именно мир, обвинила тебя в незаконном захвате власти в определённом регионе, виновность подтверждена. Вторая сторона, революционеры, обвинили тебя в контрреволюционной деятельности, виновность подтверждена. Затем обоюдные обвинения в уничтожении элитных войск каждой из сторон и нейтрально-настроенных войск поддержки, виновность подтверждена.
- Ха-ха-ха, - рассмеялся я, - ну и обвинения на меня навесили, решили спустить всех собак за свою же неудачу.
- Я бы на твоем месте не радовался так, - спокойно сказал мне Лукаш, - тебя еще пытались обвинить кое в чем, а это потяжелее будет…
- В захвате оружия массово поражения? - все еще радостно сказал я.
- Как ты узнал? - удивленно спросил меня Лукаш, - неужели ты…
- Нет, просто смог сложить два плюс два, - перебил я собеседника, - сейчас все поясню.
Глава 21
Глава 21. Долгий разговор по душам.
- Я начал догадываться, - начал прямо со своих догадок я, - когда неожиданно для всех выяснилось, что лаборатория под охраной. И, по рассказу, очень серьезной. Нам об этом сообщила наш преподаватель по математике.
- Видимо она что-то да знала, - начал уже свои рассуждения Лукаш, - но это пока не выдает информацию о оружии.
- Согласен с вами, - не стал я оспаривать высказывание своего собеседника, - но тут не было еще даже намека на это, ведь под охраной в наше время может быть что угодно, но первый звоночек уже прозвучал.
- Логично, - сказал Лукаш и посмотрел на меня, ожидая продолжения.
Не смотря на свое достаточно тяжелое положение, я не чувствовал угнетения или страха. Вместо этого я чувствовал какое-то странное чувство. Скорее всего это было уважение. Но почему - я не знаю. Это как-то странно. Но пока не до этого, от меня явно ждут правды, а я не намерен ее скрывать, терять-то уже нечего.
- Я начал догадываться чуть позднее, - продолжил я рассказ про свои умозаключения, - второе подозрение, что все не так просто, как кажется не заставило себя долго ждать. В разговоре с моим одногруппником математичка прокололась, при этом не специально. Вернее сказать, не прокололась, а немного приоткрылась. На вопрос «а не оружие ли там?» последовало немое удивление.
- Я так понимаю, вопрос был задан абсолютно случайно? – решил уточнить Лукаш.
- Совершенно верно, - ответил я и продолжил, - затем я побывал возле двери. Во-первых, она была не по-детски бронирована. Во-вторых, стекло было скорее всего и бронировано, и армировано одновременно. И в-третьих – за дверь была битва не на жизнь, а на смерть. Поэтому, не сложно предположить, что за ней есть что-то серьезное.
- Так, стоп, - прервал меня Лукаш, - ты был у двери? Давай с этого момента поподробнее.
Вот такого поворота я не ожидал. Я думал, что все про меня известно. Значит до сих пор не известен маршрут нашего передвижения по университету. По крайней мере весь. Но тогда встает вопрос сколько же известно им и что не стоит мне рассказывать, дабы не втянуть в проблемы всех остальных. Ладно, разберусь походу.
- Там ничего интересного, - сказал я и стал наблюдать за реакцией собеседника.
- Давай ты сейчас не будешь думать, а отвечать, - ответил мне Лукаш.
Ну, как хочешь, будет, по-твоему. Вот и проявились нотки следователя в голосе моего собеседника.
- Там действительно ничего интересного, - я решил, что всё-таки не стоит злить такого человека, как главный следователь и продолжил свой рассказ, - у нас на пути возникла проблемка с замком, поэтому пришлось искать пути ее решения. Тогда мне и удалось рассмотреть дверь, а рядом был ящик с инструментами.
- Это тот, что лежал у входа в подвал? – Лукаш видимо знает не все, но многое, и сейчас ищет соединительные нити.
- Скорее всего да, - расплывчато подтвердил я его догадки, - в конце концов, в подвал несколько входов.
- Но открыт был только один, - сделал мне явный намек Лукаш, - давай продолжай. Я пока не увидел явный вывод из твоих рассуждений.
Очень интересный собеседник этот следователь. Никак не могу понять, что в нем не так. Вот вроде он пытается узнать у меня важную информацию, но при этом не сильно настаивает на ее получении. Я все еще жду подвоха, но никак не могу поймать его. Посмотрим, что будет дальше.
- А вот вывод окончательно сформировался только после того, как я узнал про спецназ, - я продолжил пересказывать свои мысли, - простую лабораторию так не защищают. Аж целый отряд спецназа. Тогда я и сложил все свои мысли и подвел некоторый итог, который я вам и озвучил.
- Понятно, - с каким-то облегчением вздохнул Лукаш, - логических способностей тебе не занимать. Но сейчас не об этом. Тебе несказанно повезло, что тебя не обвинили в захвате особо опасного оружия. Ты не касался двери, поэтому мне удалось доказать, что твоей целью лаборатория не была.
- Подождите, - от последней фразы я был в недоумении, - вы же главный следователь, и для вас нужно найти виновного, я подхожу по всем параметрам. Так ответьте мне на вопрос почему вы мне помогаете? Что вам будет с этого?
- Ты прав, - стал отвечать на мой вопрос Лукаш, - нет никакой выгоды с того, что я помог тебе, но есть другая причина. Я сам себе сказал, что, если ты выживешь, я возьму на тобой опеку.
- Извините? – я окончательно запутался.
- Сейчас поясню, - неожиданно спокойно начал уже свой рассказ Лукаш, - как ты, наверное, уже понял произошедшее большой секрет. По крайне мере про лабораторию. Для всех известно, что там была попытка контрреволюции, но доблестным военным удалось уничтожить всех. Официально там выжил только один человек – великий наемник, непревзойденный снайпер Лукаш Хорник. То есть я. Но, раз ты сидишь передо мной, значит, что выживших двое.
- Охренеть, серьезно? – я не верил в такие совпадения. Уж очень у них маленький шанс, - вы тот самый снайпер, что был на крыше?
- Да, я тот самый, - ответил мне Лукаш, - и хватит мне «выкать». Всё-таки мы пережили такое вместе, хоть и по разные стороны баррикад. Я именно тогда и сказал, что если ты выживешь, то я возьму тебя в
