жаль. Могли бы сделать из них достойных провожатых.
Проходит секунда… другая… Илария не понимает о чём идёт речь… Что значит "пришлось избавиться"? Это ведь не то, о чём она подумала? Нет… этого не может быть… Этого просто не может быть.
— Они сами были виноваты. Если бы отдали тебя без препятствий, то нам бы не пришлось их убивать.
— Вы… вы врёте, — сначала шептала, а после сорвалась на пронзительный крик. — Вы всё врёте!
— Забираем её и уходим, — не придавая значения женским слезам и истерикам, эльф открыл портал.
Лари бросили в бамбуковую клетку и так двинулись вперёд, ведя "добычу" на привязи.
29 глава: Пленница
— Ваше Величество, мы привели девушку.
В широком, просторном зале находились одни мужчины. Много мужчин. А Илария замутнённым, неразличающим ничего взглядом не разбирала кто есть кто. Она видела только пятно.
Они столпившись стояли вокруг высокого стола, склонившись над пожелтевшей картой и искали слабые места замка, который прежде принадлежал расе дроу, а нынче Дракуле. Они выбирали куда можно было бы нанести максимально больше урона, чтобы пробраться во внутрь и при этом избежать сильных потерь.
Генерал эльфийской армии толкнул девушку вперёд, позволяя своему королю лучший разглядеть пленницу. Но или он не рассчитал силы, а быть может сделал это специально. В любом случае Илария упала на колени перед монархом и членами совета старейшин.
Испытывала ли она физическую боль? Нет. Чувствовала ли себя униженной? Тоже нет. Боль от потери перекрывала собой всё. Она застилала воздух и глаза. Внутри не чувствовалось ничего, кроме отчаяния и… ненависти.
Впервые с Иларией такое случилось. Она возненавидела. Возненавидела эльфов, убивших её родителей и друзей.
Её мамы с папой больше нет. Нет Касана, которого нимфа вырастила сама. Кая, которого пусть и знала от силы несколько дней, но разве это имеет значения? Он тоже был её другом, а его убили. Зачем? Что они плохого сделали? В чём была их вина? Да, ни в чём. Это она виновна в их гибели, ведь пытались защитить её. Если бы Лари пошла за ними сразу, то их всех бы не убили.
Она это понимала, но не ненавидеть не могла… Впервые в своей жизни и быть может последний раз. Потому что знала, больше боли чем сейчас, ей никто не принесёт.
— Вы их убили, — пересохшими губами, сначала безжизненно прошептала, а потом перешла на крик. — Убили их всех! Они просили у вас помощи…
Новые чувства сжигали Иларию изнутри. Она билась в истерике. В одно мгновение весь её мир. Всё, чем она дорожила исчезло. Испарилось, будто их и не было. Глаза щипали слёзы. Руки содрогались. Хотелось кричать во всё горло. Илария не знала, что кто-то способен на такую жестокость. Не знала, что кто-то способен убить невинных.
Мужчины обернулись и Лари стала центром их внимания. Высокий, худой эльф с длинными светлыми волосами вышел вперёд. Он выглядел также, как и другие представители его расы, только золотой лавровый венок на его голове говорил о том, что перед ней стоял король.
Сохраняя спокойное выражения лица, мужчина присел рядом, но вскоре оказался поваленным на пол.
С диким воплем Илария набросилась на него и поочерёдно била по груди. Тяжёлые цепи на её руках, сдерживающие магию позволяли только это. Она била с остервенением, вкладывая в каждый удар всю свою боль, потому что вот он. Вот по чьему приказу солдаты пришли к ним.
Стража буквально оттягивала нимфу от короля, а она вцепилась, как кошка, повторяя удары до тех пор пока её не отшвырнули в сторону.
— Будьте вы прокляты, — повторяла она раз за разом, пока не обессилела совсем.
— Обвиняй Небо, которое сделало тебя истинной вампиру, а не нас. Мы лишь пытаемся спасти свои народы от твоего избранника и только…
— Надеюсь вы до конца своих дней будете помнить о грехе, что совершили, а их души будут преследовать вас. Вашему поступку нет оправданий и нет прощения.
Поднимаясь с пола и потирая расцарапанную щеку, он с жалостью посмотрел на неё. Ему было искренне жаль девочку, но это война длится ни одно тысячелетие. И многие тысячи погибли от клыков вампира, потому они не имеют права сейчас терять такую возможность избавиться от него. Дракула должен умереть.
— Готовьте виселицу и пригласите других правителей. Сегодня мы сделаем этого монстра смертным.
Она кричала, сопротивлялась. Удивительно, но даже в этот момент голос Иларии не звучал настолько неприятно, что мужчинам захотелось бы прикрыть уши, лишь бы не слышать её. Напротив, присутствующие упивались им, как если бы девушка пела им песни, а не посылала проклятия.
Совет старейшин, да и сам король провожали нимфу не без сожалений. Юная, красивая… она могла бы прожить долгую и счастливую жизнь если бы не была истинной вампира, но… это война и она не ведает жалости.
30 глава: Невинная кровь
Яркие молнии сверкали на ночном небе, рисуя замысловатые узоры на чёрном бархатном полотне. Гром нещадно гремел распугивая птиц и заставляя их по прятаться по домам. Погода распоясалась ни на шутку. Ливень неустанно спадал с высот, пугая своим напором.
Глядя через окно на всё это безумство, король эльфов в очередной раз задумался, а не совершают ли они дичайшую ошибку, принося нимфу в жертву для свершения своих планов?. Ведь должен быть ещё способ избавиться от вампира, не причиняя вреда простым мирным жителям.
Хотя о каких способах можно ещё говорить в нынешней ситуации, когда их руки и так уже запятнаны кровью простых жителей… Кровью четырёх существ, которые просто хотели спасти дочь и друга. Назад дороги уже нет. А если убить ещё одну, хуже им уже не станет
— Это правда? — масивные двери у входа в троный зал с тыжелым скрипом резко распахнулись, от сильного толчка, впуская внутрь девять пришедших гостей разной расы.
— Твои солдаты отыскали её? — не дождавшись приглашения Повелитель демонов тяжёлыми шагами направился к круглому столу из корней замка эльфов, проросших из под ровного пола.
— Да. Сейчас девушка сидит в темнице и ожидает своей участи.
— Тогда чего же мы ждём? — теряя последние крохи терпения альфа указал в сторону выхода, который сторожили солдаты. — Идёте же сию же секунду и решим. Убьём девчонку, а после займёмся ослабившим вампиром.
Нездоровый блеск в глазах Райта, лучше всяких слов говорил о том, что он свихнулся на мыслях об убийстве и возвышении своей расы. Волк буквально помешался на этом, но останавливать
