там все равно нельзя ничего купить.
– Зато можно посмотреть и даже почитать, – лукаво улыбнулся Георгий. – Это все переводчики, литературоведы, филологи, в общем, те, кто знает иностранные языки, а прочитать в оригинале не могут – взять негде. У нас же переводят и издают в основном американские, английские и немецкие книги, реже – французские. И очень выборочно, сам понимаешь. А специалистам интересно, как и о чем пишут другие писатели и в других странах. В этой очереди не только москвичи толкутся, народ со всего Союза приехал.
– Откуда ты все это знаешь? – восхитился Юра.
– Я же из ОБХСС, книжные спекулянты – моя стихия, – Телегин снова улыбнулся.
Он вообще часто улыбался. И был ужасно обаятельным.
Все, о чем предупреждал новый знакомый, оказалось правдой. Юра поразился тому, сколько людей стояли, подпирая стены и уткнувшись во взятые на стендах книги. Некоторые что-то выписывали в блокноты. Прохаживаясь между стендами, Губанов читал названия издательств: да, немецкоязычных было действительно очень много, чуть ли не под две сотни.
Его внимание привлекла девушка, стоявшая в углу с книгой большого формата в руках. Где-то он раньше видел это некрасивое скуластое лицо, которое еще больше портили очки. Да это же Вика, старшая сестра Олега, его одноклассника! Точно, это она.
Юра неторопливо подошел к ней.
– Привет! Помнишь меня?
Девушка оторвалась от книги, посмотрела недоуменно, потом в глазах блеснуло узнавание.
– Ой, Юрик, это ты, что ли? Губанов?
– Да вроде я.
– Надо же, какая встреча! Погоди, ты же, кажется, в Школу милиции хотел поступать, Олежка говорил…
– Ну да, и поступил, и отучился, и окончил.
– А зачем ты здесь?
Ему стало обидно. Если милиционер, так что – необразованный, не знающий иностранных языков, не интересующийся мировой литературой? Конечно, Вика права, с иностранными языками у Юры Губанова не ахти как здорово, английский в объеме обычной общеобразовательной школы, потом еще немного в «вышке». Подобный уровень владения языком, если по-честному, называется «никакой». Да и по части зарубежной литературы он не большой знаток. Но все равно неприятно.
– Я на службе, – сухо ответил он.
И тут же прикусил язык. Ну что он как маленький обиженный мальчик, ей-богу! Разве может сыщик, находясь «при исполнении», трубить направо и налево о том, кто он такой и зачем здесь находится!
– На каком языке читаешь? – спросил он, пытаясь спасти положение и переключить внимание Вики на другую тему.
– На индонезийском.
– На каком?!
– На языке, на котором разговаривают в Индонезии, – терпеливо повторила девушка. – Что непонятно?
Они разговорились, Вика рассказала, что училась в Институте стран Азии и Африки, сейчас занимается литературой стран Юго-Восточной Азии, а ее младший брат Олег, школьный товарищ Юры Губанова, в первый год после окончания школы провалил вступительные в Институт инженеров железнодорожного транспорта, но на следующий год все-таки поступил, успел проскочить до осеннего призыва, так что сейчас уже на четвертом курсе.
– Собирается жениться, представляешь? – В ее голосе зазвучало возмущение. – В двадцать один год!
– А что, тебе его невеста не нравится?
– Да нравится! Отличная девчонка, никаких вопросов.
– Тогда чем ты недовольна? Пусть женится, если отличная.
– Юра, ты что? – Глаза Вики сделались едва ли не больше стекол, вставленных в оправу. – Ему еще рано, двадцать один год – это практически ясельный возраст. И потом, я же старшая, я должна первой выйти замуж.
– Есть за кого? – поинтересовался Юрий. – Или ты рассуждаешь чисто теоретически?
Вика слегка надула тронутые красной помадой губы:
– Нахал!
Потом весело рассмеялась:
– Конечно, есть. Но мы запланировали жениться следующим летом. А мой братик хочет сыграть свадьбу немедленно, прямо приспичило ему.
Жених Вики учился в консерватории на дирижерском факультете, на отделении оперно-симфонического дирижирования.
– Где ж ты такого ухажера оторвала? – удивился Юра. – Вы ведь вращаетесь в совершенно разных кругах.
– А на улице, – Вика беззаботно пожала плечами. – «Конса» находится на Герцена, а ИСАА, где я училась, – там недалеко, за углом, на проспекте Маркса. Мы и познакомились на остановке пятого троллейбуса, оба его ждали. Я была на третьем курсе уже, а он только-только поступил.
– Так он что, младше тебя?
– Старше. Он же после армии поступал. Как он сам говорит, «отслужил окружным лабухом».
– То есть?
– В оркестре Забайкальского военного округа, – со смешком пояснила Вика.
Губанов спохватился, что слишком заболтался и перестал выполнять свои обязанности. Снова пошел по залам, то и дело останавливаясь и наблюдая за посетителями ярмарки, если те по какой-то причине казались подозрительными. До окончания первого выставочного дня он периодически подходил к Вике, в руках у которой каждый раз оказывалась другая книга.
– Неужели ты успеваешь прочитать целиком? – удивился он.
– Конечно нет, но хотя бы поверхностно просмотреть хочется, чтобы понять, на какую тему написано, каким стилем. Ярмарка всего несколько дней, нужно успеть как можно больше.
– Неужели и завтра будешь здесь торчать?
– И завтра, и послезавтра.
На следующий день Юрий, направляясь к павильону, заметил Вику в очереди.
– Представляешь, проспала на полчаса, – пожаловалась девушка. – Вчера приехала за два часа до открытия, была в очереди в первой сотне, и удалось войти сразу. А сегодня проспала, не услышала будильник… Вот стою теперь, время теряю.
Юра потянул ее за руку:
– Пойдем, проведу через служебный вход.
Пусть он не знаток литературы и не владеет иностранными языками, но и от него может быть польза человеку, занимающемуся Юго-Восточной Азией.
К закрытию выставки-ярмарки они стали добрыми приятелями, обменялись телефонами, Вика обещала пригласить Юру на свадьбу, заручилась его обещанием поговорить с бывшим одноклассником и убедить его не спешить с женитьбой и вообще «заходить на чашку чая», ведь они по-прежнему живут в одном районе, не на край света ехать.
Прошло уже два с небольшим года, а Губанов так и не собрался повидаться ни с Олегом, ни с его сестрой. Много работал, а в редко выпадавшее свободное время нужно было и своей личной жизнью заняться, и почитать что-нибудь нужное, и в архив ездить.
И вот теперь он спустя столько времени вспомнил о Вике. Но главным образом – о том, что ее жених учится в консерватории. Вспомнить бы теперь, куда он засунул бумажку с номером телефона…
* * *
– Приглашения на свадьбу я так и не дождался. Забыла?
– Так ты же ни разу не объявился после выставки. Я и подумала, что мы тебе не интересны. Зачем навязываться? – отпарировала Вика. – А ты, между прочим, обещал на Олежку повоздействовать, чтобы он не спешил жениться. Я на тебя надеялась. Дать тебе его новый телефон? Он теперь со своей женой живет и ее родителями.
– Да я вообще-то тебе звоню, – смешался Юра.
В трубке повисла пауза. Вика явно растерялась
