- Насколько я знаю, если тебя вернут в прошлое...
- Я уже делала это.
Луксор качнул головой и упрямо продолжил:
- В прошлое, где есть ты, ты не будешь сторонним наблюдателем. А переживёшь все те моменты заново.
Из-за пасмурной погоды в комнате стало так темно, что Орлана подумывала, стоит ли зажечь пару огненных шаров, потому что сейчас даже собственные каракули на испачканном кровью листе могла разобрать с трудом. Можно было подумать - настал вечер, хоть время ещё не перевалило и за полдень. Орлана щурилась и делала вид, что пытается разглядеть, что такое записала в углу схемы.
- Это не проблема, - встрял вдруг Идрис. Его голос как будто стряхнул с веток дерева клочья тумана, встрепенулась испуганная птица. Его голос пахнул маарской вишней. Он щёлкнул пальцами, и шар белого пламени поплыл к окну.
Луксор обернулся на мага времени с таким видом, что тот нервно облизал разбитую губу. Явно - ещё не в силах оставить свою клоунскую роль, потому что объяснил ещё спокойнее:
- Ну, я подумал, она этого хочет.
Орлана почти смогла сдержать тяжёлый вздох, но прятать взгляд, изучая схему, было уже поздно. Ветка дерева билась в окно, и, кажется, шелестел дождь. А все те жуткие пять дней вовсю светило солнце, и ночами крошечные золотистые пушинки порхали вокруг шаров белого пламени. Идрис заговорщицки подмигнул ей.
- Я должна всё вспомнить. Это поможет расследованию.
Луксор отвернулся.
- Делай, как знаешь.
Всё остальное, кроме спутанных мыслей о смерти, давно кануло в тёмные воды Сантарина.
Она просыпалась и, неловкая ото сна, гладила его по голове, касалась его щёк кончиками пальцев, будто рисовала на них узоры. Луксор открывал глаза: Орлана приподнималась на локте. Один рукав длинной ночной рубашки спадал, оголяя её плечо.
- Ты моя ласковая женщина, - шептал Луксор, и они вместе улыбались: Орлану даже сейчас смешно было называть женщиной.
Он целовал её в плечо, потом - в скользящую ткань ночной рубашки. А за окном вставало солнце.
Вселенский Разум, как давно это было. Ещё до смерти Зорга.
Глава 7
День шестой. Часть 2. Обрывки прошлого
Почему ты плачешь?
Неужели ты думала, что я буду жить вечно?
Зорг
Вокруг шаров пламени порхали золотистые пушинки, и вечер тепло дышал в распахнутые окна. Уложив Риана, Орлана вернулась в кабинет отца. Она вошла без стука, уже привычным движением оттолкнула подлетевший слишком близко шар огня. Мягкий ковёр крал звук её шагов.
- Спустимся к вечернему чаю? - Она замерла посреди кабинета, сцепив руки.
Зорг сидел, повернувшись к окну. Когда Орлана заговорила, он едва заметно вздрогнул, как вздрагивают, когда глубоко погружаются в свои мысли и забывают, что такое реальность.
- Спускайся без меня, милая.
Сначала Орлана поняла, что сейчас он, как от головной боли, прикоснётся двумя пальцами - средним и указательным - ко лбу. А потом уже увидела, как он это делает. И почувствовала, что дрожат и её пальцы.
- Случилось что-то плохое?
Она не удержалась, подошла и опустилась перед отцом на корточки. Она делала так много раз - и клала голову ему на колени, как домашняя кошка, требующая ласки и внимания ближе к летнему вечеру.
Его мантия пахла лесом после дождя и бархатно прикасалась к щеке.
- Нет, ну что ты. - Зорг провёл рукой по её волосам. Но то, что он ничего не скроет, Орлана поняла по несдержанному тяжёлому вздоху. - Орлана, скажи, ты счастлива?
- Счастлива. Почему нет? Почему ты спрашиваешь?
Она жила как всегда, не особенно оглядываясь назад, не делая ставок на будущее. Она часто улыбалась, редко чувствовала страх, почти не грустила. Мир, надёжный, как рука отца, возвёл вокруг неё высокие стены - в нём не могло произойти ничего ужасного.
- Я вырвал тебя из мира людей. - Зорг взял её за подбородок и заставил посмотреть себе в глаза. - Я видел, что тебе это тяжело.
Орлана несмело улыбнулась.
- Я сама выбрала. Здесь совсем не плохо.
- Неплохо, но не замечательно? - отозвался Зорг. Он отпустил Орлану, и она снова уткнулась в край его мантии.
- Всё сразу замечательно не может быть, - заметила она оттуда. - Мне здесь спокойно, я могу не бояться за завтрашний день. Это не плохо. Так что произошло?
- Я должен был дать тебе самой выбирать, но у меня были очень эгоистичные мотивы. - Зорг тронул её за плечи и попросил подняться. - Не хочу снова тебя потерять.
Орлана поймала на себе его взгляд и, как всегда, почувствовала, что губы растягиваются в глупую улыбку.
- Ну, я вроде бы никуда не собираюсь уходить.
Она вдруг увидела, как огненные шары за окном прорастают длинными тонкими лучами, как отблески в чашке чая, если сощуриться. В комнату проник туман: потянул щупальца к книжке, заложенной алой лентой, к мантии отца, размазывая чёткие контуры предметов.
Орлана вздрогнула и очнулась. Ошалело хлопая глазами, она сжала пальцы - под ними оказались подлокотники кресла. В комнате было мрачно: всего один огненный шар, плотно задёрнутые шторы. На краю стола, положив ногу на ногу, сидел Идрис.
- Ну, что интересного? - Он по-попугайски склонил голову на бок.
- Странно, что он завёл этот разговор. - Орлана принялась разминать онемевшие руки и ноги, чтобы не смотреть ему в лицо. - Почему вдруг?
Она подняла голову: в углу темнота шевельнулась. Это сидящий там Луксор опустил голову, будто изучая узоры ковра, но ничего не сказал.
- Слышал. - Идрис пренебрежительно махнул рукой. - Неправильно выбрали момент? И при чём тут Ишханди?
Он наклонил голову в другую сторону, как будто бы хотел получше рассмотреть собеседницу.
- Давай посмотрим, что было на полчаса раньше? - предложила она.
Луксор горестно вздохнул.
- Давай. - Идрис протянул к ней руки ладонями вверх.
Его пальцы были влажными. Снова закружилась голова, и единственный огненный шар пророс длинными ломкими лучами. Орлана закрыла глаза.
Живые золотистые пушинки ползли вверх по тяжёлой гардине, барахтались в длинном ворсе ковра, цеплялись за чуть сбитые носки сапог, тех, что с серебряной пряжкой. В центре кабинета, покачиваясь с пятки на носок, стоял Орден.
- Давно я тут не был. - Он подцепил за спинку стоящий тут же стул и переставил его ближе к столу императора.
- С самого январского переворота, - отозвался Зорг.
- О, Вселенский Разум... - Орлана подалась вперёд, но кончиками пальцев упёрлась в прозрачную стену временного портала.
За её спиной выразительно хмыкнул Идрис. Под этим куполом они могли вытворять что угодно: смеяться, рассказывать неприличные анекдоты. Ни Орден, ни император уже никогда не узнают, что кто-то подслушал их разговор.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
