Глава IV
ДЕЛА БЛАГОТВОРИТЕЛЬНЫЕ
«Parce, Domine, parce populo tuo…» — неслось надрывно с кафедры собора. «Parce, Domine… Parce, Domine» — вторило звонкое эхо, разбиваясь о ледяной камень статуй скорбящих святых, и повисало под высокими сводами. «Смилуйся над народом твоим…» — потупив глаза и выражая всем своим видом смирение, подпевали собравшиеся. Их было человек триста. Все — в черных сутанах с белыми воротниками и манжетами, все — мужчины довольно почтенного возраста. У каждого на левой стороне сутаны был нашит белый полотняный крест, похожий на восьмиконечную звезду.
В первую минуту возникало полное впечатление, что вы попали на съемку какого-то средневекового фильма, что вот-вот погаснут юпитеры, отключится микрофон, и довольный режиссер устало произнесет: «Спасибо, на сегодня съемка закончена». Вместо этого с амвона донеслось громкое: «It messa est» («Идите, месса кончена»), и участники действа в полнейшей тишине потянулись к выходу. Уже наверху (ибо служба происходила в подземной церкви), на воздухе, пронизанном солнцем и напоенном весенними запахами, они несколько оживились. Послышались приветствия и обычные в таких случаях разговоры о здоровье, о делах, о жизни.
Речь опять идет о Мальтийском ордене, о «Суверенном военном ордене рыцарей — госпитальеров св. Иоанна Иерусалимского, Родоса и Мальты». Потерявший свое островное государство, лишившийся владений в континентальной Европе, утративший покровительство могущественных лиц, длительное время определявших его судьбу, орден вновь воскрес из небытия.
Дело происходило в наши дни, в небольшом французском городке Лурд, примостившемся у подножия Пиренейской гряды. Каждый год в середине мая здесь собирается на торжественную мессу когорта «избранных», чьи экзотические костюмы — не что иное, как дань средневековым обычаям. Однако не следует думать, что руководит ими неудовлетворенная страсть к игре, заложенная в каждом человеке с детства. Отнюдь. Драпированные в черное солидные мужи претендуют на активную роль в делах современного мира, подвизаясь на самых различных поприщах: явных и тайных, стремясь доказать необходимость и незыблемость объединяющей их корпорации.
В 1834 г. после нескольких лет скитаний и мытарств он обосновался в непосредственной близости от Ватикана в Риме, на улице Кондотти в небольшом старинном особняке. Долгое время, однако, орден влачил весьма жалкое существование: «святому престолу» было явно не до злоключений поредевшей и утратившей значение братии — приходилось думать о собственном спасении.
В начале 30-х годов XIX в. Папская область была охвачена народными волнениями. Задавленное нуждой и политическим гнетом население под воздействием Июльской революции 1830 г. во Франции поднялось на борьбу против ненавистного клерикального режима. Папа Григорий XVI вынужден был обратиться за военной помощью к Австрии и Франции. Фактически с 1831 по 1848 г. его владения были оккупированы австрийцами. От воли Вены стала зависеть и судьба мальтийских рыцарей, которым удалось сохранить в неприкосновенности единственное приорство в Богемии, как именовалась в то время Чехия, захваченная Габсбургами.
Усилиями Григория XVI и австрийского канцлера Меттерниха ордену было возвращено великое приорство в Королевстве обеих Сицилий и вновь создано приорство в Ломбардо-Венецианской области, вошедшей в состав Австрийской империи. Забота, которой окружили рыцарей крайний реакционер Меттерних и римская курия, носила далеко не случайный характер. Страшась нараставшего протеста крестьянства, феодальная эксплуатация которого усугублялась уродливыми проявлениями зарождавшихся капиталистических отношений в деревне, и постепенно набиравшего силу рабочего движения, аристократическо-клерикальная реакция делала «смотр своим войскам» и не оставляла мысли использовать рыцарскую «гвардию» для собственных нужд.
Однако, несмотря на благоприятствовавшие обстоятельства, ордену не удалось до конца восстановить утраченные позиции. Более важные и грозные события революции 1848—1849 гг., мощной волной прокатившейся по Европе, отодвинули на десятый план мизерные невзгоды братства. Временно смирив свою гордыню, мальтийские рыцари решили сделать ставку на благотворительность, объявив, что главной целью ордена с первых дней его основания являлось христианское милосердие. Орден открыл целый ряд больниц в католических странах Европы и под флагом благотворительности начал проникновение в Латинскую Америку, Африку и Азию. Организация бесплатной или дешевой медицинской помощи снискала ордену добрую славу и облегчила задачу, поставленную перед ним: внедриться в рабочую среду и в те страны, которые стали объектом колониальных захватов.
