После этих слов раздался громкий шлепок. Видимо, Энди попытался дать понять, что Лия за сегодняшнюю ночь может не беспокоиться — есть у нее мужчина.
— Я уж лучше тогда к господину Глуверу в постель спасаться пойду, думаю, он мне не откажет, — заявила девушка, вставая. — И вообще, мог бы чего и поумнее придумать. Приди к тебе, а ты опять напьешься…
Тяжелый вздох Энди прозвучал уже в спину уходящей Лие.
* * *
Следующий день порадовал нас таким ливнем, что будь «Небесный странник» водоплавающим, мы бы точно отсюда уплыли. Шучу, конечно, но копать землю стало невозможным, а болото превратилось в действительно непроходимую топь.
«Вот и прошли те два дня, что я добавил ко времени в пути на всякий случай, — уже вечером грустно размышлял я, глядя на непрекращающийся дождь за иллюминатором капитанской каюты. — Дождю конца края не видно…»
Посреди ночи — и снилась мне на этот раз не Николь, а зеленобрюхий иглохвост, заглядывающий в иллюминатор каюты с явной целью в нее проникнуть, пользуясь тем, что в постели я один, — Богиня-Мать решила над нами немного сжалиться. «Небесный странник» вздрогнул, скрипнул своей единственной мачтой, прошелестел днищем и встал ровно. Выровнявшийся уровень воды в стакане полностью подтвердил мое предположение.
«Вероятно, один из склонов овражка, размокший от дождя, не выдержав, поплыл под весом „Странника“. Ну что ж, с самого утра попробуем подняться в небо», — принял я решение, выходя на палубу.
Цель моей ночной прогулки — показать, что на корабле постоянно все под контролем, ну и заодно сделать одно маленькое неотложное дело, чтобы не терпеть до утра. Дежуривший по ночной поре на палубе корабля Родриг встретил меня словами:
— Хвала небесам, капитан, — теперь не нужно будет ковыряться в земле, — на что я кивнул, полностью с ним соглашаясь.
«Хороший у меня боцман. Казалось бы, ну зачем летучему кораблю нужны лопаты? А у Родрига их нашлось целых четыре», — уже снова проваливаясь в сон через какое-то время, подумал я.
К утру дождь закончился, но облегчения хорошая погода не принесла, поскольку ярко засветило солнце. Вскоре оно начнет припекать, над болотом поднимутся испарения, и станет еще хуже. Кроме того, днище «Небесного странника» углубилось в жидкую землю чуть ли не на локоть. Хорошего мало — земля будет держать его при подъеме, и л'хассам придется трудиться изо всех сил, что непременно скажется на сроке их жизни. Но станет еще хуже, когда земля высохнет и сдавит корпус корабля. Так что стоит поторапливаться. К тому же болота — это всегда болезни, в них любую хворь можно схватить. Помнится, летели мы на «Барракуде» в окрестностях Ходжера, есть такой город-порт на берегу Кораллового моря. Сам-то он ничего, славный городишко, девушки в нем симпатичные и приветливые. А вот к северу от Ходжера сплошные болота. Что удивительно, и посреди болот деревни попадаются — где только люди не живут!
Пролетали мы над одной из них, так из-за дыма дома плохо видно, только огни пробиваются. Сначала я подумал — пожар, но нет, оказалось — костры жгут. Запах дыма даже на высоте улавливался. И еще пахло яблоками. Я уже решил — обычай у них такой, яблоки жечь, когда капитан «Барракуды» Кристан Нейсар мне объяснил:
— Опять холера у них, они ее дымом отгоняют. Нефродиум это, кустарник такой. У него яблочный запах еще сильнее, чем у самих яблок.
Подумаешь, эка невидаль! Помню, мы с отцом корюшку ловили, так она свежими огурцами пахнет так, что самим огурцам даже и не снилось.
— Чуть ли не каждый год у них мор от холеры, а они все ветки жгут. А ведь все проблемы от гнилой воды. Не пили бы ее, так и мора бы не было. И всего-то нужно особый наговор прочитать да хорошенько вскипятить воду, чтобы наговор лучше подействовал. Темнота! — закончил свою речь капитан Нейсар.
Так что нам необходимо убираться из болота, да еще надеяться на то, что Николь наговор над водой знает.
Но убраться сразу нам не удалось. Вообще в тех случаях, когда существует угроза падения корабля с высоты при взлете, на ногах остается только необходимое число человек. Остальные должны лежать в койках и обязательно — на спине. У коек даже сетка специальная, сплетенная из широких кожаных ремней, чтобы от веса человека не прорвалась. Много раз проверено: самый надежный способ остаться в живых при падении — встретить удар о землю лежа. А те, без кого при взлете обойтись нельзя, должны успеть на палубу упасть и прижаться к ней спиной. Конечно, и от самой высоты многое зависит, но шанс всегда есть. И я уже собрался отдать приказ, чтобы все заняли гамаки и койки, решив, что при подъеме будет достаточно нас двоих — меня и навигатора Брендоса, когда выяснилось, что на борту нет Энди Ансельма. Он еще с рассветом убрел куда-то в глубь острова и до сих пор не вернулся.
Амбруаз, дежуривший с утра, рассказывал:
— Когда я спросил у него, куда это ты направился ни свет ни заря, он заявил: видение у него ночью случилось, а какое именно видение, объяснять не стал.
Я уже успел придумать несколько наказаний, и самое милосердное из них — оставить Ансельма на острове наедине со всеми его видениями, ведь время уходит и земля подсыхает, когда показался Энди. Увидев меня, он закричал еще издали:
— Капитан, я здесь такое нашел!
«Такое», как выяснилось, — рухнувший с неба корабль, лежащий на дальнем краю острова.
— Он давно там лежит! — захлебываясь от возбуждения, рассказывал Энди. — Может, сто лет, а может, и все триста!
При последних его словах все как один скривили скептическую ухмылку — триста лет назад никаких летучих кораблей еще в помине не было.
Но рассказчика это не остановило:
— Корабль на боку лежит, уже весь заросший, сквозь него даже пара деревьев успели вымахать чуть ли не под облака.
И снова врет — нет поблизости таких деревьев, мы бы их и отсюда разглядели.
— Но самое главное: по-моему, внутри него никто не побывал!
А вот это уже очень интересно. Иногда в таких обломках попадаются всякие интересные вещи, причем — очень дорогие. И оставить без внимания рассказ Энди все мы не имеем права.
В итоге на «Небесном страннике» остались только повар да навигатор Брендос, а остальные пошли осматривать находку Энди. Даже Лия с нами увязалась, не говоря уже о господине Глувере, проявившем к словам Ансельма очень сильный интерес и ни слова не обмолвившемся о том, что мы и без того задерживаемся.
* * *
Всю дорогу я предавался мечтам о том, что на упавшем с неба корабле мне удастся обнаружить целые л'хассы.
«Как славно было бы найти хотя бы парочку! — мечтал я. — Они, безусловно, пришлись бы к месту».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
