– Мы отберем у пойленов лекарства! – воскликнул Джералт, но тут же замолчал под неприязненными взглядами окружающих.
Роуан пояснил, что единственный способ добиться всех этих благ – объединить племена.
– Мы будем драться! – снова встрял Джералт. Люди зашикали на него и вновь обратили лица к Роуану.
– Ланконийский народ должен стать единым, – тихо добавил Роуан, и люди подались вперед, чтобы лучше слышать.
Он открыл свой план объединить племена посредством межплеменных браков и, прежде чем посыпались вопросы, вызвал добровольцев, смелых молодых мужчин и женщин, готовых не умереть, а жить во имя своего племени. Широко улыбаясь, он спросил, кто готов пожертвовать всем и заключить брак с высокими, красивыми, сильными, молодыми, здоровыми вателлами.
Джуру и Джералта едва не затоптала толпа молодых людей, стремившихся стать добровольцами. Джура застыла как вкопанная, потрясенная убедительностью речей Роуана. Не то что Джералт. Он протолкался вперед, чтобы встать перед толпой.
– И вы так легко посылаете детей на смерть? – прогремел он. – Этому англичанину ничего не известно о наших обычаях. Он поведет вас на верную гибель. Вателлы перережут ириалов.
Джура с ужасом увидела, как трое английских рыцарей атаковали Джералта и сбили на землю. Джура среагировала моментально, впрочем, как Ксанте и двое других стражников. Она схватила Нейла за волосы и приставила к горлу кинжал.
– Отпусти его! – велела она и прижала острие кинжала так, что под воротничок Нейла поползла струйка крови. Нейл отпустил Джералта и выпрямился. Остальные двое последовали его примеру.
Толпа с интересом наблюдала за новым зрелищем.
Взбешенный Роуан спрыгнул со скамьи и встал за спиной Джуры.
– Немедленно оставь его в покое, – приказал он.
– Этот человек напал на моего брата, и я имею полное право перерезать ему глотку.
Нейл корчился от унижения. Подумать только, его одолела женщина!
Кто-то из англичан крикнул:
– Он вел изменнические речи!
Роуан стискивал предплечье Джуры, пока она не разжала рук, после чего потянул ее к каменному сараю, где можно было потолковать без посторонних глаз.
– Почему? – спросил он. – Почему ты испортила все, чего я успел добиться? Люди слушали меня. Ты моя жена, мой помощник и союзник, и все же при каждом удобном случае ставишь мне палки в колеса.
– Я?! – ахнула Джура. – Это твои люди напали на моего брата. Прикажешь стоять рядом и позволить им разорвать его в клочья?
– Я ваш король, и когда кто-то публично выражает недоверие к моим речам – это государственная измена, – терпеливо пояснил он.
– Измена? – удивилась Джура. – Но в Ланконии тебе придется заслужить право называться королем. Тал назначил тебя своей волей, но мы можем тебя свергнуть. Мы не твои глупые англичане, которые стоят на коленях перед сыном короля, даже если он – слюнявый идиот. Джералт имел полное право говорить все, что думает. И не забудь, что он тоже сын Тала. Кроме того, он сказал чистую правду.
– Ириалы готовы последовать за мной, а именно этого не хочется тебе и твоему брату, верно? Если мне не удастся объединить племена, люди захотят видеть на троне твоего воинственного братца. И поэтому ты готова сделать все, чтобы мое падение стало неизбежным.
– Ты надутый, тщеславный дурак! – завопила Джура. – Все хотят, чтобы твой план удался, но мы, здешние жители, понимаем, что это невозможно. О да, ириалы слушают тебя, ты умеешь красиво говорить, и мне почти захотелось выйти за вателла, но если приедешь к Брите с этими молодыми неумехами, она, злорадно потирая руки, прикажет прикончить всех до единого. Она с радостью ослабит силы ириалов, чтобы захватить их земли. Ей нужны наши плодородные поля.
– Тогда я поеду туда один, – решил Роуан. – И сам поговорю с Бритой.
– И она захватит тебя в заложники, потребует выкупа, и, чтобы получить тебя живым, придется дорого заплатить.
Роуан подался вперед.
– Тогда не плати выкуп. Если меня возьмут в плен, считай, что я не заслужил королевской короны.
– Позволить вателлам удерживать нашего короля? – взвилась Джура. – За такое оскорбление мы сотрем их с лица земли! Мы…
И тут она осеклась, потому что Роуан поцеловал ее. Просто потому что не смог придумать другого способа заставить ее замолчать. И Джура вложила в ответный поцелуй всю так долго копившуюся страсть.
Большая ладонь легла на ее затылок и чуть наклонила голову, чтобы ему удобнее было целовать ее. Долго, пылко. Исступленно.
– Не противься мне, Джура, – тихо попросил он. – Будь моей женой. Стой за меня.
Она поспешно отстранилась.
– Если быть твоей женой означает молча смотреть, как ты ведешь мой народ на смерть, я скорее покончу с собой.
Роуан выпрямился.
– Отец перед смертью поручил мне объединить племена, и я поклялся выполнить его волю. Ты считаешь, что война – единственный способ решить эту проблему, но есть и другие пути. Я только молю Бога, чтобы ириалы были счастливее в браке, чем я.
Он повернулся, чтобы уйти.
– Нет! – воскликнула она, схватив его за руку. – Умоляю, не делай этого! Люди доверяют тебе! Я видела их глаза. Они пойдут за тобой. Не веди их на смерть!
– Я хочу, чтобы ты молила меня овладеть тобой. И ничего больше. Ты моя жена. Твоя обязанность – встречать меня из битвы, заботиться о моей еде и родить мне детей. И мне не нужны женские советы, чтобы править страной.
Он повернулся и вышел. Джура осталась одна в темном, холодном сарае, пытаясь унять бушующий в душе гнев. Этого человека необходимо остановить! Люди готовы пойти за ним, потому что он поразил их своими речами. Очаровал, как ее в тот день у реки. Она тоже последовала бы за ним, попроси он ее об этом, но теперь рассудок вернулся к ней, и она прислушивается к голосу разума, больше не ослепленная его красотой.
Его необходимо остановить!
Она решительно зашагала к выходу, но кто-то загородил ей дорогу.
– Силин? – недоверчиво прошептала она.
– Да. Мы могли бы поговорить?
Джура услышала за дверью шум, и ее охватило нетерпение оказаться в толпе. Может, она еще сумеет помешать людям послушаться Роуана.
– Ты все еще ненавидишь его? – тихо спросила Силин.
Джура гневно вскинулась:
– Но ведь ты посчитала, будто я так хотела его, что ради этого предала лучшую подругу!
– Я ошибалась, – призналась Силин. – Потому что ревновала.
Что-то в ее тоне успокоило девушку.
– Ревновала? Ты любишь его?
– Да, – просто ответила Силин. – Полюбила с первого взгляда. У него доброе сердце. Он заботлив, искренен и готов рискнуть всем, чтобы объединить племена. Он знает, что может погибнуть.
– Да, и унести с собой несколько сотен ириалов, – кивнула Джура. – Благородная цель не спасет их от нападения Бриты.