Тем не менее еще свыше полувека корпорация мальтийских рыцарей пребывала в стратегических планах Ватикана «на периферии». О ней вспомнили лишь в последние десятилетия прошлого века, когда на повестку дня вплотную встал вопрос о борьбе с рабочим движением.
В те годы одним из орудий реакции в попытке сохранить влияние на массы стал и Мальтийский орден, о котором еще тогда сложилось мнение, что «в реакционные периоды (он) как бы оживает и владения его расширяются; наоборот, для него неблагоприятны эпохи народных движений». 28 марта 1871 г. папа Пий IX, стремясь упрочить реноме ордена в новой, объединенной Италии, возродил титул великого магистра, которого орден лишился по смерти Павла I. А в 1889 г. между орденом и военным министром Италии была заключена конвенция, утвердившая де-юре суверенитет рыцарской организации, претендовавшей даже на территориальную (!) самостоятельность.
Свой независимый статус братству удалось сохранить и в годы фашизма. 28 ноября 1929 г. вслед за папой Пием XI, рьяным антисоветчиком и антикоммунистом, великий магистр и представитель режима Муссолини подписали Законодательный акт № 1029, урегулировавший отношения ордена с фашистскими властями. После войны в 1960 г. правительство Итальянской Республики и Мальтийский орден оформили соглашение, окончательно определившее их взаимные права и обязанности. Профессор Миланского университета Франческо Гаццони, исследовавший юридический статус ордена, отмечает, что, согласно последнему документу, корпорация мальтийских рыцарей пользуется полной автономией и может иметь свою резиденцию на территории Италии, пользоваться правом экстерриториальности, как любая другая дипломатическая миссия, поддерживать собственные дипломатические отношения, выдавать паспорта и вручать свои награды.
Обосновавшись еще в 1834 г. в особняке на виа Кондотти, 68 (в настоящее время помимо этого особняка ордену принадлежит также вилла на Авентинском холме там же в Риме), орден поднял над ним свой штандарт, который и сегодня развевается во дворе этого дома-государства. Обычно, когда говорят о самых маленьких странах мира, называют таких карликов, как Лихтенштейн и Сан-Марино, Монако и Андорра, Гибралтар и Ватикан. Но ни один научный источник или красочный путеводитель не упоминает о скромной резиденции в центре Рима, неподалеку от площади Испании. А между тем старинное палаццо с небольшой площадкой перед ним, где разноцветные каменные плиты образуют узор из мальтийского креста, по сути, является самым крошечным историческим анахронизмом, шагнувшим из феодально-лоскутной Европы в наши дни.
На фасаде здания в обрамлении лавровых ветвей — все тот же восьмиконечный крест. Он украшает и бронзовую доску, уведомляющую о том, кто является истинным владельцем здания и окружающей его территории. Благородная, чуть потемневшая от времени бронза резко контрастирует с ультрасовременными дорогими автомобилями, выстроившимися в ряд под окнами.
Здесь, на Кондотти, 68 помещаются резиденция великого магистра и правительство ордена, а также другие его центральные органы. Во главе ордена по-прежнему стоит великий магистр, избираемый пожизненно Большим государственным советом, который, в свою очередь, выбирается генеральным капитулом сроком на пять лет. В настоящее время великим магистром, 78-м по счету, является фра Эндрю Бэрти, избранный в апреле 1988 г. В Большой государственный совет входят великий командор, великий канцлер, госпитальер, хранитель общей казны (казначей), четыре советника, два заместителя советников и, конечно же, великий магистр, который выполняет роль главы государства. Ему подчиняются также юридический совет, палата финансов и специальные трибуналы.
Суверенный Мальтийский рыцарский орден состоит ныне из пяти приорств, трех субприорств и 35 «национальных ассоциаций», пришедших на смену бывшим языкам. О том, что корпорация рыцарей пользуется на Западе поддержкой определенных слоев, свидетельствуют хотя бы такие данные: еще в начале 70-х годов нашего столетия [10] братство владело всего одним субприорством (число приорств оставалось неизменным) и насчитывало 28 национальных ассоциаций. Соответственно с тех пор увеличилось и количество членов ордена с 8 тыс. в 1971 г. до 10 тыс. ныне. В ордене представлены Европа, Америка, Австралия и Африка (в лице одного африканца).
