- Пречистые Небеса, обратите взор на дочь свою и разгоните тьму Бездны в сердце моем...
Шум снаружи усиливался, забасили незнакомые мужские голоса. Слуги закричали конюху, чтобы он поторопился. В поместье, как обычно, беспорядок. Это настолько раздражало Невеньен, что она остановилась посреди молитвы и решила начать снова.
- Пречистые Небеса, обратите взор на дочь свою...
На сей раз ее отвлек низкий, глубокий голос Акельена.
- Посланцы? И от кого же? - недовольно вопрошал он кого-то.
Невеньен тут же стало интересно, какие вести принесли гонцы, но она строго напомнила себе, что обязана дожидаться, когда ей доложат об этом. Королева не должна суетиться, иначе потеряет достоинство в глазах подданных.
- ...и разгоните тьму Бездны... - забормотала Невеньен, отгораживаясь от посторонних звуков. - ...и разгоните тьму Бездны...
Внизу раздался переливчатый возглас Бьелен. Она опять успела обо всем узнать раньше королевы - этой дамочке, судя по всему, было не важно, что о ней подумают слуги.
- Да что такое! - раздосадованно воскликнула Невеньен, обнаружив, что не способна сосредоточиться на обычной молитве.
- Моя королева? - Эсти была тут как тут, готовая угодить любой прихоти своей госпожи.
- Все в порядке, - успокоила ее Невеньен. - Просто этот шум немного меня отвлекает, - сдержанно добавила она скорее для Лэмьета, чем для Эсти.
Жрец промолчал, чем заслужил еще большее уважение Невеньен. Предыдущий наставник, из дома отца, непременно сказал бы ей, что в таком возрасте дети рады отвлекаться на все подряд. Так сказал бы и отец, и мать, и даже у Акельена один раз вырвалось нечто подобное... Но Невеньен была не ребенком, а королевой, и Лэмьет, возможно, единственный помнил об этом.
Она знала, что не оправдывала надежд многих людей, и ей не хотелось разочаровывать хотя бы наставника, поэтому Невеньен выпрямилась и снова раскрыла Книгу Небес. Если не получается медитировать, стоит по крайней мере попытаться почитать.
Однако отвлечься от забот в это утро ей было не суждено. Вскоре в дверь вежливо постучались, Эсти вспорхнула со своего неудобного сиденья, и по ее расшаркиваниям Невеньен поняла, что пришел советник Тьер. Будь это действительно дворец в Эстале, главному советнику никогда бы не пришлось самому подниматься на третий этаж, чтобы позвать королеву. Даже в родном доме Невеньен было достаточно слуг, чтобы выполнить настолько простое поручение.
- Моя королева, прошу прощения за то, что вынужден прервать ваше единение с Небесами. В Малом зале собирается совет.
В хрипловатом, всегда спокойном голосе Тьера слышались встревоженные нотки. Значит, причина его собственноличного появления вовсе не в нехватке слуг. Пожилой советник был одним из тех, кто не обманывался льстивыми речами Бьелен и поддерживал королеву, подсказывая ей правильные решения или наталкивая на верную мысль. Именно Тьер, правая рука государя, настаивал на том, чтобы Невеньен присутствовала на всех советах лордов, где обсуждаются хоть сколько-нибудь важные вопросы. И если он сам пришел за ней в молитвенную комнату, то случилось что-то серьезное, и стоит поторопиться.
- Ничего страшного, лорд Тьер, вы меня не отвлекли, - скорость, с какой Невеньен вскочила с сиденья, не соответствовала ее церемонному ответу. - Я готова идти.
На самом деле она не могла выйти, пока Эсти не уберет эту кошмарную ширму. Невеньен было не под силу сдвинуть тяжелую рамку из пахучей древесины ствилла, веса которой прибавляла туго натянутая ткань. Изображенный на ней скучнейший весенний сад за несколько месяцев успел смертельно надоесть королеве. Она уже начала от нетерпения притаптывать маленькой ножкой, когда служанка наконец-то справилась с заграждением. Жаль, что ширму нельзя поменять - она принадлежала династии Идущих и была одной из самых дорогих вещей в этом доме.
Эсти охнула, когда Невеньен стремительно проскочила через нее, быстрым шагом направляясь к двери. Не растерявшись, служанка резко поставила ширму на место - дерево неприятно заскрежетало по половицам - и поспешила за госпожой. Невеньен обернулась к ней.
- Все хорошо, Эсти, пока мне не нужна твоя помощь.
Молодая женщина присела в изящном поклоне.
- Спасибо, моя королева.
Невеньен рассеянно проследила за тем, как ее старшая служанка возвращается в молитвенную комнату. Худенькая проворная Эсти, под стать своей госпоже, ей нравилась, хотя манеры служанки не были безупречными. Но она, несомненно, намного лучше той медлительной толстухи, что прислуживала Невеньен до этого. Королева могла обратиться к любому слуге, но Невеньен предпочитала выделить для себя одну женщину, которая бы стала ее постоянной спутницей и доверенной в некоторых интимных делах. Так сделать ей советовала мать, для которой ее верная помощница Мира сохранила множество тайн. У Эсти были прекрасные рекомендации, и, возможно, она подойдет на эту роль, хотя судить еще слишком рано - женщина поступила в непосредственное распоряжение королевы только две недели назад.
- Моя королева?
Советник Тьер успел опередить ее и замер, вопросительно наклонив голову. Невеньен обнаружила, что, задумавшись об Эсти, остановилась посреди коридора, и разозлилась сама на себя. Ну что за ужасный день сегодня, что она никак не может сосредоточиться? В кои-то веки ее позвал муж, и ей стоит поторопиться.
Она расправила плечи и зашагала рядом с высоким мужчиной, который сохранял превосходную осанку, несмотря на преклонный возраст. Тьер был одним из самых уважаемых лордов в центральных землях Кинамы и их эльтином, то есть "говорящим". Эльтинов при короле должно было быть трое - из северных, центральных и южных владений королевства, и эту должность занимали только те лорды, которым безгранично доверяло местное дворянство. Много лет назад Тьер поверг всех в изумление тем, что отказался от претензий на трон и вместо этого присягнул слабейшему, как тогда казалось, из претендентов - Стильину, истинному королю, бастарду Идущих, а позже, когда он умер, Акельену, его младшему брату. Акельен мог сколько угодно пренебрежительно относиться к окружающим его лордам, называя их собаками, которые пытаются незаметно утащить кость с хозяйского стола, но никогда не позволял себе ни единого грубого высказывания по отношению к Тьеру, а благородство советника не вызывало сомнений даже у его врагов. Он служил внебрачным детям Идущих верой и правдой почти десять лет, и только благодаря ему истинный король до сих пор обладал влиянием, несмотря на то что Тэрьин прочно занял трон и большинство других претендентов давно сдалось. Невеньен помнила, что говорил отец, отдавая младшую дочь замуж за Акельена: "Старик не даст этой затее с королем провалиться". И слушаться отец призывал именно лорда Тьера, а не мужа. Этому совету было легко последовать - к Тьеру прислушивались все.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
