любимыми местами во Франкфурте, но для этого города тоже неплохо.
– Во Франкфурте? – удивлённо переспросила я.
– Да, у меня в Германии родители, и я долго жил с ними там. А ты была в Германии?
Вот так неожиданность, он ещё и в других странах бывает, как само собой разумеющееся. Какая Германия? Я, собственно, никогда не покидала родной город, за исключением этого переезда в университет. Произносить вслух это было просто нелепо.
– Нет, я там не была, – засмущалась я, – но обязательно поставлю пунктик в своём списке дел на будущее, что надо туда заглянуть. – И сделала в воздухе жест, будто поставила галочку.
Марк улыбнулся и кивнул, а затем увлечённо продолжил:
– Я уверен, тебе понравится Франкфурт. Это очень интересный город, настоящий калейдоскоп впечатлений.
Он начал рассказывать о своём городе с такой любовью, что мне реально захотелось там оказаться. Я слушала его с интересом, совершенно не хотелось его перебивать.
– А где бы ты хотела побывать? – вдруг спросил, остановившись.
– Я мечтаю побывать в Париже, – не задумываясь, ответила я.
Он рассмеялся, ведь это было так банально, и я, картинно опустив глаза, и наиграно хлопая ресницами, добавила:
– Ну, я же девочка. А какая девочка не мечтает о самом романтичном месте мира? Это же всем известно, Париж – город любви.
У меня на лице появилась широкая улыбка, и неловкое молчание между нами сменилось радостной беседой о разных городах и странах мира.
Оказалось, Марк побывал в стольких местах, что рассказы о его путешествиях можно было слушать не один вечер. Больше всего я удивилась, что он учился в Нью-Йорке. Я не понимала, почему он хотел жить в этом городе, когда мог поселиться в любом уголке мира. Мы больше не чувствовали неловкости, а дистанция между нами постепенно сокращалась. Он осторожно взял меня за руку. Я не возражала. Потом мы катались на катамаране по озеру в центре парка, и Марк просто завалил меня вопросами: откуда я, почему выбрала этот город и этот университет, как мне живётся в общежитии, нравится ли мне учиться.
– Подожди, подожди, – смеялась, – я не могу так быстро ответить на все вопросы, что ты задал, давай по порядку. – Я выдохнула. – Ты знаешь, я всегда хотела поступить в хореографический, мне нравится сцена. Она околдовывает меня, даже не могу сказать, что мне нравится больше танцевать или создавать сюжет танца. Но то, что от сцены я получаю безумный заряд позитива, это точно. Могу сказать одно: сцена и танцы – это моя страсть. К сожалению для меня, мама не разделяет эти чувства, для неё важнее, чтобы я реализовалась в экономике. Когда я сказала, что хочу поступить в хореографический, услышала в ответ категоричное «нет». «Экономика – это всегда деньги, стабильность, а сцена так – ногами дрыгать». Поэтому я поступила в финансово-экономический. А выбрала именно наш, потому что здесь очень сильный курс по налогам, уж если мне суждено получить диплом по экономике, то захотелось выбрать интересный факультет. Так что, сам понимаешь, учиться здесь мне не особо нравится. Но это не главное, главное – я просто наслаждаюсь, что наконец-то далеко от дома, могу сама принимать решения. А ещё мне нравится этот город, его мосты. Я сразу поняла, что моё сердце отдано ему. Тут складывается такое ощущение, словно весь мир принадлежит мне.
Я сделала паузу, потому что не могла словами выразить Марку, как важно было для меня оказаться в другом городе, подальше от тех мест, что вызывали негативные воспоминания. Да и жить в небольшом городке, где каждый тебя знает, где тебя постоянно оценивают, где знают о тебе всё, а что не знают, так быстро досочиняют миллионы мерзких и гадких историй. Скорее всего, я и с Андреем рассталась бы гораздо быстрее, но страх, что осуждения выльются на меня ведром с грязной водой, заставлял не делать этот шаг. Я не могла стать своей в этом городе. Меня спасали только танцы, в которых, убегая от реальности, я могла дышать. Когда я переехала в новый город, воспоминания о Ромке и Лине стали редкими. А когда поступила, я словно вдохнула полной грудью, ощутив долгожданное чувство облегчения и свободы. Это был момент, когда я действительно поняла, что начинаю новую главу своей жизни, где могу быть самой собой без страха осуждения и прошлых болезненных воспоминаний.
Мы давно остановились посередине озера, и Марк с любопытством разглядывал меня. Он с интересом ждал продолжение моего рассказа. И я продолжила:
– Мне кажется, что у этого города своя энергия, какая-то притягательная атмосфера. И хоть иногда здесь со мной случаются не очень приятные истории, я уверена, что это мой город. А может мне всё это кажется, потому что я впервые стала жить сама, меня стали окружать незнакомые люди, и это магическое состояние развеется, если я поживу здесь подольше.
– Всё может быть, – задумчиво ответил Марк, – а возможно ты пока ещё мало встречала интересных людей и, возможно, в твоей жизни ещё будет много городов, которые ты назовёшь своими. Мне кажется, тебе однозначно понравится в Нью-Йорке, там очень красивые мосты.
Я пожала плечами и не заметила, что Марк уже подвёз катамаран к причалу. Он помог мне выбраться. Но ступив на землю, я неуклюже запнулась. Марк быстро поймал меня за талию и я неожиданно оказалась в его объятиях. Таких тёплых, нежных и одновременно сильных. Наши взгляды встретились, и я на долю секунды замерла, понимая, что он мне действительно нравится, я больше не испытываю страха оказаться с ним так близко. И, кажется, в его взгляде тоже читалась симпатия ко мне.
– Осторожно. – Он отпустил меня.
– Спасибо.
Вот сейчас мне совсем не хотелось выскальзывать из его объятий. Я чувствовала, как его тело замерло рядом со мной. Моё тоже подавало знаки, что эта внезапная близость была волнительной.
– Нам пора, я обещал тебя вовремя доставить в общежитие. А я стараюсь сдерживать свои обещания, хоть иногда это сделать очень тяжело.
Наши глаза вновь нашли друг друга, и теперь я точно увидела в них желание. Такое же, как тогда на вечеринке.
– Кстати, как тебе там? – произнёс он, так неожиданно разрядив накалившуюся вокруг нас обстановку.
Марк взял меня за руку, переплетая наши пальцы.
– Где? – не узнавая свой голос, спросила я.
Что он вообще спрашивает? Разве можно меня сейчас о чём-то спрашивать, кроме как о том, можно ли меня поцеловать, хотя об этом тоже можно не спрашивать, ответ будет однозначно положительным. Я посмотрела на его губы, и
