Кукла победила, и он с тяжёлым вздохом откинулся на кровать.
- Ишханди - это один. Два - лорд Ольвэ. У него есть и мотив: развалит империю и стрясёт с малолетней императрицы себе привилегий. Тем более что он уже попался на попытке убийства. И потом, мы почему-то априори принимаем, что Ишханди в плане отравления Эрвина - так, случайный прохожий. Что, если она всё знала?
Луксор согласно помычал в ответ.
- Только при чём тут Сабрина?
- Это психическая атака. Когда я окончательно раскисну, меня даже убивать не надо будет. Теперь эта кукла. Думаешь, он прислал мне подарок от чистого сердца? - Орлана повернулась к стене и прижалась к ней лбом. От прохлады боль чуть притупилась. - А это не мог быть намёк на ту ночь? Вроде - помнишь, как к тебе приходила мёртвая подруга? Не страшно?
В комнате совсем стемнело, но Луксор не зажигал огненных шаров. Орлана тоже не торопилась. Она стояла, уткнувшись в драпировку, и слышала, как шуршат об оконное стекло ветви дерева.
- Во всей этой версии есть только один минус. - Она оторвалась от стены и проплелась к кровати.
Луксор приподнял голову и взглянул на прилёгшую рядом - тоже поперёк кровати - Орлану.
- Убийство отца, воскрешение Сабрины... это слишком даже для самого сильного мага. Такие вещи... я не могу понять, как это вообще было сделано. Как один раз сказал Аластар - сверхмагия.
Кукла сидела на постели и таращила на них бессмысленные глаза.
- Но перед тем как Орден убил Азира, все тоже твердили, что убить мага времени невозможно, - отозвался Луксор.
Орлана перевернулась на бок и уткнулась ему в плечо. Его мантия пахла нежно и по-домашнему - кленовыми листьями ранней осенью. Луксор провёл рукой ей по волосам, привычным жестом заправил прядку ей за ухо, откуда прядка тут же выскользнула.
- Когда я жила в мире людей, - тихо сказала Орлана, - я даже не думала, что для магов есть что-то сверхъестественное.
- Нет, ну вы только послушайте! - Адальберто в сердцах встряхнул чуть помятым листом бумаги. - Меня это умиляет.
Они втроём собрались за вечерним чаем: Орлана сидела над чашкой, уронив голову на подставленные ладони, Луксор хрустел печеньем, черкая на контрольной работе кого-то из студентов, а Адальберто рассматривал блёклую листовку и наконец решил рассказать о своих наблюдениях всем.
Орлана подняла голову. Сознание ещё мутилось, как будто бы она беспробудно спала всю ночь и весь день, да и сейчас мечтала только о том, чтобы уронить голову на подушку.
- Что? - оторвался от стопки контрольных Луксор.
- Да послушайте, послушайте. - Адальберто опустил листок на стол и прихлопнул его ладонью с такой силой, будто тот пытался улететь. Тёмная гладь чая в чашке Орланы дрогнула. - Так, это неинтересно... а, вот. Вчера полиция императрицы арестовала лорда Ольвэ, поставленного наместника Тарамна. Его абсолютно безосновательно обвинили в попытке убийства одного из членов Совета.
Адальберто неопределённо взмахнул рукой.
- Нужно ли говорить, что на его место уже определён другой маг! Такой, который не посмеет и слова сказать против императрицы. Единственная вина Ольвэ в том, что он пытался добиться лучшей жизни для своей страны. У нас отобрали экономическую независимость, отобрали правителя. Но что дальше? Определят в рабство? Заставят забыть наших предков?
- Этого и стоило ожидать, - вздохнула Орлана, наблюдая за отражениями огненных шаров в чае. - Погалдят и успокоятся.
В этой обеденной зале было по-зимнему: гроздьями под потолком висели шары белого пламени, их бледный свет скользил по складкам новогодне-зелёных драпировок. Окна выходили не на город, а на Сантарин, который вился далеко впереди почерневшей от ночи лентой. Если бы не блики лунного света на его глади, его было бы и не различить между тёмным небом и покрывшейся листьями землёй.
Луксор погладил Орлану по руке.
- Ты правильно поступила. Скользкий тип этот Ольвэ.
Он вернулся к своим контрольным, а она заглянула ему через плечо: ни один из исписанных разномастными почерками листов не остался без исправлений.
- Двоечники, - почувствовав её взгляд, откомментировал Луксор. - Потом на экзамене будут ныть, что учили. Как ты себя чувствуешь?
Она обожгла чаем губы и решительно отодвинула его в сторону.
- Наверное, выпью снотворное и лягу. Я сегодня уже ни на что не способна.
Она не сразу обратила внимание на вошедшего, а он не решался объявить о себе. Первым голову поднял Адальберто и близоруко сощурился, глядя на входную дверь. Зрение его не подводило, просто сказалась привычка. Точно такая же, как и бесконечное потирание переносицы, будто на ней ещё сидят прямоугольные очки без оправы.
- Ваше величество, - прозвучал чуть охрипший голос.
Орлана поднялась. Она так и не смогла запомнить, как же звали её нового секретаря, но говорил он всегда чуть хрипло - волнение или застаревшая простуда. Она не думала, что он до сих пор в замке.
- В чём дело?
- Вас вызывают на связь. - Он, извиняясь, развёл руками. - Из Малтиля.
Луксор тоже понял, кто это мог быть, и поднял на неё глаза. Орлана мотнула головой.
- Скажите, что я... что вы не смогли меня найти. - Она сощурилась: блики света в чае превратились в звёзды.
- Но сказали, что это очень важно и срочно. - Он не был молод, вовсе нет. И Орлана не знала, что заставляло его вздрагивать от каждого её резкого слова.
Шары белого пламени качнулись под потолком.
- Поговори. - Луксор взял её за запястье, а потому как Орлана ещё нависала над столом, уперевшись в него ладонями, сбросить руку она не смогла.
- Даже если кто-то умер, я этого уже не исправлю. - Она выпрямилась, пальцы Луксора соскользнули. - Скажите, что не смогли меня найти. Я решу этот вопрос завтра.
Секретарь кивнул и удалился. Белое пламя чуть дрожало, словно от дуновения ветра, а за прохладным на ощупь стеклом, вдалеке, блестел под лунным светом Сантарин.
Глава 6
День шестой. Часть 1. Второй удар.
Ожидание смерти куда хуже, чем сама смерть.
Орлана
Она ошибалась, когда думала, что времени осталось мало.
Времени не осталось совсем. Орлана ловила на себе взгляды каждого члена Совета - по очереди. И в каждом из них она видела напоминание о предстоящем ритуале упокоения. Орлана прятала лицо в ладонях, пока все они занимали свои места.
Это не она созвала Совет. Это Совет пригласил императрицу для разговора, а она только и успела, что за оставшееся время выторговать у Вселенского Разума себе шанс на отсрочку.
Конрад задумчиво шевелил усами, рассматривая незанятый стул рядом с собой. Ишханди опустилась на своё место по левую руку от Орланы. Алые серьги сверкали под чёрной вуалью в лучах выползшего из-за туч солнца.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
