Отсутствие признания со стороны взрослого больно ранит трехлетнего малыша. Успех и неуспех в делах в этом возрасте теснейшим образом связаны с Я ребенка, и непризнание его достижений – это его личное поражение, это сигнал о его малой ценности и значимости для окружающих. Неудовлетворенность его потребности гордиться собой способна сделать ребенка неуверенным, слезливым, навязчивым и «лживым» – малыш вынужден пускаться на хитрости и обман, чтобы получить похвалу и признание окружающих. Если трехлетний ребенок не испытывает в полной мере уважения взрослого к своим действиям и к себе как их инициатору, ни его деятельность, ни он сам не развиваются полноценно. В более старшем возрасте такие дети страдают комплексами неполноценности чаще, чем их сверстники, ощущают себя ущербными, обделенными. Кроме того, человек, которого не уважали в детстве, успехами которого не гордились, самолюбие которого ущемляли, должен пройти очень большой путь, чтобы научиться уважать других и себя самого.
Если у трехлетнего человека рождаются многочисленные планы и он становится инициативным, если его достижения привлекают внимание взрослого и доброжелательно им оцениваются, качественно новый уровень личности малыша, вступившего в кризис, оказывается своевременно и полноценно сформированным. Это залог психического здоровья и успешного развития ребенка в дальнейшем.
Полноценно сформированная на этапе кризиса трех лет личностная система обеспечивает в дошкольном возрасте ориентацию на общественную жизнь людей и развитие плана воображения, что позволяет ребенку легче овладевать новыми видами ведущей деятельности – игровой и познавательной.
Предметный мир становится для ребенка не только сферой практического действия, но и сферой самореализации. Постепенно рождается самолюбие – мощный стимул к самосовершенствованию. У детей с адекватной самооценкой отношение к себе в определенной степени освобождается от мнения взрослых и служит основой для развития чувства самоуважения. Новые побудители к действию (по сознательно принятому намерению) ложатся в основу развития волевых процессов, процессов социального сравнения и этического развития.
Именно эти новые качества личности определяют развитие ребенка от кризиса трех лет до пика стабильного возраста в пять – пять с половиной лет.
В МИРЕ МУДРЫХ МЫСЛЕЙ
Взрослые забывают, что ребенок – это самостоятельная личность, а не зависимое существо и не яблоко раздора.
Франсуаза ДольтоВозраст почемучек. В первой половине дошкольного возраста интересы ребенка все еще сосредоточены на предметной сфере его жизни, хотя они и отличаются от тех, что были свойственны ему ранее. Малыш начинает постигать скрытые от объективного наблюдения свойства вещей и явлений природы. В его общении с взрослым начинают доминировать познавательные мотивы, а совместная с взрослым деятельность обретает вид не практического, а «теоретического» сотрудничества. Взрослый предстает перед ребенком в новом качестве – не «повелитель вещей», а знаток всего на свете, способный найти выход из любой ситуации, дать нужный совет, снабдить знаниями. А поскольку в этом «теоретическом» сотрудничестве речь, как правило, идет о вещах, не связанных с наличной ситуацией, общение приобретает – впервые после рождения ребенка – внеситуативный характер, оторванный от ситуации конкретного взаимодействия. Этот возраст хорошо известен и ученым и родителям как возраст почемучек. Любой из нас с легкостью вспомнит свои затруднения при ответе на совсем не простые «детские вопросы»: «А Луна – это ночное солнышко или его дочка?»; «Если я сама заплетаю косичку, я уже парикмахер или все еще девочка?»; «Когда ветер дует, погода сердится, когда идет дождь, погода плачет, когда солнышко, погода улыбается, а когда идет снег, погода что делает?». Познавательное развитие детей в этом возрасте протекает очень бурно, и к пяти годам у малыша складывается довольно стройная система представлений об окружающем его мире физических объектов и их свойств.
Однако ребенок все еще чувствует себя неуверенным в области умозрительных рассуждений и без опоры на чувственно воспринимаемый предмет оказывается очень зависимым от взрослого и его отношения к своим конкретным знаниям. Для него важно, чтобы к его познавательным потребностям отнеслись с уважением. Если взрослые отмахиваются от «глупых» вопросов детей или высмеивают их не всегда «научные» представления, то построение детьми субъективного образа мира запаздывает, их кругозор сужается, они неумело реконструируют реальные события в игре, а кроме того, у них портится характер, малыши становятся замкнутыми и неуверенными в себе.
Как развивается чувство социальной компетентности
После пяти лет (на пике стабильного возраста) основные изменения в личности ребенка обусловлены его активным вхождением в мир социальных отношений. Познавательные процессы малышей перемещаются с «мира вещей» на «мир людей». Основной причиной этого является расширение социальных связей ребенка с миром, обогащение его общения с близкими взрослыми за счет контактов с ровесниками и посторонними людьми. Потребность в налаживании и развитии отношений с другими людьми побуждает малыша к целенаправленному поиску и познанию социальной сферы жизнедеятельности людей. Все три личностнообразующие линии отношений ребенка (к другим людям, к себе и к физическому миру) в той или иной мере испытывают на себе влияние этой направленности детских интересов, однако наибольшие изменения претерпевает линия отношения к взрослому.
