после которого дух волка перешел в его тело. Верно?
– В вашем исполнении это звучит как-то не так, – проворчала она.
– А поскольку Эдвард был великим воином, то дух волка стал покровительствовать и всему роду Олдброков.
– Это ведь очень логично!
– Конечно, – с иронией подтвердил он, покосившись на девушку. – Это все объясняет.
– Не все на самом деле, – вздохнула Джейн. – Так и неясно, кто писал мне письма. И почему Максимилиана Олдброка загрызли волки, если он сам наполовину волк. Но если миссис Олдброк – вервольф, то это она могла убить Марту.
– Да, вы говорили, служанка рассыпала вилочки, – покивал он.
– Посмотрите, – Джейн махнула рукой влево, где очередная жительница Вуденкерса обмазывала дверной косяк грязью, смешанной с кровью. – Эти ритуалы не могли появиться из ниоткуда. В городе Олдброков считают проклятыми, я слышала.
– Если они вервольфы, то, выходит, не зря.
– В индейском племени с вами бы не согласились, – покачала она головой. – Это великая честь – получить способность обращаться в тотемного зверя.
– А ваш вождь имел духа-покровителя? – заинтересовался Ральф.
– Да. Его тотем – орел, я вам говорила. Быстрый Охотник один из самых ловких и метких мужчин, что я встречала. Стреляет белке прямо в глаз!
– Такого жениха упустили, – вздохнул он и поцокал языком, и Джейн, остановившись, с подозрением на него посмотрела.
– Вы ведь не принимаете всерьез мои слова, – поняла она.
– Боюсь, эта версия не кажется мне правдоподобной, – уклончиво ответил он. – Но мне очень интересно, продолжайте.
Рыжие кудряшки выбивались из-под шляпы, обрамляя лицо мисс Уокер. Он потянул за рыжую прядь, выпрямляя ее, и отпустил, и она снова завилась пружинкой. У мисс Блювенгейз тоже хорошие волосы – густые, русые, всегда тщательно уложенные. Идеально ровный пробор – словно под линейку. Если из прически и выбивались локоны, то аккуратно, с математической точностью подчеркивая линию шеи, и ему никогда не хотелось их потрогать. А вот мисс Уокер как-то так действовала на него, что хотелось немедленно распустить руки и потрогать ее всю…
– Вы ведете себя неприлично, инспектор, – одернула его Джейн.
– Зачтем очередной удар зонтом? – предложил он. – У меня их осталось штук пять, не меньше. И пепельница.
– Что вы делали у мисс Блювенгейз? – спросила она вдруг.
– Я был там по делам, – ответил Ральф. – Кстати сказать, со всеми этими делами я с утра ничего не ел. Не составите ли мне компанию за обедом, мисс Уокер?
– У вас припасен очередной пирожок?
– С пирожками покончено.
Зря он не послушал миссис Пампкин и не сделал этого раньше. Словно гора с плеч!
Конечно, Ральф думал о мисс Блювенгейз как о возможной невесте. Это была выгодная партия, как ни посмотри, но брак с ней представлялся душной тюремной камерой. А вот с другой девушкой, яркой, спонтанной и рыжей, это могло бы стать настоящим приключением…
– Давайте зайдем в местный паб, – предложил он. – Не совсем подходящее место для леди, но вариантов нет. К тому же днем там пусто.
– С удовольствием, – ответила Джейн, улыбнувшись.
* * *
Кэтрин вернулась и вошла, не постучавшись, и Элизабет глянула на нее со всей надменной холодностью, на которую только была способна.
– Ты что-то зачастила ко мне, дорогая, – процедила она.
– Милая Бетти, мое сердце разрывается от горя, – сообщила Кэтрин, прижав руки к груди. – Не говори ни слова, я вижу все по твоему лицу. Так больно видеть тебя униженной, раздавленной…
Элизабет молча смотрела на нее, и Кэтрин продолжила вдохновенно вещать:
– Три года ты добивалась его, но он так и не сумел разглядеть в тебе ничего привлекательного. А в мисс Уокер влюбился с первого взгляда. Предпочел яркую красоту скромной утонченности. Знаешь, дорогая, он тебя недостоин…
– Ты права, – согласно кивнула она.
– Да? – не смогла сдержать удивления Кэтрин.
Брови ее, поднявшись вверх, скрылись под густой челкой. Круглые щечки, локоны, кружева – Кэтрин выглядела милой глупышкой, но Элизабет как никто другой знала, какая изощренная злоба кроется в этой голове с дурацкими бантиками. Поэтому она и приблизила ее к себе. Такую змею лучше держать на виду. А еще лучше – сделать ее своим союзником.
– Он, конечно, очень красив… – протянула Кэтрин.
– Внешность не главное в мужчине, – отмахнулась Элизабет, садясь на диван. – Папа давно мне это твердит, но я пропускала его слова мимо ушей. А сейчас понимаю, что зря.
– Ты не сможешь забыть того, кто забрал твое сердце, – неуверенно возразила Кэтрин, чувствуя подвох.
– Мое сердце все еще при мне, – заметила Элизабет. – Бьется там, где и положено.
– Оно кровоточит, израненное равнодушием…
– Другой мужчина исцелит эти раны, – нежно улыбнулась она. – К примеру, мистер Фелстон…
Кэтрин прищурила глаза и села в кресло напротив.
– Бетти, милая, – сказала она, улыбнувшись, но ее голос едва заметно дрогнул, – ты ведь знаешь, что мы с ним почти помолвлены…
– Да, – подтвердила Элизабет и притворно вздохнула. – Ты мне как сестра, дорогая, и отец, видя нашу близость, решил посодействовать твоему браку. А мистер Фелстон всегда готов порадовать начальника… Но куда с большей радостью он бы женился на его дочери. Ты понимаешь меня, Кэти?
Кэтрин стиснула зубы, так что выступили желваки, а после прошипела:
– Если ты расстроишь мою помолвку…
Элизабет улыбнулась, расправила юбку на коленях.
– Расстрою, – кивнула она. – Можешь не сомневаться. Я сама выйду за этого плешивого уродца. Если только…
– Чего ты хочешь?
– Не чего, – ответила Элизабет. – Кого. Представляешь, Ральф сказал, что не нужен мне. Но ведь это мне решать, не правда ли? А я решила, что именно он мне и нужен. Так что, милая Кэти, или ты поможешь мне стать миссис Рейнфорд, или я буду миссис Фелстон. Он не так уж плох. Отец очень его хвалит и даже собирается передать ему часть дел.
– Ладно, – с неприязнью выплюнула Кэтрин. – Я тебе помогу. Но ты ведь понимаешь, что появилась помеха…
Элизабет многозначительно изогнула бровь.
– Разберемся, – пообещала подруга.
Глава 11
Доктору виднее
Над входом в паб «Пасть и корона» висела деревянная вывеска с вырезанной на ней волчьей головой, зубья короны торчали из шерсти, точно рога. Внутри оказалось пусто, как и говорил инспектор, и до странного чисто. Свежевымытый пол влажно блестел, и аромат цветочного мыла почти заглушал пивной запах.
Девушка-подавальщица шустро накрыла деревянный стол свежей скатертью, расставила приборы и замерла в ожидании. Мистер Рейнфорд заказал картофельное пюре с телячьими ребрышками, а Джейн выбрала бифштекс с овощами.
Морс оказался приторно-сладким, и Джейн, отпив маленький глоток, отставила кружку в сторону.
– Здесь неплохо кормят, – сказал мистер Рейнфорд. – Вы не отравитесь.
– Напиток
