылся в улыбке рядовой. – Я тоже каждый день тренируюсь подручными средствами.

Ларин с капитаном рассмеялись.

– Такое и мне не под силу, – похлопал по плечу «шашлычника» Андрей.

– А вы думали, почему у меня шампуры такие тяжелые? По спецзаказу делал. Как свободная минутка есть – руку тренирую.

– Вот это молодец. Всякое умение в жизни может пригодиться, – подытожил Ларин.

Вечерело. Солнце отражалось в глади озера, посередине которого виднелся остров с остатками сгоревшей бани. Ограждение из колючей проволоки, закрепленной на деревянных столбах, тянулось вдоль границы полигона и исчезало в лесу.

Из тентованного «КамАЗа» с тремя ведущими мостами спрыгивали солдаты, вооруженные автоматами. Сержант Четвергов построил свое отделение и только потом подошел к водителю – рядовому Пашке Пирогову.

– Значит, так, Пашка. Возвращаешься прямиком в автопарк, без всяких «заездов». И, смотри мне, без глупостей.

– Какие глупости, Рома? Мне бы только выспаться.

– Первые полгода службы всегда спать хочется, по себе знаю… Ну, давай, дуй прямиком обратно, – сержант пожал руку приятелю.

Пашка запрыгнул в кабину, и мощный грузовик с тентованным кузовом, предназначенным для перевозки личного состава, переваливаясь на ухабах, покатил к просеке. Четвергов смотрел вслед машине, и что-то тревожно стало у него на сердце – так, словно он виделся с Пашкой в последний раз. Хотя с чего вдруг появилось это чувство, он и сам не мог сказать.

– Товарищ сержант, – окрикнул его кто-то из рядовых, – разрешите обратиться.

– Обращайся… – ответил Роман Четвергов, а вскоре забыл об этом странном чувстве, посетившем его.

Следовало выполнять поставленную задачу по охране полигона. Ведь местные жители, привыкшие, что здесь уже давно не проводится никаких учений, зачастили на военный объект: кто за ягодами, кто за грибами, а кто и на машине или тракторе за дровами. Особое внимание следовало обращать на рыбаков – поди уследи за ними, если рассекают по озеру на моторке, а у тебя плавсредства в распоряжении нет.

Пашка Пирогов получил права на вождение автомобиля всего месяц тому назад, тут же, в армии, и потому не очень-то уверенно вел мощную машину. Он уже представлял себе, как загонит «КамАЗ» в бокс и завалится спать в пустой казарме. Благо до завтрашнего утра над ним не было командиров. И ротный, и взводный находились вместе с личным составом роты на краю полигона.

Двигатель работал ровно, и Пашка даже начал напевать песню:

– Черный «бумер», черный «бумер»…

«КамАЗ» плавно вписался в поворот, и тут Пашка увидел стоявшего на обочине спецназовца – одного из тех, кто прилетел на вертолете. Старлей с аккуратной бородкой-эспаньолкой поправил на плече десантный автомат и вскинул руку с оттопыренным большим пальцем – проголосовал. Естественно, рядовой затормозил.

Старлей забрался в высокую кабину, опустился на сиденье, автомат положил на колени.

– Здорово, боец, – проговорил он вполне дружески.

– Здравия желаю, товарищ старший лейтенант, – отозвался Пашка. – Я в автопарк еду, – предупредил он о своем маршруте.

– Автопарк, боец, отменяется, – старлей озорно улыбнулся и сверкнул глазами. – Поступаешь вместе с машиной в мое полное распоряжение до завтрашнего утра.

– Это как, товарищ старший лейтенант? – оторопел Пашка.

– Как-как? Очень просто, – рассмеялся старлей. – Распоряжение генерала Васькова.

Пашка припомнил, что спецназовцы на короткой ноге с генерал-майором. Так что такое вполне могло случиться. И все же он проговорил:

– Оно, конечно, можно. Но моего командира предупредить надо, – и он уже хотел разворачивать «КамАЗ», чтобы ехать обратно.

– Ой, тайга, тундра… Зачем ехать? Не в лесу живем, двадцать первый век на дворе. У тебя кто ротный? Капитан Кошкин? – Старлей уже держал в руке мобильник.

– Я номера его не знаю, – упавшим голосом произнес рядовой.

Рядом с уверенным старлеем Пашка чувствовал себя абсолютно беспомощным и бесполезным.