Впервые на протяжении всей истории своего развития у ребенка внутри стабильного возраста меняется форма общения с окружающими. Из внеситуативно-познавательной, отвечающей потребности детей в познании явлений физического мира, она трансформируется во внеситуативно-личностную, позволяющую малышу приоткрыть тайны человеческих связей и взаимоотношений. Но все-таки мы имеем дело в этом возрасте с количественным ростом, нежели с качественным преобразованием в личности ребенка.
Линия отношения ребенка к окружающим его людямПервая личностнообразующая линия, которая в данном возрасте включает в себя сферу общения ребенка с взрослыми и сверстниками.
Общение с взрослыми в конце дошкольного возраста достигает своего наивысшего развития – внеситуативно-личностной формы. Ведущим мотивом, вызывающим к жизни эту форму коммуникативной деятельности, выступает личностный мотив, в котором находит свое отражение потребность старшего дошкольника во взаимопонимании и сопереживании со стороны старшего партнера по общению.
После нескольких лет демонстративного отделения от взрослого ребенок вдруг неожиданно начинает испытывать нужду в тесном личностном контакте с ним, прислушивается к его мнению, охотно исполняет его поручения и стремится соответствовать тем позитивным оценкам, которыми награждают его родители, родственники или воспитатели. Старший дошкольник ищет в общении с взрослым не только его доброжелательности и внимания, подобно младенцу, а особого расположения к себе как умелому, знающему и правильно себя ведущему. Собственное социальное поведение детей становится одной из важнейших забот малыша в указанном возрасте. Приведем пример. Шестилетний Миша готовится к первому в своей жизни экзамену в музыкальной студии. Он должен исполнить одну из пьес, которые выучил совсем недавно, и очень волнуется. «И вы думаете, он репетировал само музыкальное произведение перед экзаменом? – рассказывает его мама. – Ничего подобного. Он репетировал, как он войдет в класс, как поклонится и куда лучше отводить взгляд от нот – вверх или в сторону». Это поведение очень типично для детей пяти-шести лет. Открывая для себя в этом возрасте новые (преимущественно личностные и социальные) качества взрослых, ребенок отражает поначалу только одну сторону их общественной жизни – поведенческую, обходя вниманием лежащие за ней сущностные особенности.
Такая поверхностность в оценке социальных функций взрослого особенно заметна в играх пятилетних детей. Если посмотреть, как, например, играет в школу девочка этого возраста, то можно заметить, что, рассадив за импровизированные парты всех своих кукол, она будет монотонно повторять одно и то же: ходить с важным видом взад и вперед или делать им замечания суровым голосом, даже не пытаясь что-то им объяснить, вызвать к доске, поставить оценку в дневник.
Дети с внеситуативно-личностной формой общения часто идеализируют взрослого, и к великому сожалению, в указанном возрасте это происходит не с близкими, а с посторонними людьми. Весьма обидное для родителей, это свойство детей тем не менее очень полезное и важное. Признание авторитетности любого взрослого просто потому, что он взрослый, а значит, заведомо умный, добрый и знающий, подготавливает ребенка к восприятию знаний от человека постороннего, например педагога в детском саду, а затем и учителя. Примером такой идеализации могут служить данные Е. О. Смирновой. Показывая детям изображение клыкастого злого волка на картинке, она говорила им: «Волк хороший, он не топчет траву, бегает по дорожкам, любит цветы». Затем она демонстрировала на картинке милого пушистого зайчика и заявляла: «Заяц плохой: грызет капусту на огороде, морковку, он вредный». Трехлетние дети тут же пускались в споры: «Нет, волк плохой, а заяц хороший, я в книжке читал». Дети четырех-пяти лет начинают искать спрятанный подвох и засыпать экспериментатора вопросами, иногда и вовсе не относящимися к теме занятия: «А где вы взяли такую картинку?», «А почему волк хороший, а сам хмурится?», «А зайчик в домике живет или в норке?». Дети пяти – семи лет пытаются осмыслить сказанное, ищут и находят объяснение словам взрослого, идущим вразрез с их представлениями и знаниями: «Вообще-то волки злые, но этот волк хороший. Вон и хвостик у него такой… пушистый». Но самое интересное, что эти дети в отличие от более юных созданий лучше всего запоминали слова экспериментатора. Более того, многие из них спустя время пускались в споры с родителями и пытались доказать, что «волки не злые, ну почти не злые, ну не все злые, и вообще, они морковку в огороде не сгрызают».
