Читаем без скачивания Кот, который сигналил - Лилиан Браун

– Я провела чудесный уикенд! – прокричала она. – Я ходила на службу в Маленькую каменную церковь. И во время обеденного перерыва познакомилась с пастором. А регент сказала, что вполне может добавить в хор ещё один голос, и все были так приветливы. Потом мы с Виржинией отправились в Блэк-Крик, где я познакомилась с её стариками, и мы замечательно посидели за завтраком, плавно перешедшим в обед. Уверена, я здесь приживусь, шеф!

– Хорошо! – сказал Квиллер. – Устраивайтесь поудобнее, а я пока состряпаю экзотический напиток.

Пока он открывал банки с ананасовым и грейпфрутовым соком, Селия нашла на журнальном столике деревянный свисток и несколько раз в него свистнула.

– Это переносит меня в прошлое! – сказала она. – Когда я была маленькой и жила на ферме, то всё время слышала паровозные гудки. Они предупреждали о приближении поезда: все, у кого не было машины или грузовика, обычно ходили в соседний городок пешком по шпалам. – Она сделала глоток. – Боже! Как вкусно! Что вы туда намешали?

– Я никогда не открываю своих кулинарных секретов, – важно ответил Квиллер.

– Журналистам полиция заявляет, что расследование банковского скандала продолжается. До чего-нибудь уже докопались?

– Они идут своим путем, Селия, а мы – своим. Мы ищем ответы на вопросы, а не на неопровержимые факты, которыми располагает полиция. Именно поэтому любые клочки информации, которые вы получаете в Круглом доме, помогут решить эту головоломку.

– Шеф, меня тревожит одна вещь. Я чувствую себя виноватой, потому что в некотором роде… шпионю за Тиш и Флорри.

– Не стоит так думать. Вы даете им то, в чём они бесконечно нуждаются: дружбу, тепло и сочувствие, и в то же время помогаете предать преступника в руки правосудия. Просто помните, что вы не должны походить на следователя, пусть беседы напоминают обычную болтовню. Расскажите о вашем внуке и спросите Тиш о её бабушках и дедушках. Расскажите о своих братьях и поинтересуйтесь её братьями.

Тут Селия рассмеялась:

– Я никогда не попаду на небеса, шеф, наговорив вам столько лжи. У меня только сестры.

– Святой Петр согласится с тем, что цель оправдывает средства. Вы не должны забывать, Селия, и о том, что Тиш тоже может вас обманывать: может, она соучастница преступления.

– О господи! В это трудно поверить!

– Тем не менее будьте начеку. Было бы небезынтересно узнать, откуда у них деньги. Тиш не работает, все вклады Ссудного банка заморожены; её отец исчез. Содержать этот дом, вероятно, дорого, не говоря уже о стоимости лечения и услуг сиделки. Оставил ли Флойд деньги семье, перед тем как скрыться? Держал ли он сейф в доме? Если да, то там ли он хранил свои нажитые нечестным путём богатства? Или он прятал свои миллионы в чемодане под кроватью?

Селия громко рассмеялась:

– Теперь вы точно шутите, шеф. Как мне удастся такое узнать?

– Это просто вопросы, которые вы должны иметь в виду. Что Тиш думает о секретарше, которая скрылась вместе с Флойдом? Адвокат дал им совет не говорить об этом деле, но, если вам удастся вызвать её на разговор, узнайте, чем она занималась в ламбертаунской конторе. Подозревала ли она, что документы подделываются? Если да, то что удержало её от того, чтобы сообщить в полицию, – страх перед отцом? Может быть… Тиш сама и дала сигнал?.. Конечно, всё это требует длительного расследования.

– Ах, как это увлекательно! – с ликованием в голосе сказала Селия.

– Тогда давайте условимся о встрече завтра вечером.

– Не возражаете, если мы встретимся чуть позже обычного? Хор репетирует по понедельникам в семь вечера.

– Вовсе нет. Позвоните мне, когда вам будет удобно, – сказал Квиллер, провожая её до машины. – Как ведёт себя ваш мустанг?

– Великолепно! Он уже много наездил, и мне ужасно нравится цвет!

После отъезда красной машины Квиллер прошёлся по дому, чтобы собраться с мыслями, – он обошёл часто посещаемую библиотеку, редко используемую столовую, удобную гостиную и вернулся в библиотеку. Однажды, маясь бездельем, Дерек Катлбринк подсчитал, что двадцать восемь кругов равняются одной миле. Всякий раз, когда Квиллер начинал мерить шагами эту внутреннюю беговую дорожку, коты обязательно пристраивались за ним и маршировали задрав хвосты наподобие часовой стрелки, показывающей двенадцать.

