Раздался звон, потом глухой крик – свет погас. Гарион почувствовал странный болезненный толчок в левой руке.
– Задел, – ухмыльнулся Силк.
– Хороший бросок, – с восхищением протрубил Бэйрек.
– Да, научился кое-чему, – ответил Силк. – Если это Эшарак, я отплатил ему за то, что он обманул меня в конторе Мингана.
– По крайней мере, ему будет о чём подумать, – заключил Волк. – Но теперь нет смысла пробираться тайком через город. Они знают, что мы здесь. Значит, садимся на коней и едем.
Он взобрался на лошадь, остальные последовали его примеру.
Предостерегающий голос смолк, и Гарион уже хотел рассказать об Эшараке, но сделать это на ходу не было никакой возможности.
Добравшись до окраины города, путешественники пустили лошадей в галоп.
Снегопад усиливался, изрытая копытами земля в огромных загонах для скота уже слегка побелела.
– Ночь будет холодной, – прокричал Силк.
– Можно возвратиться в Мерос, – предложил Бэйрек. – Ещё парочка схваток разогреет твою кровь.
Силк рассмеялся и ударил каблуками в бока лошади.
Лагерь олгаров, раскинувшийся в трёх милях к востоку от Мероса, представлял собой большой участок земли, окружённый высоким забором из вбитых в землю кольев. Снег к этому времени почти скрыл поселение серебряным занавесом.
Ворота, по обеим сторонам которых, чадя, шипели факелы, охранялись двумя свирепыми на вид воинами в кожаных наколенниках, припудренных снегом камзолах и круглых стальных шлемах. Наконечники копий блестели в свете факелов.
– Стоять, – приказал один из стражников, наставив копьё на господина Волка. – Что у вас за дело здесь в такое позднее время?
– Мне крайне необходимо поговорить с владельцем табунов, – вежливо ответил Волк. – Могу ли я сойти с коня?
Стражники коротко посовещались между собой.
– Хорошо. Только один, – разрешил наконец воин. Твои спутники пусть отъедут подальше, но остаются на виду.
– Олгары, – пробормотал Силк, – подозрительный; народ.
Господин Волк спрыгнул на землю и, отбросив капюшон, приблизился к воротам. И тут случилось непредвиденное. Старший стражник вгляделся в старика, заметил серебряные волосы, седую бороду, и глаза его широко раскрылись. Он быстро пробормотал что-то товарищу; оба низко поклонились Волку.
– У меня нет времени на церемонии, – раздражённо оборвал Волк, – проводите меня к хозяину.
– Сейчас, о Древнейший! – поспешно ответил воин постарше, спеша открыть ворота.
– Что произошло? – прошептал Гарион тёте Пол.
– Олгары очень суеверны, – коротко ответила она. – Не задавай лишних вопросов.
Они молча ждали; снег опускался на головы и плечи, таял на крупах лошадей.
Прошло около получаса… Вдруг ворота широко открылись, две дюжины конных олгаров, выглядевших очень грозными в обшитых металлическими пластинами кожаных камзолах и стальных шлемах, выгнали на улицу шесть осёдланных коней.
Позади шествовал господин Волк в сопровождении высокого человека с бритой головой; единственная длинная прядь была оставлена на макушке.
– Вы почтили наш лагерь своим посещением, Древнейший, – сказал он, – и я желаю вам удачной дороги.
– Думаю, имея олгарских коней, мы не задержимся, – ответил Волк.
– Мои всадники проводят вас по известной только нам дороге, и через несколько часов вы окажетесь далеко от Мероса. Потом они подождут и убедятся, что за вами нет погони.
– Трудно выразить, как я благодарен вам, великодушный воин, – объявил Волк, кланяясь – Это я должен вечно благодарить богов за то, что смог оказать вам услугу!
– поклонившись в ответ, воскликнул олгар.
Через несколько минут путешественники пересели на новых коней. Часть олгарских воинов скакала впереди, остальные – в арьергарде. Всадники помчались обратно на запад сквозь тёмную снежную ночь.
Глава 10
Постепенно почти незаметно небо стало бледнеть. Неутомимые кони летели навстречу разгорающемуся свету; толстое покрывало снега, лежащее на широкой поверхности Великого Северного пути, заглушало стук копыт. Гарион, оглянувшись, заметил измятые сугробы и извилистую полосу, оставленную кавалькадой; снег, резко белеющий в сероватом тумане, уже начал засыпать следы.
Когда совсем рассвело, господин Волк придержал лошадь, от которой шёл пар, и поехал шагом.
– Далеко успели уйти? – спросил он Силка.
Человечек с лицом хорька стряхнул с плаща снег, огляделся, пытаясь найти хоть какую-то веху в мельтешащем занавесе падающих снежинок.
– Десять лиг, – решил он наконец, – может, чуть больше.
– Отвратительный способ путешествовать, – проворчал Бэйрек, морщась и неловко ёрзая в седле.
– Лучше подумай, как себя чувствует твой конь, – ехидно ухмыльнулся Силк.
– Далеко ещё до Камаара? – спросила тётя Пол.
– От Мероса сорок лиг, – ответил Силк.
– Нужно найти убежище, – решила она. – Нельзя без отдыха промчаться галопом сорок лиг, кто бы там ни преследовал нас.
– Думаю, о погоне беспокоиться не стоит, – сказал Волк. – Олгары задержат Брилла и его прихвостней и даже Эшарака, если им вздумается помчаться вслед.
– Да, по крайней мере олгары хоть на это годятся, – сухо согласился Силк.
– Если я точно помню, здесь недалеко, в пяти милях к западу, должна находиться имперская гостиница, где живут легионеры, – объявил Волк. – Хорошо бы добраться туда к полудню.
– А нам позволят там остановиться? – засомневался Дерник. – Толнедрийцы особым гостеприимством не отличаются.
– Зато они способны продать всё по сходной цене, – возразил Силк. – Неплохое место для ночлега. Даже если Бриллу или Эшараку удастся ускользнуть от олгаров и проследить, куда мы пошли, легионеры не допустят в своих стенах никаких глупостей.
– Что делают толнедрийские солдаты в Сендарии? – спросил Гарион, почувствовав прилив патриотического негодования.
– Толнедрийцы наловчились составлять договоры даже лучше, чем обвешивать покупателей, – пояснил Силк.
– Ты непоследователен, Силк, – хмыкнул Волк. – Не возражаешь против построенных ими приличных дорог, но терпеть не можешь толнедрийских солдат!
Одно без другого не бывает!
– Я и не пытаюсь быть последовательным! – жизнерадостно ответил остроносый акробат. – Если мы собираемся насладиться их сомнительным уютом к полудню, нужно спешить. Не хотелось бы лишить возможности его императорское величество обчистить мои карманы!
– Ну что ж, едем, – согласился Волк, вонзая каблуки в бока олгарского коня, нетерпеливо перебиравшего под ним ногами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
