Читаем без скачивания Делирий - Василий Головачёв

— Нет, всё нормально. — Он неожиданно заговорил о другом. — Шехерезаду отпустите завтра в двенадцать?

— Зачем?

— Мы поедем в ЗАГС.

Из трубки капнула минута молчания.

— Не торопитесь?

— Нет.

— Жду.

В трубке раздались гудки отбоя.

И Афанасий, почувствовав неожиданное облегчение, поехал через всю Москву в Южное Бутово, где жил Малахов.

Несмотря на посты ГИБДД, ремонты трассы и Участки дороги, больше похожие на полосу препятствий, Ылтыын на своей «Марусе» доехал до Пскова за три с половиной часа.

Антирадар ему был не нужен, он и так чувствовал, где стоят скрытые телекамеры либо автомобили ДПС, оборудованные компьютерно-радарными системами.

В половине двенадцатого он остановил машину во дворе дома, где жил экстрасенс, понаблюдал за подъездом и окнами квартиры на первом этаже, принадлежащей Роману, хотел было позвонить ему по телефону и услышал ментальный вызов:

«Кому это я понадобился?»

«Привет, висв, — ответил Ылтыын, шевельнув лопатками; ощущать себя пронизанным лучом «телепатического локатора» было не очень приятно. — Я за тобой».

«Заходи».

«Может, я тебя в машине подожду?»

«Засада тебя не ждёт, поговорить надо. Да и тебе отдохнуть с дороги».

«Как ты меня обнаружил?»

«В окно посмотрел».

Ылтыын подумал, вышел из машины, посмотреть на которую сбежались мальчишки со всего двора.

Роман открыл дверь, одетый в шорты и майку. Они обменялись «локтепожатиями».

— Проходи, я не один.

Ылтыын заглянул в комнату.

Стоявшая у окошка девушка, русоволосая и стройная, одетая в маечку и почти такие же шорты, что и на Романе, оглянулась.

— Здравствуйте.

— Здравствуй, однако, — вежливо сказал Ылтыын.

— Это Алтын, — сказал вошедший следом Роман. — А это Юна.

Ылтыын поклонился.

— Очинно приятно, однако.

— Он говорит по-русски совершенно без акцента, — насмешливо сказал Роман девушке. — Не обращай внимания.

— Извините, — снова поклонился Ылтыын.

Юна засмеялась.

— Я приготовлю стол.

— Я не голоден, — сказал Ылтыын.

— Приготовь, мы пока побеседуем, — сказал Роман.

Юна вышла.

Роман проводил её тающими влюблёнными глазами, заметил взгляд гостя, развёл руками.

— Вот, понимаешь.

— Вполне.

— Она дочь Варсонофия. Он уехал, а она осталась.

На лице Романа читалось скрытое смущение, и Ылтыын понял, что экстрасенс переживает не столько из-за присутствия дочки модератора «Триэн», сколько из-за происшествия со стрельбой и ранением.

— Как нога?

Роман потрогал пальцем лодыжку.

— Нормально, зажила. Пуля пробила икру, я залечил.

— Много их было?

— Трое. — Роман бледно усмехнулся. — Сам виноват. Надо было оценить угрозу до

стрельбы и Действовать по простой схеме. Я мог справиться с ними без дурацкого бегства.

Ылтыын сел на диван, вытянул ноги.

— Не обидишься, если я скажу, что думаю?

— Постараюсь.

— Ты не научился решать жизненные ситуации самостоятельно. Учись соображать, не рассчитывая на готовое. Тебе дали «интуитивку», научили ФАГу, а ты цепляешься за какие-то наработанные схемы.

Роман сжал зубы, скулы затвердели.

— Я не профи спецслужб.

— Ты должен стать профи жизни, это гораздо круче. Не позволяй ментальной лени завладевать мозгами, это опасно. Таких людей легко превратить в марионеток.

— Спасибо за оценку.

— Это не оценка — предостережение.

Роман снова крутанул желваки, сдерживая возражения, помолчал немного, поднял голову.

— Психологию человека изменить трудно.

— Так постарайся. Ты многого добился, добьёшься и большего, если точно поставишь

цель.

— Стать суперменом? — с сарказмом осведомился Роман.

— Стать распорядителем собственной судьбы. Тем более что ты взял на себя обязательства защищать эту девушку. Я не прав?

Вошедшая Юна избавила Романа от необходимости отвечать.

— Всё готово.

— Мы сейчас, — выдавил экстрасенс.

Девушка понимающе удалилась, бросив любопытный взгляд на гостя.

— Ты нужен в Москве, — сказал Ылтыын, переводя разговор.

— Зачем?

— Не догадываешься?

— Кочевник.

— Готовится операция по его захвату. Но есть одно «но».