Все трое кружили и кружили вокруг каминного куба, причём человек чувствовал себя Крысоловом без дудочки. На шестом круге ему на глаза попалась плетеная качалка против камина. По словам Элизабет Харт, если сесть в этот гротескный предмет мебели, то должны якобы родиться глубокие мысли. Именно глубины Квиллеру сейчас и не хватало. Он решил проверить теорию Элизабет.

Он осторожно скользнул в приветливые объятия кресла-качалки, не будучи абсолютно уверенным в том, что оно выдержит его вес. Так как ничто не предвещало нападения, он расслабился и стал расскачиваться, вначале медленно, а затем всё более энергично. Движение привлекло внимание Коко, который трижды обошёл кресло, а затем легко вспрыгнул Квиллеру на колени. Это было удивительно: Коко не любил сидеть на коленях.

– Ну-с, молодой человек, и что это должно означать? – спросил Квиллер.

– Йау! – ответил Коко и начал устраиваться возле локтя Квиллера. Юм-Юм, перед тем как улечься, иногда легонько толкалась, а вот Коко обустраивался с остервенением. Он не выпускал когтей – просто топтался по хозяину мощными лапами. Может, действовала мистика, которую таила в себе плетёная качалка?

– За кого ты себя принимаешь? – спросил Квиллер. – За землекопа О'Делла? За полковника Гоуталса? Это ведь не Панамский канал!

Коко на мгновение приостановился, а затем с удвоенной энергией возобновил работу. Игра уже не казалась Квиллеру забавной – ему становилось больно.

– Уф! Хватит! – запротестовал Квиллер. – Хоть удавитесь, но будьте на месте!

ДВЕНАДЦАТЬ

Квиллер начал неделю с того, что вымучил тысячу псевдосерьёзных слов об истории пляжных костюмов. Его вдохновил один холст, висевший в квартире Полли. На нём была изображена пляжная сцена рубежа веков – женщины в купальных костюмах с рукавами и в юбках до колен, шляпки и длинные чулки подобраны по цвету. Теперь же пляжи – длиной в девяносто миль, – окаймляющие Мускаунти, посещались летом отпускниками без чулок, шляп, рукавов и юбок, а иногда даже без всяких прикрытий. Квиллер озаглавил свою колонку так: «От зонтиков и перчаток… к последним моделям солнцезащитных тентов». Ему пришлось прилежно потрудиться, чтобы растянуть заметку на тысячу слов, и он не был особенно горд вышедшим изпод его пера. Заметку он отнёс Джуниору.

– Считай это заполнением пустого летнего пространства, – сказал Квиллер, бросив листы на стол редактора.

Быстро пробежав заметку глазами, Джуниор сказал:

– Это вполне актуально, но в «Пере Квилла» я видел и получше. Хочешь, мы напечатаем это без указания твоей фамилии и скажем, что ты в отпуске?

– Это не настолько плохо, – запротестовал Квиллер. – Есть какие-нибудь новости из Помойки?

– Ходят слухи, что в Техасе обнаружили секретаршу Флойда, но никто не желает это подтвердить.

– А что насчёт убийства в баре?

– Полиция отвечает весьма уклончиво, – стало быть или (а) они на пути к чему-то очень важному, или (б) не знают ничего и не хотят это признать. Что действительно странно, так это то, что компания энергоснабжения не может объяснить причину временного прекращения подачи электроэнергии. В масштабе округа это не могло быть частью плана одного убийства – или могло? Я начинаю соглашаться с любителями болтовни об НЛО. А у тебя есть какая-нибудь версия, Квилл? Обычно ты предлагаешь нечто невообразимое.

Квиллер пригладил усы.

– Если я поделюсь с тобой своей версией, ты упечешь меня в психушку, – сказал он.

Выйдя из кабинета главного редактора, Квиллер зашёл в финансовый отдел и оставил в почтовом ящике Роджера Мак-Гилливрея записку следующего содержания: «Пока собираешь всякие истории в Помойке, выясни, что произошло десять лет назад в таверне „У путей“. Твоё упоминание об этом разожгло интерес. Возможно, ты уже знаешь, что тогда случилось. Возможно, это настолько ужасно, что ты не решился вдаваться в подробности в газете, предназначенной для семейного чтения. Нашепчи это на ухо своему дяде Квиллу».

Направляясь к выходу, Квиллер проходил мимо офиса Хикси Райс. Вице-президентша по рекламе и пропаганде окликнула его:

– Квилл, мне ужасно понравилась твоя колонка о сладкой кукурузе в августе – и это о самом якобы кукурузном округе штата! Я отправила Вилфреду несколько дюжин початков. Мы рассылаем их в качестве поощрения лицам, дающим в газету объявления.

Квиллер вяло проворчал благодарности за комплимент.

– Не ради того, чтобы сменить тему, – сказал он, – но не был ли Флойд Тривильен твоим клиентом?