Стил отбросил одеяло, и Меган оказалась на прохладных простынях. Он разделся, лег рядом с ней и начал ласкать ее. Каждый мускул его напрягшегося тела дрожал от сдерживаемого желания. Он гладил и целовал ее до тех пор, пока в ней не вспыхнула неодолимая страсть и она тихо застонала, не в силах более терпеть эту сладкую муку.
— Стил, прошу тебя…
— Уже скоро, любимая. Это все для тебя. Для тебя.
Меган хотела сказать, что готова отдать ему всю себя, но как только ее губы раскрылись, чтобы произнести его имя, его рука, ласкавшая ее живот, достигла темного треугольника. Меган вся затрепетала, заметалась, как в лихорадке, и впилась пальцами в широкие плечи Стила.
— О Стил, пощади меня, я больше не могу…
— Да, Меган, — хрипло прошептал он, — да…
Они слились воедино. Стил приник к ней, вложил в объятие всю свою силу и бесконечную нежность. Меган выгнулась ему навстречу, чтобы вобрать его в себя, чтобы он заполнил ее целиком, растворился в ее сокровенных глубинах. Их блестящие в полумраке тела двигались в одном ритме, сердца бились в унисон, все быстрее и быстрее…
— Стил! — вскрикнула Меган, первой достигнув пика блаженства.
— О-о, моя Меган, — в то же мгновение застонал Стил, содрогаясь от спазм, пронзивших его тело.
Обессиленный, он весь обмяк, повторяя ее имя хриплым шепотом. Опершись на локти, он медленно поцеловал ее и нехотя отпустил, укладываясь рядом и притягивая ее гибкое тело к себе. Несколько минут они лежали, не шевелясь и погружаясь в блаженное расслабление. Ночная прохлада охлаждала их разгоряченные тела, и Стил потянулся за одеялом.
Меган тесно прижалась к Стилу, наслаждаясь близостью его тела и чувствуя, как ее охватывает сладкое забытье.
— Жирафа не надо, — сказала она тихо, не в силах сопротивляться подступающему сну.
Стил улыбнулся и погладил светлые волосы Меган, перебирая шелковистые пряди. Через несколько минут Меган уже крепко спала. Мягкий свет ночника освещал ее лицо. Стил залюбовался ею и прижался к ней еще теснее. Внезапно резкая складка прорезала его гладкий лоб. Тревога кинжалом пронзила сердце.
Он любил эту женщину с такой страстью и нежностью, которых не подозревал в себе раньше. Она превосходила все те смутные образы, которые он рисовал в своем воображении, думая об идеальной возлюбленной, которую и не надеялся встретить в жизни. Она воплощала в себе все, что он хотел видеть в женщине. Лучшего подарка судьба не могла бы ему сделать, даже если бы он бросил миллион монеток в волшебный фонтан.
Он заговорил с Меган о будущем в тот момент, когда уверил ее, что кошмар, в который вовлек ее Бодин, скоро кончится. Что будет, когда они выполнят свой долг перед обществом и Бодин окажется за решеткой? «И тогда…» — сказал он… Что тогда? Будущее все еще рисовалось неясной массой вопросов, остающихся без ответов. Последние дни он отодвинул эти вопросы в самый дальний уголок сознания и целиком сосредоточился на хитроумных планах по задержанию Бодина. Но ему придется принять решение, и очень скоро.
Мысль о возможной разлуке с Меган пугала его, причиняла невыносимую боль. Но стоило ему представить себе ее скорбь и слезы, если его убьют, как эта боль возрастала и смешивала все его понятия о добре и зле. Эта постоянная внутренняя борьба, мучительная нерешительность совершенно измотали его. Нет, сейчас не время об этом думать. Все силы его ума должны сосредоточиться на одном: на завтрашнем дне, который таит огромную опасность для Меган, столкнув ее лицом к лицу с Бодином.
Стараясь не разбудить Меган, Стил встал с кровати и оделся. Он предупредил Меган, что не сможет остаться на всю ночь. Если люди Бодана организуют за ней слежку с самого утра, они не должны видеть, как он выходит из ее дома. Он попрощался с Меган долгим взглядом, прерывисто вздохнул, повернулся и торопливо вышел из квартиры, осторожно закрыв за собой дверь.
На следующий день Меган надела ярко-голубое платье. Они договорились, что она наденет именно это платье. Стил сфотографировал ее в нем и раздал фотографии полицейским, которым предстояло сопровождать ее в торговый дом Сойера. Она не знала их в лицо, ей специально не показали их, чтобы она не искала их в толпе и не привлекала к ним внимания. Наливая кофе, она заметила, что у нее дрожат руки, и приказала себе не нервничать и сохранять выдержку и спокойствие.
Около десяти часов утра Меган толкнула массивные двойные двери и вошла в вестибюль торгового дома Сойера.
— Сейчас она уже там, Кейси, — сказал Стил, выглядывая из окна кабинета.
— Да.
— Этот чертов Сойер назначил аукцион на то же время, в которое приходят его дилеры, в надежде, что они еще что-нибудь купят.
— Я знаю об этом, Стил.
— Мне это не нравится, Джоунз.
— Знаю, Дэннер. Это все цветочки. Ягодки впереди.
— Да, но тогда я буду рядом с Меган. Меня сводит с ума бездействие, то, что я вынужден сидеть здесь в четырех стенах.
— Все пройдет гладко, Стил, ручаюсь.
Стил кивнул, прошелся по комнате, потом вернулся к окну, облокотился на подоконник и устремил мрачный взгляд на затянутый смогом город.
В час дня Меган прошла по парку, крепко сжимая в руках квадратный деревянный ящичек размером двенадцать дюймов, с тоской взглянула на фонтан, но не остановилась, а продолжала свой путь. Вскоре она уже входила в «Аллею памяти».
— Здравствуй, Клара, — сказала она с приветливой улыбкой. — Тебе не придется есть принесенный с собой завтрак.
— Миссия выполнена? — спросила Клара.
— Да, зеркало Анри Дюпона для мистера Сэндза у меня. Это так романтично! Он очень хочет порадовать свою жену.
— Да, он необычный человек, — сухо заметила Клара. — Меган, я… я хотела поблагодарить вас за то, что вы так хорошо ко мне отнеслись. Вы поверили в меня и сделали для меня все, что смогли. Меган, послушайте, мне надо вам кое-что сказать. Мистер Сэндз…
— Меган, дорогая, доброе утро! — раздался у двери женский голос. — Есть что-нибудь новенькое для меня?
— Очень много всего, — рассеянно произнесла Меган, продолжая смотреть на Клару.
— Так я пойду? — сказала Клара.
— Может, мы сначала поговорим у меня в кабинете? — предложила Меган.
— Нет! Нет, я так хочу есть, просто умираю с голоду. Мне нужно идти, — Клара направилась к выходу.
— Меган, — недовольно вмешалась посетительница, — я не люблю ждать.
— Что? Ах, простите, пожалуйста. Только уберу вот этот ящичек и покажу вам потрясающие хрустальные солонки. Просто изумительные!
— Надеюсь, — холодно ответила женщина.
Меган заторопилась в свой кабинет и поставила деревянный контейнер на стол. С тоской взглянув на телефон — ей так хотелось позвонить Стилу! — она на секунду задержалась, думая о Кларе. Клара собиралась что-то сказать о Фрэнке Сэндзе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
