— Вы правильно боитесь, Ваше величество, — сказал молодой Судья, пронзительно глядя в глаза Аллара, — потому что и у вас я стану требовать ответа. Зачем? Зачем вы все это начали?
Благородные господа обернулись в изумлении к Королю. Тот произнес внезапно посиневшими губами и чуть ли не шепотом:
— Я... я... Не хотел я этого. Ничего не хотел. Это Конрад, он меня заставил... Я был мальчишкой, а отец видел в лорде Гарете преемника, а я, это я должен был стать Королем, а не Гарет! Узнав о завещании, я просто в ужас пришел. Как отец мог так со мной обойтись? Лишить меня короны? А Конрад сказал, что может помочь, только я не знал, что он будет убивать Гарета... А потом, когда все было сделано, он шантажировал меня, все эти годы...
— О чем вы говорите? — спросил один из лордов. — Кто-нибудь что-нибудь объяснит?
— Я объясню, — сказал Фредерик. — Мой отец был верным слугой Короля Доната, его помощником, советчиком, вместе с ним заботился о благе государства. Донат отдал Гарету в жены свою сестру, чтобы еще больше приблизить к трону, чтобы сделать его следующим Королем, ведь принц Аллар был слабовольным, легкомысленным, неспособным править. Донат написал завещание, где обо всем этом сказано. Король объявил своему сыну, что тот не будет Королем, объяснил причины своего решения, просил сына первым присягнуть на верность лорду Гарету, когда тот станет правителем. Но Аллар, при всей своей нерешительности, не захотел терять трон. И тут ему на помощь пришел лорд Конрад, Северный Судья, у которого вообще были далеко идущие планы...
Тут Фредерика грубо оборвали — Конрад, до этого нервно игравший желваками, выстрелил в молодого человека. Западный Судья быстро, отработанным движением, отклонил голову, и болт попал в деревянную раму позади него. Элиас бросился крутить Северному Судье руки, но тот выстрелил и в гвардейца.
— Нет уж! — воскликнул Фредерик, вновь сбивая стрелу Конрада своей у самого носа Элиаса, и взревел: — Всем на пол!
Все Благородное собрание дружно ухнуло под длинный стол, а между Судьями началась перестрелка. Семь болтов были выпущены ими друг в друга, и от каждого оба благополучно увернулись. Растратив комплекты, они отшвырнули ненужные арбалеты в сторону, облегчив тем самым руки.
— Ты выдал себя, Конрад, — сказал Западный Судья.
— Так-так, Фред, — процедил сквозь зубы Северный.
— Мой отец считал тебя своим другом, а я — вторым отцом. За такое двойное предательство надо платить огромную цену, не говоря уже о других твоих злодеяниях!
— Хочешь убить меня, Фред?
— Это будет справедливо.
— А по совести ли? Я ведь вырастил тебя, был твоим наставником, заботился о тебе, Фред.
— И все это делалось ради одной гнусной цели — захватить трон, используя меня и Аллара! К тому же — ты только что хотел убить меня.
— Но все же ты обязан мне всем. Если бы не я, ты не стал бы Судьей... Назад! — Этот возглас относился к Элиасу, который вновь бросился на Северного Судью.
Конрад выхватил свой тяжелый меч и чуть не снес юному гвардейцу голову — тот успел отпрыгнуть.
— Попробуй-ка возьми меня, сопляк!
— Элиас! Теперь не суйся — это мое дело! — воскликнул Западный Судья.
Из-под стола у ног Фредерика показалось багровое от ползанья на четвереньках лицо Судьи Гитбора.
— Божий суд, юноша, Божий суд, — прокряхтел старик, дернув молодого человека за полу куртки.
Надо же, и вечно сонный старик сообразил, что делать.
— Судья Конрад! Я вызываю тебя на Божий суд! Благородное собрание! Всех вас зову в свидетели! — громко объявил молодой человек. — Ты не можешь отказаться, Конрад! К тому же если победишь — значит, я обвинял тебя, не имея на то оснований! И ты будешь невиновен.
Тут Северный Судья зловеще осклабился — такой вариант его устраивал. А Фредерик подумал: «Играй по моим правилам!»
— Я не против, — сказал Конрад.
— Здесь и сейчас? — уточнил Фредерик.
— Здесь и сейчас, — отозвался Северный Судья.
