Читаем без скачивания Миражи в городе любви (сборник) - Инна Криксунова

– Ты понимаешь, – продолжала Марина, – если бы у нас были дети, тогда было бы совсем другое дело. Но детей-то у нас нет. У меня в предыдущем браке тоже их не было. Что-то не получается, – слегка изменившись в лице, добавила она. Видно было, что тему детей она развивать дальше не желает.

Женщины взяли себе еще по чашечке кофе. Какое-то время они молчали, целиком сосредоточившись на кофе и пирожных.

– Думаешь, мне приятно тебе все это рассказывать? – спросила Марина, когда с пирожными было покончено. – Но ты, Ритуля, для меня в Москве единственная отдушина. Поговорить-то больше не с кем, ведь я ж еще почти никого не знаю. Мои подруги все в Питере, а по телефону много ли расскажешь? Нереально.

– Не переживай! – легонько толкнула Марину в бок подруга. – Извини, но ты, моя милая, с жиру бесишься. Тебе ведь о куске хлеба думать не приходится, не то, что мне. У тебя, если посмотреть, вообще все о-кей. Есть муж, причем, с шикарной квартирой, да еще и с денежкой! – и она, завистливо блестя глазами, покачала головой. – Мне бы так!

– Не завидуй. Нечему, – Марина горько улыбнулась.

– Слушай, а как он вообще-то в этом деле, а? – снова, слегка подтолкнув подругу в бок локтем, спросила Рита. – Ничего?

– Да тут-то все в порядке, – усмехнулась Марина. – Даже чересчур. Помнишь, как говорилось в фильме «Интердевочка»: «Затрахали, замучили, как Пол Пот Кампу́чию».

– Ну, ты даешь! – расхохоталась Рита. – Мне бы в постели такого Пол Пота! – покатывалась от смеха она.

– Тебе смешно, а у меня уже сил никаких нет. Почти каждую ночь супружеские обязанности выполнять приходится, – шутливо вздохнув, заметила Марина. – Если кому рассказать, никто не поверит.

– Ха-ха-ха! – от смеха у Риты на глазах даже появились слезы, и она кончиками пальцев осторожно вытирала их, опасаясь, как бы не потекла тушь. – Ладно, хватит жаловаться, подруга, – успокоившись, резюмировала разговор она. – Ты, главное, не спеши. Не гони картину! – она хитро подмигнула Марине. – Зацепилась в Москве, живешь здесь в шикарной квартире, что еще надо! А нового мужа, помоложе, мы тебе найдем. С подходящей ментальностью! – снова рассмеялась она.

Женщины встали. Затем они вышли из кафе. Марина накинула на голову капюшон своей расклешенной, длиною до колен, каракулевой шубки шоколадного цвета. Держа друг друга под руку и продолжая разговор, женщины прошли немного вниз по улице, до оживленного угла. Дальше им нужно было идти в разных направлениях. Сказав: «Ну, пока, до завтра!», они чмокнули друг друга в щеку и, помахав рукой, разошлись.

Марина, тихонько напевая, вышла из лифта и подошла к двери квартиры. Настроение у нее было отличное. Сегодня у шефа был день рождения, и после работы он пригласил весь их небольшой, состоящий всего из восьми человек коллектив в кафе рядом с их работой. Члены коллектива, кстати, тоже загодя готовились поздравить своего начальника. Скинувшись, как это водится, они купили ему дорогой подарочный набор виски. Этот эффектно оформленный комплект включал в себя фляжку, а также стилизованную под керамический графинчик бутылку. Обе емкости были, само собой, наполнены крепким напитком. Подарок, разумеется, был дополнен нарядным букетом цветов.

Марина открыла ключом дверь, вошла в прихожую, бросила сумку на тумбочку и стала раздеваться, снимать сапожки.

– Юра, привет! – позвала она. – Ты дома?

Из кухни вышел муж. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего.

– Ты знаешь, сколько сейчас времени? – без тени улыбки спросил он.

– Конечно, знаю, – ответила Марина. – Всего четверть десятого! И потом, ты же прекрасно знаешь, где я была. Мы шефа чествовали, я же тебе говорила. Посидели в кафе два с половиной часа. Пока меня до дома довезли, то да се, – пыталась оправдываться она.

– Кто это тебя до дома довез?

– Да, господи, Леонид Игнатьевич, заместитель шефа! Он живет не очень далеко отсюда, вот и предложил довезти. Он еще и Алену по дороге подбросил. Мы втроем ехали.

– От тебя, между прочим, спиртным несет, – с недовольным выражением лица продолжал Юрий Борисович.

– Юра, побойся бога! Естественно, мы ведь пили шампанское, как же без этого? День рождения отмечали все-таки, – объясняла Марина.

Она, действительно, чувствовала, что шампанское до сих пор еще не выветрилось из нее. Видимо, именно поэтому настроение и было таким радужным, приподнятым. И вот теперь муж, судя по всему, собирается его испортить.

Юрий Борисович явно не желал удовлетворяться ответами жены. Видимо, он был намерен высказать все, что накипело.