— Моя безответственность?

— В Москве замечен наш с тобой поединщик.

— Арчибальд?!

— Настроен он решительно, так как получил задание найти оператора, нейтрализовавшего женщину-террористку. Не боишься?

— Ещё чего? — расправил плечи Роман; было видно, что он и в самом деле не считает американца опасным соперником. — Откуда ты знаешь, что Арчибальд собирается предпринять?

— Разведка перехватила его переговоры с Фурсенюком во дворце Юсуповых, в Питере.

— У нас такая крутая разведка?

— Аск[9].

Роман фыркнул, настроение его улучшилось.

— Если у нас такая классная разведка, почему АПГ чувствует себя на Земле вольготно?

— Во-первых, если я говорю «наша разведка», то это не государственная структура, а ковчеговская. Во-вторых, мы занимаемся Ассоциацией недавно, а все властные государственные структуры находятся под контролем Поводырей уже тысячи лет. Вообще, насколько мне известно, АПГ долго являлась единственным надгосударственным игроком мирового масштаба. Теперь появились мы, но если у них многотысячелетний опыт воздействия на людей, то у нас этого опыта кот наплакал. Хотя кое-чему научились и мы. Во всяком случае обошли иерархическую организацию традиционного типа, которую легко можно контролировать теми же способами, что и политические партии, государственные институты и финансовые союзы.

— Через руководителей.

— Соображаешь.

— Но ведь мы должны содержать огромное количество групп, ту же разведку, контрразведку, аналитиков, компьютерщиков.

— «Триэн» не зависит от денег, и поэтому её нельзя убить, перекрыв финансовые каналы.

— Как это? — не поверил Роман.

— Финансы влияют на активность системы, но не на факт её существования. Мы же используем уже существующие структуры и работаем не за страх или денежное вознаграждение, а за совесть. Если официальные организации объединяют сотрудников зарплатой, то мы «склеиваем» людей признанием полезности общего дела. Любую формальную структуру контролируют неформальные лидеры и группы. Они есть в любом министерстве, учреждении, учебном заведении, в армии и администрациях, в том числе — в президентской. В церкви. В корпорациях. В ООН, если хочешь. У нас всё иначе. За членство в Ковчеге люди готовы жертвовать своим временем, ресурсами и даже здоровьем.

— Как ты, — усмехнулся Роман.

— Бывает, жертвуют и жизнью. Хотя, конечно, есть и у нас свои финансовые институты, не зависящие от государственных, и деньги на какие-то мероприятия всегда находятся. Но об этом тебе лучше побеседовать не со мной.

— С Олегом Харитоновичем?

— У нас есть и другие координаторы, идеологи и политики.

— Ты их знаешь?

— Знаю одного. Он не то туркмен по национальности, не то таджик. Захар ия Салахутдинович, прозвище — Тамерлан, женился на русской, да и сам всю жизнь прожил в России. Он по духу русский, как и я, хотя по национальности я иннуит.

Кстати, его дочку зовут Шехерезадой, она — секретарша у Малахова и твой Афоня от нее без ума. Ну, так что, поехали?

Роман пошевелил лопатками, встал, сказал твёрдо:

— Поедем!

— А Юна?

— Останется ждать, в Москве ей делать нечего.

— Может, приставить к ней охрану? Я уполномочен.

Роман заколебался.

— На работу она больше не ходит. да и вообще девочка осторожная. Но одного человечка оставить не мешало бы, на всякий случай.

— Я позвоню кому следует.

— Юна, — позвал Роман.

Девушка стремительно ворвалась в комнату, и по её сияющим глазам Ылтыын понял, что в этом доме царят согласие и любовь.

1

Пока ехали в Москву, Ылтыын объяснил Роману план операции «Кочевник», который разработал Афанасий.

— Это он предложил задействовать тебя в качестве «подсадной утки», — добавил бывший разведчик. — Просил не обижаться.

— Я не обижаюсь, а план хороший, — одобрил идею Роман. — Очень даже перспективный. Один вопрос: кто будет встречаться с Феллером? Или вы тоже рассчитываете на меня?

— Пойду я, — будничным тоном ответил эскимос. — Вряд ли он ожидает увидеть меня после того, что произошло на Аляске, а потом ко мне подключится.

— Олег Харитонович?

— Там, где одному профессионалу делать нечего, двое справятся непременно, — хмыкнул Ылтыын. — Операторы его уровня, да и твоего тоже, для такого дела не требуются. Я озвучу ключевое слово инициации вложенной в него программы, то есть «закладки» в мозгу, и он исполнит всё, что мы ему прикажем. А поможет мне кое-кто из Ё-команды.

— Зачем же тогда еду я?

— Ты очень хорош в резерве.

— Я без шуток, — нахмурился Роман.