— А у тебя выбора нет. Через неисследованный портал с нестандартным каналом связи тебя никто не отпустит. А он такой, можешь мне поверить, это практически единственное, что нам с Костиком удалось о нём понять. И через Землю, на космическом корабле… тоже не лучшая идея. Тем более ты, наверное, знаешь, какие напряжённые у нас сейчас отношения с прародиной?
— Я что-нибудь придумаю, — пообещал Фёдор скорее сам себе, чем родным.
— А пока стоит вызвать сюда специалистов. Пусть займутся выяснением, что за подарочек мы на этот раз к себе прицепили.
Радужная.
Неспешно передвигаясь из купола в купол, ухватив под руки двух дриад, которых почему-то воспринимала как братьев, хотя наверняка, те даже родственниками не были, Гера не задавалась вопросом, как будет выглядеть та вечеринка, на которую её пригласили. Не задавалась вплоть до того момента, как зашла в один из самых небольших куполов, переоборудованный под столовую и комнату отдыха для дриад, и поняла, что будет единственным человеком на этом сборище. И вообще единственным двуногим прямоходящим животного происхождения.
Из проигрывателя доносилась негромкая музыка, между длинными монументальными столами неспешно перемещалась дюжина дриад, если считать и тех, что пришли с Герой. Они потягивали коктейли из высоких стаканов с трубочками и негромко переговаривались. Впрочем, это признаком вечеринки не было — именно так и выглядел нормальный обед дриады вдали от дома — как витамино-минеральная смесь или раствор сахаров, по составу схожий с концентрированным древесным соком, налитая в приличных размеров ёмкость.
— Так, я правильно поняла, что сабантуй — это что-то вроде Праздника урожая? — дождалась синхронного кивка от своих сопровождающих (неудивительно, что ей чудится, что они близнецы), и продолжила: — Ну и где?
— Наврали, — ничуть не смущаясь, и так же дружно ответили они.
— Ну не могли же они сказать при Фёдоре, что мы тебя в качестве подопытного кролика приглашаем, — из-за стола, под которым находились тумбы с запасами провианта, поднялась Кио. — Фёдор бы с них шкурки спустил, и была бы у тебя в комнате пара оригинальных зелёных ковриков.
— Мне уже пора пугаться?
— Пока подожди. Вот узнаешь, что мы тебе предлагаем, тогда пугайся.
— А может, хватит нагнетать атмосферу? — у Геры от любопытства, кажется, даже кончик носа заострился. В то, что ей предстоит что-то страшное, она не верила ни на грош. — Зачем вам понадобился человек и почему именно я?
Кио ласково взяла подругу под локоть и повела в самый заваленный разнообразным хламом угол. От помещения, предназначенного исключительно под нужды дриад, можно было ожидать, что те засадят его всевозможными растениями и вообще устроят джунгли в миниатюре, но нет, интерьер был лаконичен до аскетизма. Разве что в тех самых углах можно было обнаружить самые случайные вещи. Такие, как например, с трудом опознаваемая по картинкам из учебников спиртовка, и стоящая на ней колба с пузырящейся внутри бурой массой.
— Видишь ли, у вас людей, да и у эльфов тоже, есть обычай делать нефункциональные, но приятные вещи. Это называется искусство. Так вот эта зараза не миновала и нас. Только видишь ли в чём дело, кулинария — искусство не совсем абстрактное, — голос Кио всё журчал и журчал, в то время как взгляд Геры перебегал со спиртовки на личико совсем молоденькой дриады, глядящей на неё с восторгом и надеждой. Нет, как бы не выглядела странная жижа в колбе, нос Геры давно уловил чарующий аромат свежесваренного кофе.
— Так вы меня в качестве дегустатора пригласили? А самим — слабо? И почему именно меня?
— Самим точно слабо. Мало того, что большинство вашей пищи для нас несъедобно, так ещё и вкусовые рецепторы устроены немного иначе.
— Ну и? Чего ждём? Переварится же! И, кстати, я так и не услышала, почему для дегустации была избрана именно моя кандидатура.
Художница от кулинарии, кажется, звали её Серж, ловко подхватила колбу специальным держателем и вылила её содержимое в тонкостенную чашку. На Гере скрестились взгляды всех присутствующих. И были они настолько выжидающими, что Гера не могла сдержаться, чтобы не устроить маленькое представление. Медленно, полуприкрыв глаза втянула в себя аромат, потом сделала крохотный глоток, покатала на языке вязкую горечь, проглотила. Зрители затаили дыхание, и, кажется не дышали до тех пор, пока не увидели энергичный одобрительный кивок.
— Прилично. В нашей кофемашине — рецепт N 7. Один из самых простых.
— Ну вот тебе и ответ, почему пригласили именно тебя. В нашем окружении не так много кофеманов, достойных выступить в роли эксперта.
— Не верю. Как минимум с Иманкой мы через день-каждый день сталкиваемся в столовой у кофемашины.
В ответ послышались еле сдерживаемые смешки, как будто она сказала что-то остроумное.
— И Иманка и Ярик и остальные наши напарники скрываются в неизвестном направлении, стоит им заметить маньячный блеск в глазах Сержи.
— А я, значит, скрыться не успела? — она сделала ещё один, более смелый глоток. — Ну-ну. Тогда уж сразу признавайтесь, чего вы туда ещё намешали? Из-за чего такие страсти?
— Дело не в составе, а в способе приготовления, — впервые за разговор подала голос Сержи. — Это ведь целое искусство — приготовление пищи. Все эти кастрюльки, шумовки, сковородочки, кокотницы. Не то, что сейчас — загрузил необходимые продукты в кухонный, нажал кнопку — получил блюдо по стандартному рецепту со стандартной сервировкой. Никакого простора для творчества! И вот недавно мне попала в руки методика приготовления кофе на спиртовке. Совсем как древние люди готовили! Не могла я удержаться, чтобы не попробовать.
— Ну, уж не такой уж древний. Этот способ приготовления использовался не так часто и в основном в помещениях, где не было плиты и были несчитанные запасы спирта. В институтских лабораториях. Ну, или любители экзотики баловались. По-настоящему древний способ — на горячем песке, у костра, как турки-османы готовили, — взглянув на приунывшее личико дриады, Гера добавила: — Впрочем, соорудить приемлемый заменитель несложно. Всего лишь поместить в небольшой металлический ящичек нагревательный элемент и засыпать его песком.
Она даже представить себе не могла, какую бурю организованно-суматошной деятельности вызовет это её заявление. Причём в это действо были вовлечены абсолютно все, и вскоре на одном из столов воздвигся длинный монументальный ящик, заполненный снежно-белым песком, на котором можно было разместить штук десять джезв. Которых, кстати, не было, вместо них, к подходящим по форме колбам были приделаны ручки. Откуда-то возникли склянки и коробочки с разнообразным содержимым: банки с притёртыми крышками в которых, если судить по надписям, хранились разнообразные сорта тонко смолотого кофе, коробочки с гвоздикой, корицей, бадьяном, перцем горошком, и прочей экзотикой использовавшейся в качестве добавок к кофе, включая зёрна попугайника, который в их кофемашине как раз закончился и по отсутствию которого Гера как раз начала страдать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