– Зато я знаю, – старлей вытащил из кармана камуфляжа какую-то бумажку и тут же набрал номер; при этом, странное дело, не попискивали кнопки, не загорелся экранчик. – Капитан?.. это старлей Митягин… да-да, из партизан-спецназовцев… так, значит, тебя генерал Васьков уже предупредил… ну, вот и лады… таким образом, твой боец вместе с машиной до завтрашнего утра поступает в мое распоряжение… ну, да, и вся ответственность на мне, как положено… только ты, капитан, потом его не дергай… парню отоспаться надо будет минимум до обеда… ну, все, конец связи, – старлей захлопнул мобильник-раскладушку и подмигнул солдату: – Кошкина предупредили. Давай теперь знакомиться. Тебя как зовут?

– Паша. Рядовой Пирогов.

– А я старлей Митягин. Да ты не тушуйся, – спецназовец протянул руку, и Пашка нерешительно пожал ее. – Теперь, боец, слушай и усваивай приказ. Поначалу даю вводную. Ты мне понадобился, чтобы дрова привезти к нашей палатке. Это так я генералу Васькову сказал, он и разрешил. Но на самом деле дрова нам на хрен не нужны, у нас плитка с газовым баллоном есть. А вот теперь слушай непосредственно приказ и прояви солдатскую смекалку. Надо за водярой сгонять, но только так, чтобы на КПП не светиться. Знаешь какие-нибудь звериные тропы, чтобы к ближайшему деревенскому магазину добраться, по которым твой «КамАЗ» пройдет?

Пашка задумался.

– Есть такая. Там в колючке ворота и будочка для дежурного. Иногда никто не охраняет, а сегодня парень из нашей роты там стоит, со второго взвода, Иванов. Проедем без проблем. Оттуда до деревенского магазина недалеко, туда ребята временами и пешком ходят.

– Васькову нас твой парень со второго взвода не заложит?

– Что вы, товарищ старший лейтенант! Парень надежный, не стукач. Проверено опытом.

– Тогда поехали, только не гони. Ты водила еще неопытный.

«КамАЗ» свернул с асфальта и покатил неприглядными задворками. Старлей поудобнее расположился в кресле.

– Как служба? – поинтересовался он.

– Нормально идет.

– Ну, и куда собираешься после дембеля податься? Жизнь-то надо загодя планировать, чтобы потом сюрприз не подбросила.

– Я и распланировал. Автомехаником буду. Специальность хорошая.

– Да, много всякого автохлама по нашим дорогам передвигается… Без работы не останешься. И зарабатывать неплохо можно. Небось и себе машину купишь?

– Даже знаю какую. Черный «бумер». Неважно, что старую. Руки у меня на месте – игрушку из нее сделаю. «Бумеры» девчонки любят.

– Это верно. Вот у меня тоже «БМВ», только красный, – разоткровенничался старлей.

Поговорили о машинах, о женщинах.

– Ты только не засни за рулем, – попросил старлей, когда Пашка в очередной раз клюнул носом.

– Сейчас пройдет. Я просто уже настроился на то, что машину на площадку поставлю и спать завалюсь. Вот организм и не хочет перенастраиваться.

– Не повезло тебе, что на моей дороге попался, – ухмыльнулся бородатый старлей.

– Нормально все, ехать-то недалеко.

«КамАЗ» вырулил из леса, впереди виднелся лужок, за ним ворота, сколоченные из почерневших досок и перетянутые колючкой. Рядом высилась дощатая будочка; из нее, стоило показаться машине, тут же выбрался солдат, всмотрелся и улыбнулся, узнав знакомого. Ездили тут наверняка редко, колея еле угадывалась в траве.

– Мы тут отлучимся ненадолго, – высунулся из кабины Пашка.

– В магазин?

– Куда ж еще.

– Сигарет мне купи две пачки, – солдат протянул Пашке деньги и пошел открывать ворота.

– Только ты никому не говори, что мы тут проехали, – попросил на прощание рядовой Пирогов.

– Не спросят – не скажу. А уж если поинтересуются, придется доложить.

Тентованный грузовик миновал ворота и запылил по грунтовой дороге. Старлей молчал, поглядывая на пейзаж. Вскоре впереди показалась деревня. У магазина топтались местные забулдыги. Беседовали между собой женщины.

– Ну вот и приехали, товарищ старший лейтенант, – сказал очевидное Пашка.

– Значит, так, боец, – старлей и не думал выходить из машины. – Ты как самый молодой – и по возрасту, и по званию – гони в магазин. – Митягин протянул деньги. – Берешь шесть пузырей водяры, только не самой дешевой, а хотя бы средней паршивости; ну, и колбасы какой прикусить, хлеба пару буханок… Тушенка у нас имеется. И еще моток веревки купи покрепче. Приказ уяснил?

– Есть, шесть пузырей водяры, закусь. А веревка зачем?

– Белье сушить, – не моргнув глазом, соврал старлей. – Оно знаешь как за ночь в палатке намокает… Тут же влажность, словно в тропиках.