Они оба резво перепрыгнули через стол заседаний под окна, где было больше света. Благородное собрание благоразумно кинулось к противоположной стене. Судьи-противники тем временем, желая освободить больше места, дружно вытолкнули стол с середины залы, и он, массивный, дубовый, со скрежетом заскользил по каменным плитам в сторону столпившихся у глухой стены лордов. Те лишь ахнули, ожидая столкновения с дубовой громадиной, но стол притормозил точно в полуметре от них. Королю же стало плохо: он медленно сполз по стенке на пол. Элиас подхватил его и аккуратно усадил в ближайшее кресло.
— Благодарю, — прошелестел Аллар белыми губами, глядя на юношу полузакрытыми глазами, — ты славный, верный...
— Жаль, что не могу того же сказать о вас, — тихо и неожиданно для себя самого шепнул Элиас — он уже не уважал своего Короля, и только присяга толкнула его помочь государю, а у того от этих слов вдруг задрожали пухлые щеки.
— Смотрите, молодой человек, — обратился тем временем к гвардейцу Южный Судья Гитбор. — Такое редко увидишь — поединок Судей Королевского дома.
Элиас с удивлением глянул на старика: для него это, значит, просто увлекательное зрелище?
Фредерик выхватил меч, отбросив ножны в сторону, сделал пару финтов, чтоб разгорячить руку. Потом — стремительный прыжок — замелькала сталь. В самом деле — было на что посмотреть. У юного Элиаса даже дыхание захватило. Он-то думал, что прекрасно фехтует! Увидав, как управляются с мечами Судьи, он понял, что никак не фехтует. В этом поединке в ход шло все: не только меч, но и ноги, руки, прыжки, выпады. Удары парировались, отбивались и клинками, и боевыми браслетами, и наколенниками. Одежды Судей со свистом развевались, и это было с умыслом — сбить противника с толку. От стали снопом летели искры, звон не прекращался. Все казалось причудливым, стремительным и смертельным танцем. За пару минут было проведено множество хитрых приемов, затем Фредерик с разворота нанес такой сильный прямой удар мечом, что Конрад, парировав его, был отброшен далеко назад. Получился маленький перерыв. А на лице Северного Судьи уже не было прежней уверенности в победе.
— Неплохо, правда? — заметил Фредерик. — Я ведь знал, с кем придется иметь дело — готовился. — И он усмехнулся, довольно-таки зловеще.
— Ну-ну, мальчик, правда, ты меня удивил, — сказал Конрад. — Только еще не вечер...
С этими словами он кинулся в новую атаку. Фредерик отбил запястьем, закованным в браслет, его рубящий удар и от души впечатал ногой в грудь Северного Судьи. Того вновь отбросило назад. Молодой человек тут же бросился следом, намереваясь проколоть врага, но не успел: Конрад быстро сбалансировал и выставил для защиты меч — Западный Судья остановился, также перейдя в оборону. Потом случилось такое, что привело Элиаса и всех остальных в восторг: Конрад сделал резкий выпад вперед, переходя в ближний бой, а Фредерик поймал его меч, с фантастической точностью зажав лезвие изгибом руки между плечом и предплечьем, и резким толчком, словно рычагом, сломал клинок противника. Обломок зазвенел, упав на каменный пол.
— Все, Конрад, все, — проговорил Фредерик. — Признай свою вину, и я не стану тебя убивать. Ты проиграл — Божий суд свершился.
Конрад вновь заиграл желваками. Фредерик терпеливо ждал его ответа.
— Хорошо, — тихо заговорил Северный Судья, — я скажу...
Тут он со страшной силой ударил молодого человека остатком меча. Фредерик успел выставить блок, но был опрокинут на спину и, вскакивая обратно на ноги, потерял несколько секунд, которых Конраду хватило, чтоб подлететь к благородным лордам и, выхватив из них Судью Гитбора, приставить острый обломок к горлу старика.
— О, нет, — вырвалось у Фредерика: с некоторых пор он ненавидел ситуации с заложниками.
— Да, вот так-то, мальчик, — прошипел Конрад. — Если мне дадут спокойно убраться из дворца и из города, старому хрычу ничего не будет. Если нет — я прирежу его, как свинью! Клянусь, я...
Он не договорил, потому что сэр Гитбор молниеносно вскинул руку, и его поднятый вверх большой палец с противным чавкающим звуком вонзился не хуже ножа в междуглазье Северного Судьи. Смерть от такого удара почти всегда мгновенна, и Конрад, чуть слышно охнув, рухнул на пол, зияя черной дыркой в переносице. На каменные плиты тут же набежала кровь.
