Смысла в раскладке комбинации фигурок на столе Марисабель пока не видела ни малейшего, однако, соглашалась что, если она чего-то не понимает, то это еще не означает, что оно бесполезно. Вероятно, фигурки нужны… ну, например, э… Приглядываясь к одной из фигурок, в которой ей почудилось небольшое отличие от всех остальных, она пропустила момент, когда те начали оживать.
Краем глаза уловила рядом шевеление, повернула голову, но вошканье обозначилось уже в другом месте. Правда, потом уже все фигурки завозились, заелозили. Одни стали переползать с места на место, другие, не такие решительные, дрожать и переминаться, одна или две заметно покачнулись. И почти все тихонько заскрипели, зашуршали и стали издавать другие, похожие и довольно противные звуки. Марисабель отпрянула от фишек, бросила на мага быстрый укоризненный взгляд. Надо бы попросить, что бы предупреждал заранее — что, где, и почему сейчас произойдет — обидно ведь будет подхватить условный рефлекс и шарахаться потом всю жизнь от каждой тряпки.
— План сражения, — объяснил д'Аранж, происходящее на столе. — Каждому из участников соответствует фишка, показывающая его месторасположение и общее состояние.
"Интересно", — подумала Марисабель. — "И весьма, может быть, полезно. А что если?.."
Завершить мысль она не успела. Волшебник повел руками в стороны, и портьеры вокруг них с мягким шелестом осели, позволяя увидеть примерно с десяток больших зеркал, широким полукругом обступающих стол командующего.
— Это поможет нам контролировать наших воинов, а заодно и следить за врагами, — сказал маг, поочередно тыкая пальцем в каждое из зеркал. — Технология та же, что и кристалл из ошейника вашего преследователя, однако, класс исполнения, скажу прямо, намного выше.
Зеркала, после того как в них упирался указующий перст чародея, начинали наливаться внутренним светом и, спустя некоторое время, превращались в матово люминесцирующие прямоугольники, оправленные в рамы темной бронзы. Одновременно со светом, появляющимся в зеркалах, одна из фигурок на столе расположившихся поодиночке и изображающих деревья получала бусину света, тихо воспарявшую над миниатюрным игрушечным растением.
"Наблюдательные пункты", — подумала девушка. — "Так вот как он меня нашел".
Марисабель, если вы помните, ошиблась, хотя и не существенно. Похожая, стационарная система наблюдения за Парком действительно была установлена и во дворце д'Аранжа, так что, в принципе, любого нарушителя можно было обнаружить, даже не выходя за порог.
— Вот оно, — начинается!
Маг выкрикнул что-то еще, и на экранах-зеркалах появилось изображение. В основном лес с незначительными вариациями, лишь на одном примечательный вид на мостик через ручей. Гораздо более удивительным было то, что изображения, все как один вдруг дернулись, словно от толчка и, зашатавшись, начали перемещаться. Складывалось впечатление, будто деревья, на которых волшебник закрепил передающие кристаллы, вырылись с насиженных мест и со скоростью хорошего пешехода куда-то направились.
— Это персональный обзор юнита, — объяснил волшебник. — Думаю, что сейчас ничего интересного мы там не увидим. Но у нас ведь есть и общий вид поля боя, не так ли?
Только после этих слов девушка поняла, что битва с захватчиками уже идет полным ходом. "Со скоростью хорошего пешехода", в прямом смысле этих слов. Костяные деревья на столе неторопливо сжимали кольцо вокруг лагеря сорганазельцев, надвигаясь на них с неотвратимой неспешностью разгневанной стихии.
"Вероятно, это и есть солдаты д'Аранжа, призванные противостоять армии вторжения", — догадалась Марисабель.
— Это деревья идут? — уточнила она на всякий случай.
— Что? А, нет, не деревья. Это энты, эльфийский спецназ… — д'Аранж сделал паузу, словно ждал какой-то реакции от собеседницы, однако той упоминание эльфийского спецназа ничего не говорило и маг продолжил. — В этом измерении их больше знают как хвощи.
Марисабель подумала, как же ей повезло не наткнуться невзначай на неведомого хвоща. По изображению на экране видно, что росту в них метра по три. И, то, что волшебник, посылая всего десяток хвощей против более чем сотни опытных воинов и колдуна в придачу, уверен в собственной победе, говорит о том, что в драке они, ой как хороши.
— Хвощи? — Марисабель решила на всякий случай узнать про "своих собственных" солдат хоть что-то. — А как они выглядят?
— Да как деревья и выглядят, — беспечно отозвался маг. Изобразил пальцами шагающего человечка. — Только иногда ходят.
И, заметив обескураженный взгляд девушки, поспешил добавить.
— Ну, это как оборотни у людей, на вид все то же самое, а внутри… пережитки вариантов генетического развития, так сказать. Аномалии природы.
— А они очень опасны? — поинтересовалась Марисабель, пытаясь представить себе дерево-оборотня, воющего на луну. — Эти самые аномалии?
— Что вы, — рассмеялся волшебник. — Без постороннего вмешательства могут сто лет простоять, как обычная елка или береза, пока не сгниют. Человек, живущий рядом, может так и не узнает никогда мимо чего каждый день в огород ходит.[13]
— Надо же, — покачала головой Марисабель. — Надеюсь, что они не часто встречаются?
— Достаточно редки, — обнадежил девушку д'Аранж. — Вероятность, что это произойдет лично с вами, ничтожна.
Марисабель кивнула, принимая новую информацию, и переключилась снова на карту. За познавательным разговором от ее внимания не ускользнуло, что расстояние между лагерем врага и редкой цепью «аномалий», стягивающих вокруг лагеря петлю, уже уполовинилось, а значит, до стычки оставалось всего ничего. Напряжение нарастало.
— Вот это, — маг показал на уже подмеченную Марисабель группу из пяти тесно стоящих фишек, — их колдун с ассистентами. Пытается определить обстановку. Может быть, еще успеет, хотя это уже едва ли… помехи я поставил хорошие, качественные. Штучная работа, знаете ли, такую на общем рынке не найдешь. Впрочем, если они и пробьют завесу, толку от этого будет немного. Слишком поздно, пожалуй. О, сейчас уже, вот… вот оно.
Расстояние между фишками-людьми и некоторыми из фишек хвощей сошло на нет и волшебник отвернулся к экранам, где как раз произошел первый визуальный контакт с противником…
Какой-то боец с выпученными глазами дергался в тщетных попытках выбраться из сторожевой засидки между деревьями. За его ремень зацепился и держал торчащий изогнутый корень. В принципе, всего то и делов, сдать чуток назад, и выпутаться из коварной деревяшки, но у солдата, очевидно, никогда ранее "древесных аномалий" не видевшего, наступил полный паралич сообразительности. Его напарник наоборот, показал несомненную резвость и ума и ног. Мгновенно оценив соотношение сил и решив, что двое на одного не честно (вот соотношение один к десяти, еще куда ни шло), он на едином духу пробил стену из колючего кустарника и, бросив мешающие ему щит с луком и коротким копьем, исчез в зарослях. Не то к своим пробился, не то сгинул в дебрях в неизвестном направлении.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
