и волосы заплетены как попало. Дома у них всегда пахло помоями. Анна удивлялась, как это можно жить в такой грязи. В своем доме они с мамой пол мыли каждый день. Каждый день вытирали пыль, протирали стекла. Но было одно обстоятельство, что примирило чистюлю Анну с Таней. Таня была влюблена в Михаила. В том не было ничего странного. Половина девочек их школы была влюблена в Михаила. Они не скрывали своих чувств, в отличие от Анны. Было «модно» считать себя влюбленной в галантного красавца Михаила. Девочки создали настоящий клуб фанаток Михаила. Анна считала для себя невозможным кому-то рассказывать о том, как пылает ее сердечко от неразделенной любви.
Татьяне нужен был благодарный слушатель, которого она нашла в лице Анны. После занятий девочки шли домой к Татьяне, занимали наблюдательный пост у окна. Семья Татьяны жила в соседнем с Кривощековыми доме. Более того, окна Таниной комнаты смотрели как раз на двор Кривощековых. Иногда им везло, и они могли лицезреть свое божество. Татьяна узнавала мельчайшие подробности жизни соседей и щедро делилась новостями с Анной. Благодаря Татьяне, Анна была в курсе всех событий в жизни Михаила.
Анна взрослела. В 13 лет она стала девушкой. Она замечала перемены в своем теле. Когда никого не было дома, она закрывала дверь на крючок, раздевалась догола и вставала перед большим зеркалом в спальне родителей. Она разглядывала незнакомую прежде девушку, у которой темнели подмышки и треугольник между ног, наливались груди. Она подходила к зеркалу и целовала себя в нем. Как это будет у нее с Михаилом? Она не знала. Знала только то, что ни с кем кроме Михаила она целоваться не будет. Лучше она останется старой девой, чем достанется кому-то другому.
Весной 1969 года Анне исполнилась шестнадцать лет. Родители постарались. Ей купили красивые белые сапожки и модное розовое пальто. Анна, нарядившись в обновы, пошла к Татьяне, чтобы поглазеть на дом соседей. Михаил учился уже на третьем курсе института, жил в общежитии. Домой он заглядывал редко, но посмотреть-то на его окна, кто не дает.
Анна осторожно шла в новых сапожках по улице. День был теплый. Волосы она распустила и шла без шапочки. Темной волной волосы красиво лежали на розовом пальто. Анна себе нравилась. Настроение у нее было самое, что ни на есть, расчудесное. От неожиданности, она чуть не упала в грязь: прямо на нее смотрел Михаил.
– Привет, – поздоровался он с ней, – откуда в нашем захолустье такие красавицы?
Анна засмущалась и не знала, что сказать.
– Давайте познакомимся, меня зовут Михаил, а Вас?
– Анна.
– Какое красивое и редкое имя. А что Вы делаете в воскресенье?
– Ничего.
– Прекрасно, я приглашаю в кино. Придете?
Они договорились встретиться у кинотеатра «Победа» в три часа. Два дня до намеченной встречи Анна словно плыла на облаке от счастья. Она зарывалась в подушку и смеялась, чтобы никто не услышал. Даже Татьяне она не сказала о встрече с Михаилом. Два дня она лихорадочно перебирала, в чем она пойдет в кино. Вещей у нее было много, но ей хотелось одеться как-то особенно. «Дурочка, я же буду сидеть в кинотеатре в пальто, зачем я беспокоюсь?» – уговаривала себя Анна.
В воскресенье, сделав по возможности равнодушное лицо, она отпросилась у родителей в кино. Мама посчитала, что Анна идет с Татьяной, и отпустила ее погулять. Анна боялась опоздать и приехала к кинотеатру очень рано. Михаила еще не было. Она стояла перед входом в кинотеатр, и ее сердечко сжималось от страха: «А вдруг он не придет! А вдруг он забыл? А вдруг он пошутил со мной?» Когда отчаяние заполнило всю ее душу, пришел Михаил. Он небрежно поздоровался с ней, обнял ее за плечи и они пошли в зал. Билеты он взял на последний ряд на крайние места. Едва погас свет, как Михаил притянул ее к себе и поцеловал. Анна чуть не закричала от неожиданности.
– Ты что? – удивился Михаил.
– Я ни с кем не целовалась.
– Значит, я у тебя первый?
– Да.
Они целовались, прерываясь на мгновение, чтобы снова слиться в поцелуе. О чем был фильм, Анна не запомнила. Его губы прикасались к ее губам и шее, его руки гладили ее грудь под кофточкой. Анна изгибалась и стонала от наслаждения. Потом они встали и ушли из кинотеатра, не досмотрев сеанс. Михаил привел ее в общежитие. В комнате никого не было. Он закрыл дверь. Анна горела от неведомого ей желания, пока он снимал с нее одежду. Они упали на ближайшую кровать. Анна обняла его и прижала к себе. Ей было больно, но она шептала: «Возьми меня, я твоя».
Дома Анна легла в постель, сказавшись большой. Ее было больно сидеть. Обеспокоенная мать хлопотала вокруг нее с градусником. «Что за мода такая, ходить с непокрытой головой? Добегалась, простыла!» Лицо Анны пылало, а тело горело от ласк Михаила. Она закрыла глаза, чтобы мать не увидела, как она счастлива.
Они встречались с Михаилом три месяца. Анна больше всего на свете боялась, что кто-то узнает об их греховных встречах. Она понимала, что совершает нечто недостойное, что могут осудить окружающие. Анна жила от встречи до встречи, другой жизни для нее не существовало. Она отдавалась Михаилу с неистовой страстью, которая изумляла даже искушенного Михаила. Откуда в неопытной девочке столько женственности? Как может она доводить его до сладостного безумия своими ласками?
В мае у Михаила началась сессия, встречи прекратились. Стало негде встречаться, и Михаилу, честно говоря, она надоела. Но Анна терпеливо ждала. Она любила и готова была ждать вечность. Анна расцвела той весной, что майская роза. Она слышала, как тетя Сима шептала матери: «Ой, не к добру такая шальная красота. Соня, присматривай за девкой в оба, как бы чего не вышло». Сима первой заметила, что Анна беременна.
Дома разразился скандал. Мать била ее всем, что попадалось под руку, пока отец не запер Анну в ее комнате. «Кто? Кто он? – кричала мать. – Мишка Кривощеков? Думаешь, я не замечала, как ты вертелась вокруг него». Анна молчала: она хотела сама поговорить с Михаилом. А Михаил перестал появляться в поселке. Танька сказала, что он уезжает со стройотрядом куда-то на восток на все лето. Тогда Анна пошла в общежитие к Михаилу. На вахте ее не пустили внутрь, и она терпеливо ждала у входа. Михаил, увидев ее, повернул назад, но она крикнула ему и побежала за ним. Он остановился. Анна смотрела на него во все глаза.