– До каких пор это будет продолжаться? – раздраженным, сердитым тоном спросил он Марину. – Я вижу, что ты вовсе не торопишься ехать домой после работы. Чуть ли не каждый день придумываешь какие-то причины, чтобы задержаться в центре или не знаю, где там еще. – Он бросил на нее колючий взгляд. – Вот и сейчас вся сияешь, как блин, смазанный маслом, – зло усмехнулся он.

– А тебя что, раздражает, что у жены хорошее настроение?

– Не говори глупостей! Разве об этом речь? – спросил он саркастическим тоном. – Я не для того женился, чтобы по вечерам находиться дома одному.

– А для чего ты женился, интересно знать? – подхватила его иронический тон Марина.

– Для того чтобы у меня появился близкий, родной человек, с которым я бы вместе проводил время, благодаря которому я бы не чувствовал себя одиноким. Который бы, так же, как и я, стремился домой, к семейному очагу. – Он помолчал. – А-а, что там говорить, разве ты поймешь? – процедил он.

– Да брось ты, Юра! – в свою очередь ответила жена. – Я тебе не для этого нужна!

– А для чего же??

– Чтобы меня день и ночь трахать, вот зачем!! – уже зло выкрикнула она. – Я тебе уже сто раз говорила: седина в голову, бес в ребро, это именно про тебя сказано!

– С чего это ты взяла? – ошарашенно спросил Юрий Борисович. Он явно не ожидал такого поворота разговора.

– С того! Похоже, что тебя интересует только мое тело, а что у меня в душе творится, это тебя совершенно не волнует! Ты хочешь иметь рядом с собой молодую женщину, чтобы наслаждаться ею, ее обществом. В личное пользование, так сказать! – Марину уже понесло, она тоже жаждала высказать все, что накипело за эти месяцы. – Ты думаешь, я всю жизнь мечтала сидеть здесь, как в клетке, никуда не вылезая? Ты что, хотел, чтобы я была только мужней женой, да? Домохозяйкой?

Юрий Борисович молчал. Он с удивлением прислушивался к словам жены, к ее раздраженному, сердитому тону. Раньше она никогда так с ним не разговаривала.

– Юра, пойми, когда ты требуешь, чтобы я все время была при тебе, когда ты не даешь мне ни шагу ступить, когда ты злишься, если я где-нибудь задерживаюсь, то я чувствую себя, как птица в клетке. А ведь я тоже человек! – выкрикивала Марина. – Мне хочется находиться среди людей, бывать в интересных местах, чувствовать пульс жизни. Я ведь еще молодая, Юра, неужели ты этого не понимаешь?

Юрий Борисович стоял, опустив голову и задумавшись. Нельзя сказать, что все это было для него полной неожиданностью. Конечно, в глубине души он понимал причину разногласий, постепенно нарастающих между ним и его молодой супругой. Но он не думал, что жена, судя по всему, уже давно и четко все для себя сформулировала.

– А ты что, разве не знала о нашей разнице в возрасте, когда выходила за меня замуж? – продолжал нападать на нее муж. – Выходит, в тот момент тебя это не волновало, да? Понятно, почему!

– То есть, как это? Что ты имеешь в виду? – удивленно спросила Марина.

– А то, что, тебя, как теперь выясняется, интересовал не я, а лишь эта квартира, – он выразительно обвел рукой все вокруг, – плюс машина, дача и все остальное. Выходит, после твоей питерской семейной коммуналки захотелось пожить в хороших условиях, да? – зло сверкнув глазами, процедил он.

Марина стояла молча, с округлившимися от недоумения и одновременно испуга глазами. Так сильно они еще никогда не ссорились. То есть, между ними бывали, конечно, мелкие размолвки из-за какой-нибудь ерунды, вполне естественные для каждой супружеской пары, но такого не было никогда.

Самое ужасное заключалось в том, что все, о чем они сейчас в пылу ссоры говорили, точнее, выкрикивали друг другу, было правдой. Пусть не столь резкой и грубой, а более завуалированной и психологически вполне объяснимой с точки зрения каждого из них, но, тем не менее, правдой.

– Между прочим, меня предупреждали, – запальчиво продолжал Юрий Борисович, – а я, старый дурак, не послушался. Мне еще до нашей свадьбы говорили, что, мол, ей, то есть, тебе, нужна только квартира и все прочее, а тебя она, дескать, не любит.

– Это кто еще тебя предупреждал? – возмущенно спросила Марина.

– Да все, – он запнулся, ему не хотелось переходить на личности. – Родственники, неважно кто. – Он замолчал, как будто что-то вспоминая. – Кстати, даже в ЗАГСе, когда мы документы подавали, инспекторша доверительно меня спросила, когда ты отошла к зеркалу: мол, не боитесь ли, что невеста, желая вступить в брак при такой разнице в возрасте, руководствуется посторонними соображениями? Я тогда уже почти готов был сказать ей пару ласковых слов, но сдержался, не хотел портить себе настроение. А надо было мне, старому дураку, прислушаться к опытному человеку.