Конрад задумчиво шевелил усами, рассматривая незанятый стул рядом с собой. Ишханди опустилась на своё место по левую руку от Орланы. Алые серьги сверкали под чёрной вуалью в лучах выползшего из-за туч солнца.
- Лорды-советники. - Орлана поднялась со своего места, упираясь руками в стол. Ей было тяжело стоять, выпрямившись, будто сверху нависло ожидание удара. - Прежде чем вы выскажите мне то, ради чего пригласили, я бы хотела...
В горле запершило. Линкей вопросительно взглянул на неё, и его взгляд показался Орлане беспомощным. Неужели история о Сабрине уже разлетелась по Альмарейну, вопреки всем усилиям скрыть её?
- Чтобы вы выслушали одного мага. Он согласился прийти сегодня. Наверняка он не нуждается в представлениях. Но всё-таки... Дерен Бахакар. Лорд Дерен, войдите.
Она тяжело опустилась на место, а в двери зала вошёл он. Светлая рубашка с аккуратно застёгнутыми манжетами, джинсы - он как будто бы не переодевался со своего прошлого визита.
Или - как будто бросал вызов высшим магам, появляясь на совете в человеческой одежде. Орлане было всё равно, а вот Ишханди уже нервно проводила ладонью по волосам, поправляя и без того идеальную причёску.
Герольд послал Орлане одобрительный взгляд, а она в ответ - чуть повела рукой, приглашая его к разговору.
- Я хочу рассказать вам о том, о чём вы и без меня уже знаете. - Дерен улыбался так, как будто его не сверлили взглядами абсолютно все, кроме Орланы. Она уставилась в далёкую точку на стене. - О богине смерти.
Он не присел. Даже не подошёл к столу так близко, чтобы его можно было ухватить за руку, удержать, стереть улыбку. Конрад проводил пальцами по эфесу меча.
- О той богине, в появлении которой виноваты все мы, раз уж на то пошло.
- Позвольте, лорд. - Первой не выдержала Ишханди. Идеальные ноготки её выстукивали дробь по столу, путался блик света в идеальной причёске. - Это не относится к делу, но уточните. Появлению богине смерти мы прежде всего вам и обязаны. Я имею в виду касту учёных.
Орлана едва сдержалась в желании поймать её за запястье, увитое серебряным браслетом - подарком Зорга. Едва удержалась, так хотелось прекратить эту боевую дробь.
Но Дерен не обиделся. Он только в откровенном замешательстве уставился в пол - на одну секунду.
- Вы правы, это к делу не относится. Всё же давайте про богиню. Она появилась, как бы там ни было, и угрожала живым. И её пришлось уничтожать. Помните, уничтожаться она не очень хотела.
Аграэль с хриплым вздохом откинулся на спинку стула.
- Не расстраивайся, - в полголоса Ишханди обратилась к Орлане. - Ты сделала всё, что могла.
Ей не хотелось ничего слушать в ответ.
- Простите. - Линкей опустил поднятые в останавливающем жесте руки на стол. - Вы пришли, чтобы посвятить нас в подробности ритуала, правильно? Это хорошо, ведь именно об этом мы и собирались говорить. Давайте тогда ближе к существу.
Дерен кивнул головой, и волосы, собранные в хвост, мотнулись, Орлана опять увидела кровавый след на мочке его уха, словно с него сорвали серьгу.
- Можно и так сказать. Но вам действительно будет приятно, если я всё утро буду распространяться о подробностях совершенно бездейственного ритуала?
Если выражение лица Ишханди за секунду до его слов и можно было назвать расслабленным, то осенний ветер и запах холодного моря враз смели с её губ рассеянную улыбку.
- То есть? - Дерен обвёл взглядом Совет, как будто бы предрекая их вопрос. - То есть даже после этого ритуала богиня смерти возвращалась. Ещё несколько раз мы пытались её упокоить, и, кажется, в последний это получилось, но я бы не стал делать поспешных выводов.
Он отвернулся к Герольду, и утреннее солнце подсветило кровавую полосу на мочке уха Дерена. Орлана вдруг увидела, что никакой это не шрам. Просто от мочки уха и вниз, к шее, ползёт татуировка - стебель вьющегося растения. Там распускается цветок, похожий на лилию хаоса, и стебель скрывается за воротом рубашки.
- Каким-то образом её упокоили, - осторожно вставил учёный, - в последний раз, я имею в виду.
Глава Побеждающих дёрнул верхнюю пуговицу рубашки, будто ему было мучительно жарко, а в прозрачной из-за огромных окон зале не осталось и глотка воздуха.
- Да, но...
- Простите, - перебил речь Дерена чей-то хрипловатый голос.
Все обернулись к нарушителю таинства совета: в дверном проёме стоял её секретарь.
- В чём дело? - поинтересовалась Орлана, сама охрипнув от досады, ощущая, как за левым её плечом затхло дышит предчувствие недоброго.
- Вчерашняя история. - Секретарь сцепил руки за спиной. В солнечном свете сверкала сорванная застёжка мантии - и тупой иглой целилась ему в шею. - С вами хотят говорить. Это важно и срочно.
- Это ровно настолько важно, чтобы срывать Совет? - осведомилась Орлана.
Он кивнул, нашарил на груди свою топырящуюся иглу и, искалывая пальцы, собрал в кулаке края ворота.
- Хорошо. Прошу меня простить. - Она поднялась и на глазах мгновенно смолкшего Совета ушла из залы.
В светлых коридорах её никто не ждал, а секретарь неотступно следовал за ней, хоть и на приличном расстоянии, но Орлана всё равно слышала его то и дело сбивающееся дыхание. У неё и у самой дыхание давным-давно бы сбилось, но сегодня ночью ей привиделась самая худшая развязка.
Не предвиденье - выдрессированный годами следовательской практики разум сам отделил демонов от душ и вывел, кто и зачем мог добиваться разговора с ней вчерашним вечером. Так поздно, что Сантарин можно было различить разве что по бликам лунного света на водной глади.
И сегодня утром, проснувшись не в состоянии даже вдохнуть от ужаса, она поняла, что всё случится именно так. В приёмной её ждала мама.
Она даже не присела, и комната осталась неясным подобием то ли Петербургской квартиры, то ли просторной гостиной в Малтильском доме. Орлана вошла и остановилась рядом, в двух шагах, только через мгновение поняв, что скопировала её позу - скрещенный руки на груди и взгляд чуть исподлобья: 'Не приближайся'.
Но Вера подняла глаза, сцепила на рукаве платья высохшие пальцы.
- Орлана. Орден болен.
В горле сделалось сухо до невозможности ответить. Орлана увидела, как расплывается по деревянному полу комнаты багровое пятно. Вера вспоминала.
- Целители ничего не видят.
Повисли на стенах фантомы огненных шаров. Вчера вечером всё случилось. Окна изрисовались витражами. За окнами был туман - горький, похоронный. Вчера вечером он застлал улицы Малтиля.
- Орлана, ты должна это остановить! - Вера тряхнула руками так, что закачался ближний шар.
Померк свет солнца за окном. Вчера вечером - не погасли шары белого пламени, не рухнули стены домов. Вчера вечером Орден встал на путь своего младшего брата.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
