Читаем без скачивания Ритианский террор - Дэймон Найт

- Вы догадывались, - сказал он ломким голосом, - что я спрошу полковника Леклерка, о чем вы с ним беседовали?

Пембан кивнул.

- Я подумал о том, что вы это сделаете. Я решил, что это немножко подготовит вас, может быть. Это не легко принять.

- Что вы тянете? - взял себя в руки Спенглер. - Говорите мне все.

- Pet - это звук, который используется во многих языках. В земном французском языке позднего периода он имеет неприличное значение. Но на языке твелез, производном от французского, он означает "сокровище", а соответственно "Pet магазин" - это то, что вы называете ювелирным магазином.

- Затем есть язык ка-рин, язык торговли в системе Горен, и некоторые другие языки. На языке ка-рин "pet" обозначает "хохол". Что касается "книжного магазина" (book store), то "book" означает "машина" на йезуесском языке, "ковер" на языке эльда, "игрушка" - на языке балуат, а слово "bukstor" означает "общественный писсуар" на языке перроччи. Но это обзор только тех некоторых языков, которые я знаю. По-видимому, существует еще сотня других, которых я не знаю.

Наверное, рити договорились раньше, до приезда сюда, какой язык или диалект они будут использовать. И это как раз то, что может очень позабавить их... Извините меня. Я говорил вам, что они любят каламбуры, господин уполномоченный... И вы знаете, что Земля - это единственная планета людей, где язык не развивался последние четыреста лет...

Теперь Спенглер понял, почему лицо Пембана было таким серым: не потому, что Спенглер победил его в сражении двух воль, а потому что Империи был нанесен смертельный удар.

Ночь после ночи, глубина после бесконечной глубины, будущее без перспективы, связь без порядка: Вселенная без Империи.

Свеча, которая, как они считали, будет гореть всегда, теперь потушена и дымится в темноте.

Глубокая дрожь охватила все тело Спенглера. Ослепленный, он забрался в капсулу и закрыл ее за собой.

Прошло много времени, прежде чем он наконец открыл глаза и увидел два размытых лица, склонившихся над ним. Свет резал ему глаза. Он мигал до тех пор, пока не начал четко различать лица: одно лицо было лицом Пембана, второе - Джоанны.

- Как долго он находился здесь? - услышал он голос Пембана.

- Я не знаю. Наверное, что-то не так с машиной. На шкалах ничего не зарегистрировано. - Это был голос Джоанны, но он звучал так, как не звучал никогда. - Если не работает возврат...

- Лучше позвать доктора.

- Да. - Голова Джоанны повернулась и пропала.

- Подождите, - слабо произнес Спенглер. Он пытался сесть.

Голова Джоанны появилась вновь и оба уставились на него так, как будто он был умерший, неожиданно вернувшийся к жизни. Спенглеру захотелось засмеяться.

- Безопасность, - произнес он, - безопасность выскользнула из-под меня. Это каламбур.

Джоанна была шокирована и отвернулась. Через какое-то мгновение Спенглер осознал, что она плачет. Он сильно затряс головой, пытаясь освободить ее, и начал выползать из капсулы. Пембан положил ладонь ему на руку.

- Вы слышите меня, Торн? - спросил он обеспокоенно. - Вы понимаете, что я говорю?

- Со мной все в порядке, - сказал Спенглер, вставая. - Джоанна, что с тобой?

Она обернулась.

- Ты не...

- Со мной все в порядке. Я устал и я забрался сюда, чтобы отдохнуть. Я полежал здесь, обдумывая все, часок-другой. А затем я, наверное, заснул.

Она сделала шаг вперед и крепко обняла его, ее щека прижималась к его горлу, ее руки крепко сжимали его. Ее тело дрожало.

- Вы отсутствовали шесть часов, - сказал Пембан, - я нашел имя мисс Плантер в вашем списке для непредвиденных случаев и с тех пор мы разыскивали вас везде. Я не должен был делать опрометчивых заключений, я полагаю. - Он собрался уходить.

- Подождите, - сказал Спенглер. Он чувствовал себя слабым, но голова его была ясной и он был уверен в себе. - Пожалуйста, я должен вам кое-что сказать.

Джоанна резко оторвалась от него и начала искать носовой платок. Спенглер достал свой из кармана и передал ей.

- Спасибо, - сказала она слабым голосом, и села на скамью.

- Это будет и для тебя, Джоанна, - сказал Спенглер спокойно. - По крайней мере часть из того, что я скажу. - Он повернулся к Пембану.

- Вы ошиблись, - сказал он.

На лице Пембана медленно стало появляться выражение покорности.

- В чем?

- Вы сказали мне на допросе, что единственной причиной, заставлявшей вас сотрудничать с Империей и бороться с ее противниками, было то, что Империя пока еще необходима Внешним мирам, потому что если бы она развалилась слишком скоро, то Внешние миры были бы недостаточно сильны, чтоб выстоять самостоятельно.

- Если вы так утверждаете, значит так оно и было, господин уполномоченный.

- Но вы это говорили. Разве сейчас вы отрицаете это?

- Нет.

- Вы ошиблись. Вы оправдывали вашу позицию тем, что Внешние миры должны будут сверхспециализироваться так же, как и Империя, чтобы отделиться от нее... что лечение будет хуже самой болезни. Вы посвятили свою жизнь работе, которая не нравилась вам, каждая минута ее не была вам по вкусу. - Он глубоко вздохнул. - Я не могу понять, почему вы так думали, разве что вы исходили из двух заключений, которые мог бы опровергнуть мальчик двадцать первого столетия, - что подобные дела естественно порождают подобные результаты и что цель оправдывает средства.

Выражение скуки на лице Пембана изменилось. Сначала на нем отразилось удивление, затем шок, затем скептическое подозрение. Теперь он смотрел на Спенглера так, как будто никогда его не видел раньше.

- Продолжайте, - сказал он мягко.

- Вместо того, чтобы оставаться на Менхевене, которому вы принадлежите душой и сердцем, вы, не покладая рук, трудитесь на Империю, стараясь удержать от распада структуры, которым только нужен один удар под пятую точку, чтобы они рассыпались в пух и прах... Вы заблуждались так же, как и я. Мы оба впустую потратили жизнь.

- Теперь смотрите, что случилось. Земля кончена, как главная сила. С этой минуты Империя мертва. По всей видимости, ей уже не вонять в следующем столетии. Внешние миры действительно остались одни. Если подобные меры приводят к подобным концам, то так все и будет, нравится вам это или нет, но история никогда не повторяется сама, мистер Пембан.

- Джой, - произнес маленький человечек.

- Джой. Между прочим, я знаю, что вы не любите извинений...

- Вам не за что передо мной извиняться, - ответил Пембан.

Они улыбнулись друг другу в замешательстве, как люди, которые внезапно обнаружили, что нравятся друг другу. Спенглер протянул свою руку и Пембан пожал ее.

- Торн, что ты собираешься делать? - спросила Джоанна.

Он посмотрел на нее.

- Уйду завтра в отставку, постараюсь как можно быстрее получить визу и улечу куда-нибудь. Если я смогу найти место, где меня примут.