В небольшой комнате второго этажа, как и рассказал стражник, сидела Вера. Туфли лежали тут же, упираясь острыми каблуками в ножку дивана. Откинувшись на подушки, она перелистывала одну за другой страницы книги, как будто что-то искала.
- Мы можем поговорить?
Неожиданное появление Орланы заставило её вздрогнуть и обернуться.
Вера всё же сделала вид, что ничуть не удивлена визитом дочери, да что там - вообще не испытывает никаких эмоций. Она отложила книгу на низкий столик, спустила ноги на пол.
- Здесь уже был Линкей, он же целитель. Спроси обо всём у него.
Утренний разговор ещё звенел звуком пощёчины, но Орлана пыталась не думать об этом: осколки солнечного света красили Малтиль в жёлтый цвет, от солнца было приятно щуриться, глядя в окна. Скоро и здесь поселятся вечные хмурые тучи, скоро и здесь дороги застелет туман.
- Хорошо, но Линкей не знал того, что знаю я. - Орлана опустилась в соседнее кресло - на самый край. Она не хотела вести долгих бесед, она просто собиралась увидеть единственное выражение в глазах матери - сдержанное удивление. Увидеть и простить.
Или не простить никогда.
- И что такое ты знаешь? - Вера поднялась, чтобы оправить подол платья. То, утреннее, смятое и ещё пахнущее другим миром, она сменила на ничего не значащее, светло-серое с тонким плетением кружев.
Внутри всколыхнулось старое, уже подзабытое желание быть похожей, стать такой же - и так же осторожно расправлять широкую ленту на поясе, - но она запнулась о свои же мысли. Она хотела быть такой ровно раз в пару месяцев и каждый раз тыкалась в глухую стену невозможности.
- Сейчас я была в прошлом. Ты знаешь, что Орден приходил в Альмарейн за пять дней до смерти отца? - Орлана обернулась на дверь в противоположной стене. За ней наверняка находилась спальня. За ней наверняка находился Орден.
- Да, я это знаю, - легко пожала плечами Вера.
Она шагнула в сторону окна, где тонкая занавеска покачивалась от ветра, и едва не укололась об остриё меча - металлического, не огненного, - вынырнувшего из-за спины Мидара в долю мгновения.
- Прошу, не приближайтесь к императрице, - произнёс он со всем возможным почтением, с которым только можно разговаривать, тыча мечом в человека.
- Она вряд ли собиралась меня убивать, - чуть раздражённая за то, что на полуслове оборвался разговор, выговорила Орлана телохранителю.
- Простите, но таковы правила, - безучастно откликнулся он, и только сейчас Орлана поняла, что значила последняя ухмылка Аластара.
- О, ради Вселенского Разума, - Вера подняла руки, словно сдаваясь на милость победителя, - больше не приближусь.
Она воспользовалась промедлением, чтобы ещё растянуть время, - так, по крайней мере, казалось Орлане, сердце которой колотилось хоть и в привычном темпе, но нет-нет, да и начинало щемить. Вера отправилась к окну, чуть изменив дорогу, тщательно закрыла рамы и расправила штору.
- Так ты знала, что они разговаривали с отцом? - потребовала объяснений Орлана.
Вера поправила сухие стебельки в вазе, встревоженные, они запахли терпко, по-осеннему. Если бы их касалась Орлана, они бы давно трухой лежали на полу. Вера достаточно испытала её терпение и обернулась.
- Да, знала. У нас нет секретов друг от друга.
Ну зачем она затронула самую дикую, самую детскую боль в душе?
- Хорошо. - Орлана проглотила боль, хоть та ещё несколько секунд цеплялась за язык злыми, обиженными словами. - Тогда ты знаешь, зачем Орден приходил?
- Он хотел взять тебя в ученицы. - Она подняла на Орлану взгляд и улыбнулась, как будто соседней комнате не умирал её муж.
Мидар застыл за правым плечом императрицы неслышной тенью, снова спрятал свой меч.
- А убить моего отца он не хотел? - Она покосилась на дверь в спальню - приоткрытую, пропускающую луч солнечного света.
- Ты думаешь, что говоришь? - Вера выразительно постучала согнутым пальцем по виску. - Орден и сам болен, а ты собираешься сделать из него убийцу?
Луч солнечного света ей всё-таки примерещился, а на мраморном полу лежал только очередной высохший лепесток. На небо наползи тучи, и вот солнца не стало.
- Тут я предполагаю только две возможности. - Орлана натянула выше на лоб сползающую маску. Может, её и правда стоило снять? Не ощущала же она себя голой без этого куска ткани неделю назад, месяц, год. - Или Орден не рассчитал с силой заклинания и теперь мучается от отката, или он так мастерски притворяется, чтобы отвадить от себя подозрения.
Вера кивнула, будто выслушав поздравления с давно забытым праздником, только мышцы на её шее напряглись, как струны. Задень - и зазвенит в воздухе сердитая, гулкая мелодия.
- Великолепно. Ты не нашла ничего лучшего, как только обвинить его. Всё правильно. Ведь теперь можно и отказать в помощи.
Она собиралась уйти и бросить разговор на середине - Орлана всегда чувствовала, когда матери надоедало приводить доводы и стоять на своём. Вера тогда удалялась, эффектно хлопнув дверью или не хлопнув ничем, оставляя её в бессильной злости кусать губы.
- Иди, - неожиданно легко для самой себя согласилась Орлана. - Я уже закончила.
Она поднялась из кресла, бросила последний взгляд на букет иссушенных цветов. Что хорошего в мумиях растений? Ощутила тень телохранителя у себя за спиной - ещё непривычное нарушение этикета: раньше так близко подходить к ней имели право только родные.
- Я зайду к Ордену, ты не против?
Впрочем, она не ждала ответа.
Дверь оказалась не заперта, а в комнате стоял полумрак, именно такой, когда задёргивают шторы посреди солнечного дня, и ещё лежат на мраморе приглушённые полотна света, но уже не прыгают солнечные зайчики в зеркалах и стеклянных дверцах шкафов.
Он открыл глаза, когда Орлана вошла. Когда она остановилась возле его постели, приподнялся. Она не почувствовала ничего: ни торжества, ни вкуса мести. Ни желания подать руку.
- Может, признаешься, зачем тебе понадобились ученики?
Орден хмыкнул, отвернулся. С той стороны кровати стояла Вера - бледная и злая, губы сжаты, руки сложены на груди, скрещены почти ритуальным жестом - не тронь, не подойди.
- Почему у меня не может быть учеников? - Орден снова обернулся к Орлане. Измерил её взглядом, как будто даже сейчас, лёжа в постели, возвышался над ней, а она стояла на коленях, облизывая с губ текущую кровь.
Он вдруг сделал странное - поднял руку, потянулся к ней.
Меч Мидара тут же вспорхнул в воздух, Орлана отпрянула: она хоть и ожидала от дяди откровенной подлости, но не так быстро, в самом же деле.
- Прошу, сделайте шаг назад, моя императрица, - смиренно произнёс за её спиной Мидар, так и не отводя меч от лежащего неподвижно Ордена.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
