соком и поставила стакан на стол. — Да как… с чего вдруг?
Бони виновато развела руками.
— Во-первых, он может сорвать с меня парик и узнает.
— А меня не узнает? — возмутилась в ответ. — Что случилось?.. это ведь всего лишь поцелуй…
— Я буду отвлекать, — упрямо произнесла Бони. — Если поцелую, потом ты можешь пожалеть об этом.
— Да о чём ты? — раздражённо прищурилась и облизала губы.
— Я сказала Невзорову, чтобы даже не пытался, у него ничего не выйдет. Сказала, что твоя мать скорее тебя отправит учиться в Лондон, чем позволит испортить твою учёбу неугодными отношениями…
— Зачем ты это сказала?! Ты вообще нормальная? — прошептала спокойней и обречённо закрыла лицо ладонями. Вот я вляпалась, конечно…
— Не жалуйся, — беззлобно огрызнулась подруга. — Ты сама позволяешь матери управлять твоей жизнью, но я верю, что однажды ты прекратишь это.
— Я же сказала, что подумаю, — произнесла, натянуто улыбнувшись.
Бони понимающе кивнула.
— А знаешь, что мне ответил на это Невзоров?
— Что? — насторожилась, ощущая, как сердце тревожно дрогнуло.
— Сказал, что обойдётся без моих сопливых советов, — рассмеялась Бони. — Думаю, ты от него так просто не отделаешься, так что сама целуй.
Растёрло лицо и поднялась.
— Ладно, я пошла на сцену. Ещё две песни и домой.
— Давай-давай, — помахала подруга.
Поднявшись, подошла к синтезатору, получив укоризненный взгляд Сани. Я так и не переоделась, но уже поздно. Хорошо, что я только играю, а не пою. Постараюсь встать так, чтобы меня практически не было видно.
Развернула подставку с синтезатором и подавилась воздухом от изумления. Невзоров вернулся в компании Ольшанского. Вот его только и не хватало!
Парни подсели к Бони, а Ольшанский, гад такой, послал мне воздушный поцелуй. Кретин. Когда он уже прекратит дурачиться?
— У тебя сегодня много поклонников, — насмешливо протянул Денька.
Миша хмыкнул и сел за барабаны.
— Не отвлекайся, — пригрозил Саня. — Твоя партия очень важная.
— Во время игры, я никогда не отвлекаюсь, — обворожительно улыбнулась в ответ и включила синтезатор…
Две песни пролетели незаметно, а я никогда не устану восхищаться голосом Сани. Он потрясающий певец, настоящий талант. Слушать его можно бесконечно, настолько чистый и приятный голос.
… зрители аплодировали стоя. Многие свистели и просили ещё, не хотели отпускать нас со сцены, а одна девушка даже подарила Сане розу. Это было неожиданно, но очень мило. Особенно милым было Санино покрасневшее лицо.
— Давай помогу, — предложил Миша и начал складывать подставку.
— Спасибо, — улыбнулась в ответ. — Пойду переоденусь и умоюсь.
— А, Лис, подожди, — окликнул он, неловко взъерошив волосы. — Давай сходим в кино в это воскресенье?
— Э-э… — немного зависла я от неожиданности.
— В это воскресенье она занята, — раздался властный голос Невзорова со стороны сцены. Он протянул руку, требуя, чтобы я спустилась. — Мы едем делать Малышу прививки, так что извини, — без всякого раскаянья в голосе и вины произнёс он.
— Ты кто вообще? — не сдержался Миха. — Почему каждый раз влезаешь? Ты не её друг и тем более не парень…
— Думаешь? — невозмутимо отозвался Невзоров, вскинув бровь.
— Так, всё!.. — жёстко оборвала я. — В это воскресенье я еду домой к родителям, так что если хотите, сходите в кино вместе, — закончила раздражённо и стремительно спустилась со сцены, ощущая, как пылают кончики ушей и горят щёки.
Да что же это творится такое?!..
Глава 29
Когда переоделась и вышла в зал, стала свидетельницей странной картины. Бони капалась в телефоне, Невзоров смотрел на сцену, хотя там сейчас пусто, а Ольшанский… посмотрела в окно и усмехнулась. Ольшанский курил на улице, выдыхая струи дыма в ночное небо.
Он всегда кажется таким одиноким… вроде бы со всеми, но всегда один и никого не пускает в зону своего комфорта. Стоит хоть кому-то приблизится, как тут же отстраняется…
Стряхнула наваждение и уверенно направилась к подруге. Невзоров заинтересованно склонил голову.
— Тебе идёт эта куртка, хорошо, что надела.
— Тебя забыла спросить, — притворно улыбнулась в ответ и поправила на плече рюкзак. — Идём?
Бони очнулась, выключила телефон и кивнула.
— Давай, спать хочу ужасно просто, — потянулась она и поперхнулась воздухом, увидев возникшего, словно из ниоткуда, Ольшанского. — Ты приведение?.. так бесшумно подкрадываешься…
— Я за ней, — бесстрастно произнёс он, указав на меня пальцем.
— За мной? — опешила я.
— Да, — ровно кивнул Ольшанский, проигнорировав предостерегающий взгляд Невзорова. — Отвезу тебя домой.
— Но я с подругой и… — мельком посмотрела на Невзорова и сглотнула. Не могу же я вслух сказать, что думала — мажор нас отвезёт.
— Значит, отвезу вас обеих, — невозмутимо хмыкнул Ольшанский и зачесал пятернёй волосы набок. — Давай, малышка, поторопись, ты и так заставила меня ждать.
— Яр… — красноречиво позвал Невзоров, глядя на друга с вызовом. — Может, хватит? Я сам отвезу мелкую…
— Отвезёшь мою девушку? — иронично усмехнулся Ольшанский, выгнув хищную бровь.
— Лис, до завтра, — попрощался, мимо проходящий, Саня. — Не забудь про репетицию.
— Какой милый мальчик, — усмехнулась Бони, провожая Саню заинтересованным взглядом.
— Мы поедем на такси, — произнесла я, переводя взгляд с одного парня на другого.
— Достало… — психанул Невзоров и, подхватив меня на руки, закинул на плечо.
— Эй?! — возмутились мы с Бони одновременно, но Стас уже понёс меня на выход.
— Догоняй, если хочешь поехать с нами, — крикнул он, не оборачиваясь. Понятно, что обращался он к моей подруге, не к Ольшанскому же. — Или же можешь поехать с моим другом, я не против.
— Я её не звал, — усмехнулся Ольшанский, следуя за нами. — До завтра, малышка, — махнул мне рукой и направился к своей крутой спортивной тачке.
Стас запихал меня в джип и собственноручно пристегнул.
— Ты что себе позволяешь? — спросила серьёзно. — Я не вещь, чтобы меня таскать.
Невзоров поднял на меня кристально-голубые глаза, в которых опасно тлен огонёк гнева.
— Ты не вещь, ты упрямая дерзкая девчонка. Так
