Сражаясь под Клухором, мы знали об этих боях. Наши товарищи на Марухе так же, как и мы, преградили путь врагу к Чхалте и Сухуми.
Оборона Марухского перевала довольно подробно описана в книге В. Г. Гнеушева и А. Л. Попутько "Тайна Марухского ледника". Тем, кого интересует эта славная страница обороны Кавказа, советую прочитать названную книгу.
А вот что писал о тех событиях уже упоминавшийся мной генерал Р. Конрад:
"В это время, в период наших успешных, но, правда, несколько разрозненных действий на правом фланге (на перевале Марух и в районе Большой Лабы. - А. Г.), противник всеми своими силами обрушился на части 1-й горнопехотной дивизии, находившейся в долине реки Клыч. В действиях этих частей он видел самую непосредственную угрозу Сухуми.
Между тем полковник Кресс (он сменил полковника фон Штеттнера. - А. Г.) с нетерпением ждал 23, 24, 25 и 26 августа в долине реки Клыч атаки 2-го батальона 98-го горнопехотного полка (точнее, действий отряда в 300 человек, сформированного из состава этого батальона и направленного в тыл советских войск. - А. Г.) в тыл превосходящих сил противника, преграждавших нашим войскам путь вниз по долине. Но противник атаковал во фланг через восточные предгорья реки Клыч усиленный 3-й батальон 98-го горнопехотного полка (он оборонял перевал Клыч, который штурмовал наш отряд. - А. Г.).
Неразбериха боя была настолько велика, что в долине Гвандры дело дошло до совместной контратаки с фронта и фланга, когда наконец шум боя (на перевале. А. Г.) стал слышен в долине реки Клыч. Силы обеих сторон в этот момент были уже на пределе. Единственным средством, которое могло бы сыграть в данной обстановке решающую роль, являлась авиация, но ее не было. Обходный маневр не удался. Еще долгое время после 27 августа возвращались к своим после неисчислимых лишений до предела истощенные и измученные солдаты в одиночку или группами. Это были солдаты из роты 2-го батальона 98-го горнопехотного полка.
25 августа они контратаковали, но прорваться не смогли, затем были обойдены противником и вынуждены с нечеловеческим напряжением, неся тяжелые потери, вновь пробиваться в горы, откуда они начали свой путь (здесь правдиво описана судьба немецкого отряда, пытавшегося нанести удар нашим войскам с тыла -А. Г.).
Нас начала беспокоить растущая активность противника, который укрепил свою оборону и начал действовать не на отдельных направлениях, а на широком фронте от Марухского перевала на западе и на востоке до перевалов в районе Эльбруса и высоты в 4500 метров".
Командир дивизии полковник П. И. Белехов предложил мне сохранить отряд альпинистов, как его теперь называли. В зависимости от характера боевого задания численность отряда могла увеличиваться. С основным составом мне надлежало проводить в свободное время занятия по горной подготовке. В отряд отобрали тех, кто участвовал в боях за перевал Клыч. Лейтенант Хатенов тоже был включен в состав отряда, хотя его, как опытного боевого командира, сперва не хотели отпускать из кавалерийского полка. Меня обрадовал перевод Хатенова, так как я уже успел подружиться с этим уравновешенным и смелым человеком.
Два дня отряд альпинистов отдыхал и экипировался трофейным горным снаряжением. Затем мы приступили к занятиям, готовясь к новым боям. Но, как и следовало ожидать, систематических тренировок не получилось. Уже на третий день мы отправились на выполнение нового боевого задания.
Перевал Нахар
121-й горнострелковый полк поднимался по ущелью и вел бои с немецким арьергардом, который стремился задержать наше наступление, чтобы дать возможность своим основным силам укрепиться на самом выгодном рубеже. В качестве такового фашистское командование выбрало теснину, образованную в верховьях ущелья реки Клыч крутыми склонами хребта Клыч невдалеке от его соединения с Главным Кавказским хребтом (у перевала Нахар) и скалистым боковым хребтом, идущим от горы Хакель на юг. За тесниной находилось широкое, с пологим дном, открытое ущелье. Здесь река разделялась на большое количество проток и довольно спокойно несла свои воды к теснине. Дорога из долины серпантином поднималась на склон Главного Кавказского хребта, а затем уходила к Клухорскому перевалу.
Чуть выше теснины, через которую по узкому, пробитому в скалах выступу шла Военно-Сухумская дорога, тропа вела на перевал Нахар, и южные скаты Нахарского перевала как бы нависли над тесниной. За тесниной, над всем участком дороги до перевала Клухор, господствовали склоны Главного Кавказского хребта, занятые егерями. Наступать, имея постоянную угрозу сверху, было здесь чрезвычайно трудно. Выбранный противником рубеж для обороны подступов к перевалу оказался исключительно выгодным.
121-й горнострелковый полк с боем подошел вплотную к теснине, но был остановлен плотным огнем. Стало очевидным, что с ходу теснину не взять без крупных потерь. А для успеха дальнейшего продвижения за тесниной надо было сначала выбить гитлеровцев с перевала Нахар. Но пока наступать на него предстояло не по тропе, а в обход теснины справа по крутым склонам.
В роте, которой предстояло наступать на перевал Нахар, оказалось много моих знакомых по сборам в селении Кеды. Был среди них и политрук роты старший лейтенант А. П. Еремута - веселый, обаятельный человек, которого очень любили бойцы.
Выделенная рота успешно повела наступление на перевал. Ей удалось подойти вплотную к нему, но дальнейшему развитию событий помешала непогода. Бойцы вынуждены были заночевать под перевалом, Начавшийся еще вечером дождь сменился снегопадом. Резко упала температура. Мороз достиг 10 градусов. К утру в роте оказались обмороженные. В их число - и политрук Еремута{10}. Наступление пришлось прекратить, Пострадавших эвакуировали вниз. Оставшаяся часть роты получила подкрепление и теплое обмундирование. Только после этого началась подготовка к новому наступлению.
Перевал Нахар надо было взять во что бы то ни стало. Но фашисты успели основательно укрепить его. Вряд ли могла теперь принести успех атака в лоб. Полковник Белехов вызвал меня, расспросил о возможности захода в тыл Нахара для содействия нашим подразделениям, наступавшим с юга.
Обойти вражеские частя можно было через ущелье реки Гвандра и перевал Гандарай, а затем - из ущелья того же наименования через боковой хребет в ущелье реки Нахар. Но перевал Гандарай, конечно, обороняли немцы. Следовательно, непосредственно в тыл Нахара надо было идти только через Главный Кавказский хребет в месте ответвления от него хребта Клыч. Можно было попытаться пройти от этого участка к перевалу Нахар и по самому хребту. Дорога к началу подъема на хребет лежала по уже знакомому нам ущелью Гвандры до самых его верховий. Пройти через хребет ночью было трудно, а днем с перевала Гандарай нас легко могли обнаружить гитлеровцы. Это обстоятельство серьезно осложняло выполнение задачи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
