class="p1">Они смеялись и посвистывали, зазывая её к себе, совершенно наплевав, что она никак не реагирует на их действия.
Погружённая в собственное горе, девушка сидела посередине темницы, прислонившись к стене под окном, откуда пробивал единственный источник света и смотрела в одну точку, вспоминая прошлое. Такое далёкое и уже недостижимое. Прошлое, что не вернётся и больше не будет рядом с ней.
Не будет маминой нежной улыбки, которая грела словно утреннее солнышко. Не будет надёжных отцовских объятий, прежде укрывающих её от любого ненастья. Не будет совместных завтраков и ужинов. Не будет споров. Не будет примирений. Не будет прогулок с друзьями. Не будет больше ничего. Она потеряла их навсегда.
Внезапно для всех ясное небо скрылось за тёмными тучами, а на землю опустилась плотная сгустка тумана. Поднялся сильный ветер, проникающий внутрь через решётки и крохотные отверстия в стене. Холод пробирал заключённых до дрожи. Стало не до свистов и флирта. И только одна Лари не замечала окружающих её изменений. Наверно рухни небо на их головы, она и этого не заметила бы. Глубокая апатия охватила её. Потому и то, что происходило далее было уже безразлично.
Двери темницы открылись, впуская двух эльфийских стражников. Не говоря ни слова они подхватили девушку с двух сторон и понесли к выходу. Мелкие камешки царапали босые ноги, а длинное платье путалось под ногами и Илария спотыкалась почти на ровном месте, лишний раз выводя из себя эльфов. В какой-то момент, после очередного падения они просто не выдержали и с рыком, подобающим больше оборотням, порвали подол до самых колен, вызвав большой восторг у заключённых, ставших тому свидетелями.
А Илария по прежнему оставалась безучастной. Более того, создавалось ощущение сейчас рядом с ними находилась лишь её пустая оболочка, а душа давно покинула бренное тело.
Девушка настолько углубилась в воспоминания, что нельзя было найти ту тонкую грань между прошлым и настоящим. Память, будто зыбучие пески, затягивала назад. И вот уже перед изумрудными глазами нимфы стояла до боли знакомая и любимая хижина в лесу. Маленькая, неприметная, но такая родная. Внутри её дожидались родители. Мама, как всегда приготовила вкусный ужин и вместе с отцом примется ругать её за то, что она вернулась поздно. Снова возникнут руганья и мелкие перессуды, а после пойдут извинения, прощение и тёплые разгоры за столом.
Стражники, провожающие нимфу увидели слабую улыбку на пухлых губах и решили, что девушка сошла с ума. Её ведут на казнь, а она улыбается.
32 глава: Убить или нет?
Когда Иларию в очередной раз привели в тронный зал, она уже приходила в себя и бесстрастно различала происходящее вокруг.
Всё та же комната в которую её привели этим же днём, только свет не столь яркий, как в первый раз. Точнее его почти не было. Погода разошлась ни на шутку и ветер бушевал, грозясь выбить окна и окатить всех своими холодными объятиями. А присутствующие… Теперь их было десять мужчин и каждый внешне отличался от другого. Даже их ауры были разными. Илария без труда определила, что все они принадлежат к разным расам.
Крупные, мощные, они стояли по разные стороны от неё, но взгляд у всех… почти у всех, был одинаковый — изучающий и несколько удивлённый.
Но взор дроу отличался от других. Самый шокированный, болезненный и полный сожаления.
Как нимфа так быстро определила его расу? Вычислить это было не сложно. Лари читала, что у тёмных эльфов синяя кожа и серебристые волосы. Простые, но в тоже время кричащие отличия, не дающие повода чтобы сомневаться.
Был ещё один. Высокий мужчина с коротко подстриженными волосами и в смущаещей плотной тряпкой вокруг бёдер.
Он смотрел на неё диким озлобленным взглядом, будто только и ждал шанса убить, но что-то или кто-то стоял пути, мешая совершить задуманное.
Оборотень.
Как Илария так быстро вычисляла чужие расовые принадлежности, не видя прежде этих существ?.. Просто почувствовала в нём сильную звериную энергетику, как у Кая. Волфы и оборотни-волки имели много общего. Разве что отсутствие оборота у первых, как-то различало их.
Однако за что альфа хотел её убить? Непонятно. Она впервые видела его и не успела нервы попортить.
Да, только имеет ли это значения?.. Нет. Мёртвых это ведь не вернёт.
— Она ведь ещё совсем дитя, — сказал самый крупный из них, сидя на бархатном стуле.
Какой расы являлся говорящий определить было невозможно, но что-то смутно знакомое казалось Иларие в его лице. Будто она уже его видела где-то.
— Не имеет значения. Она его истинная, так не будем же медлить, — нетерпеливо ходил кругами оборотень. — Убьём сейчас и дело с концом.
Сорвавшись, он с пугающим безумством достал кинжал из ножен и целенаправленно помчался к нимфе.
— Хватит! — с неистовым криком остановил его дроу и встав между ними, закрыл собой девушку. — Хватит, — тише, повторил Маликит. — Держись подальше от неё, если не хочешь войны.
— Рехнулся? Готов объявить войну ради чужой девчонки? — омерзительно оскалился волк.
— Я не готов позволить безумцу лишать жизни, каждую вторую девушку, которая якобы может оказаться парой вампира, — поправил Маликит, упрямо глядя ему в глаза и прекрасно осознавая, что врёт.
Ради другой девушки он не стал бы так рисковать. Не стал бы угрожать. Конечно, не позволил убить и другую, но о войне не стал бы зарекаться.
Волки опасные противники. Сильные воины. Но почему-то это становится не так важно, когда дело касается маленькой нимфы, сидящей позади него.
— Убив меня вы не сделаете Влада слабее, и уж тем более не убьёте его, — глядя в пол и слабо улыбаясь, подала голос Илария.
Внимание монархов перешло от великовозрастных детей, не способных мирно решить проблемы, на девочку. Даже Маликит с Грейтом перестали спорить и перевели взгляды на пленницу.
— Почему ты так считаешь? — разогнав "детей" по разные углы, дракон сел перед Иларией.
— Он не любит меня, — просто ответила, вогнав всех в замешательство.
Простой ответ, менявший всё на корню. Ведь это было главным условием их плана, а без него всё бесполезно.
Короли были озадачены, а вот Илария наоборот рада. Если раньше отсутствие романтических чувств к ней расстраивало нимфу, то сейчас она была безмерно рада, что Влад не любил её. И когда присутствующие совершат задуманное, то её смерть никак не затронет его. Возможно расстроит, так как между ними только начали складываться отношения. Не любовные. С его стороны до любви там было ещё далеко, но так даже лучше. По крайне мере, хотя бы он
