За пределами лабиринта стояла Кьяра Нерини, одетая в свою хламиду из некрашеной шерсти. Ее распущенные волосы доходили почти до колен, а между грудями покоился лунный камень размером с яйцо. Несколько месяцев достаточно привольной жизни в свите донны Изабеллы сгладили острые линии ее подбородка и скул, и глаза перестали казаться такими впавшими, как раньше. Ее бабушке и сестрам тоже жилось хорошо, а их книжная лавка потихоньку возрождалась к активной жизни под покровительством дома Медичи. Кьяре уже нечего переживать за их благополучие. Руан обо всем позаботился.
— Пройди в центр лабиринта, сестра Кьяра, — промолвил Франческо. — Мы соединим вместе силы солнца, земли и луны.
Хорошо зная великого герцога, Руан не мог не почувствовать радостного возбуждения в его голосе. Франческо действительно верил, что присутствие девушки изменит ход всего эксперимента. Ладно, пусть будет так, как он хочет. Франческо и так уже потратил слишком много времени и денег на то, чтобы совладать с врагами, пользуясь своим новым положением великого герцога, а также на то, чтобы продолжать странные отношения со своей праздной любовницей, но вместе с тем тайком от нее ходить к шлюхам в самые грязные кварталы Флоренции. Пора снова браться за работу. Руан имел неосторожность связать себя обещаниями доктору Джону Ди из Лондона, и теперь ему нужно было раздобыть немало золота, чтобы сдержать свое слово.
Девушка начала движение по лабиринту, обходя все изгибы, призванные символизировать силу женского начала.
Руан прикрыл глаза и сконцентрировался на предстоящей стадии насыщения. Она заключалась в трансформации caput mortuum[45] плотной субстанции темно-красного цвета, получившейся в результате стадии прокаливания, в очищенную блестящую ртуть. Получится ли у них это сейчас, когда за первую и самую опасную задачу по размельчению красного камня возьмется девушка? В нем действительно содержался элемент Венеры, и есть надежда на то, что Венера откликнется на прикосновение женских рук. В прошлый раз стадия насыщения с треском провалилась, и сейчас Руан мысленно призывал всех ручных волков святого Петрока[46], только чтобы эксперимент прошел успешно.
Наконец девушка дошла до центра лабиринта.
— Я пришла, — сказала она чистым и звонким голосом, как у новопостриженной монахини. В какой-то степени она ею и была. — Приветствую вас, ваша светлость, и вас, магистр Руанно.
— Здесь, и только здесь, называй меня магистром Франческо, — сказал великий герцог. — В лаборатории я всего лишь мастер великого искусства.
— Приветствую вас, магистр Франческо, — повторила девушка. Руан услышал трепет благоговения в ее голосе. Это хорошо. Можно надеяться на то, что нервное напряжение заставит ее сконцентрировать внимание и выполнить все задачи точно и аккуратно.
— Venite, Sol, Luna et Terra, — торжественно произнес Франческо. Его слова значили «Придите, солнце, луна и земля». Он начал читать длинное и пафосное — даже чересчур пафосное — заклинание на латыни. Девушка смотрела на него, словно завороженная. А Руан тем временем пытался не вслушиваться в латинский текст, а вместо этого все думал о предстоящей стадии насыщения. Почему в прошлый раз у них ничего не вышло? Как сделать так, чтобы на этот раз все прошло удачно? От чего это зависит?
— Аминь, — сказал наконец Франческо. — А теперь мы пройдем через лабиринт наружу. Сестра Кьяра, твоим первым поручением будет измельчить caput mortuum до состояния мельчайшей пыли так, чтобы даже легкое дыхание смогло поднять эту пыль со дна каменной ступы.
Руан отдал должное девушке, когда она не стала задавать лишних вопросов, по крайней мере, до тех пор, пока они не вышли из лабиринта.
— А что такое caput mortuum?
— Это результат предыдущей стадии прокаливания, — ответил Франческо. — В этом красном камне содержится, помимо всего прочего, элемент Венеры. Видишь этот камень в ступе? Так вот, поскольку в нем содержится элемент Венеры, я полагаю, он должен откликнуться на женское начало.
Кьяра посмотрела на содержимое ступки и нахмурилась.
— А я узнаю этот камень, — сказала она.
«Она ведет себя точно так же, как и я, должно быть, вел себя лет пятнадцать назад в Вене, когда Конрад Павер обучал меня работе с металлами. Такая же неопытная, но гордая. И так же спешит проявить те скудные знания, что у нее есть», — подумал Руан.
— Ведь это прокаленная ртуть? Я угадала? — продолжала девушка. — Тогда мне лучше прикрыть чем-нибудь рот и нос, пока я буду молоть камень. Потому что если я нечаянно вдохну порошок, я заболею и даже могу умереть.
Франческо в недоумении уставился на Кьяру, а Руан не смог удержаться от смеха.
— Ты настоящая дочь алхимика, сестра Кьяра. Это действительно прокаленная ртуть. Видишь тот небольшой ящик? Там лежат шелковые маски. Возьми одну и обмотай вокруг лица.
Кьяра недобро посмотрела на англичанина и дерзко вскинула подбородок. Теперь, когда черты ее лица приобрели приятную округлость, это движение уже не превращало ее в смешную драчливую девчонку.
— Это что, такое испытание? — спросила она. — А если бы я не знала, что это? Вы бы позволили мне работать с открытым лицом?
— Разумеется, это было испытание, — поспешил оправдаться Франческо, взяв себя в руки. — И ты с честью его прошла.
— И, конечно же, мы бы никогда не позволили тебе измельчать этот камень без маски, — добавил Руан.
Она сердито посмотрела на них, словно не до конца верила их словам.
— Надень маску, сестра Кьяра, — приказал Франческо. — Нужно начинать работу.
Кьяре пришлось немного повозиться с шелковой маской, пока ей не удалось как следует завязать ее на затылке. Руан вспомнил, как она рассказывала, что подглядывала за своим отцом в его лаборатории, но, по всей видимости, ей ни разу не приходилось работать самой. Наконец она надела повязку и на какое-то мгновение зажала в руке лунный камень, словно прося у него поддержки. Затем она приступила к работе. Разумеется, она не первый раз в жизни держала в руках ступу с пестиком, но это было на кухне, а не в лаборатории.
— А какой следующий шаг? — спросила она через некоторое время, слегка запыхавшись от прикладываемых усилий.
— Измельченный caput mortuum помещается в атанор, — сказал Франческо. — Мы воспользуемся трапезундской печью твоего отца, чтобы усилить твое влияние, а значит, и влияние Венеры. Затем магистр Руанно добавит эликсир витриоли[47], а ты добавишь белый экстракт терпентина как символ белой непорочной луны. После этого я собственноручно закрою атанор и начну его вращать. Циркуляция элементов приведет к их полному слиянию.
