– Я сам позабочусь о ней. Вам нет необходимости беспокоиться о моей жене, – добавил он уже более отчетливо.
Элизабет заставила себя улыбнуться.
– Спасибо, Мигель. Я знала, что ты поймешь меня.
Поймешь? Этот человек имел способности к пониманию не больше, чем кролик. Слава богу, она ничего не стала рассказывать ему о привидении.
Выйдя из дома, она бросила взгляд через плечо. Мигель и Мария стояли у окна и смотрели ей вслед. Хочется верить, что своим визитом она не навредила Марии. Ведь она пообещала юной мексиканке, что поможет ей разобраться, что за странные вещи происходят в этом доме. Свое слово она непременно сдержит. В понедельник утром она первым делом позвонит Карсону Харкорту и договорится с ним о встрече.
Элизабет позвонила Карсону из своего кабинета, однако тот, судя по его голосу, был не слишком рад ее слышать.
– Боюсь, что я весь день буду занят, – довольно холодно ответил он. – А что вы хотели?
– Послушайте, Карсон. Я понимаю, что вы сердитесь из-за того, что застали меня в ресторане вместе с Заком. Но это не имеет никакого отношения к моей просьбе увидеться с вами. Я хочу поговорить о том, что происходит на ферме.
Возникла короткая пауза.
– Хорошо. Я почти весь день буду работать в своем офисе. Приезжайте.
– Тогда давайте договоримся на два часа дня. Это время вас устроит?
– Вполне. До встречи. – Он положил трубку, и Элизабет испытала легкое разочарование.
Было ясно, что Карсон больше никогда никуда ее не пригласит. Ей следовало бы расстроиться по этому поводу, однако, по правде говоря, Карсон Харкорт никогда не был ей симпатичен, и она вряд ли когда-нибудь прониклась бы к нему симпатией. Рано или поздно, но разрыв все равно произошел бы. Оно даже лучше, что это случилось сейчас.
На понедельник у нее было запланировано три консультации. На девять была назначена встреча с Джеральдиной Хикмен и ее дочерью Кэрол. Через час после них должна была прийти десятилетняя Нина Мендоса. После нее в списке стоял Ричард Лонг, из группы пациентов, которым для подавления вспышек неконтролируемого гнева было предписано посещать сеансы психотерапии.
Кэрол пришла к Элизабет по настоянию миссис Хикмен, – мать, к своему ужасу, узнала, что ее двенадцатилетняя дочь занималась сексом с несколькими своими одноклассниками.
– Марк заплатил за билет в кино на дневной сеанс, – объяснила Кэрол матери в присутствии Элизабет. – Чем же еще я могла ему отплатить?
Элизабет сделалось дурно при мысли о том, как низко юные девушки ценят себя, точнее свои тела. Эти наивные создания готовы расплачиваться собой даже за такие пустяки, как билет в кино.
Консультации Нине Мендоса оплатил округ. После того как в их дом три раза подряд вызвали полицию, всю семью обязали посещать семейного психолога. Эмилио Мендосу уже арестовывали за появление в пьяном виде, непристойное поведение и сопротивление властям. Позднее выяснилось, что он жестоко избил свою младшую дочь, которой в ту пору было восемь лет, только за то, что она отказалась доесть остававшуюся в ее тарелке еду.
Нину забрали в приемную семью, и лишь после этого родители постепенно пришли к пониманию, что насилие – не лучший способ решения семейных проблем.
Последняя встреча Элизабет, назначенная на утро, была с сорокадвухлетним адвокатом по имени Ричард Лонг. Ричарда направили к Элизабет по решению суда за то, что он избивал жену, причем делал это с такой регулярностью, что ему оставалось либо встречаться с психологом, либо лишиться лицензии и угодить за решетку.
Ричард должен был приходить на занятия группы, которой по вечерам в четверг попеременно руководили Элизабет или Майкл, но до сих пор он делал это крайне нерегулярно. Элизабет сильно сомневалась, что у этого типа есть даже минимальный шанс когда-либо изменить себя к лучшему.
Справившись с делами, Элизабет в полдень вышла из кабинета, перекусила купленным в кафетерии сэндвичем и, выполнив пару неотложных дел, отправилась на встречу с Карсоном.
Домоправительница, молодая мексиканка, впустила ее в дом.
– Сеньор Харкорт ждет вас. Он у себя в кабинете. Пойдемте за мной, отведу вас к нему.
А она хорошенькая, подумала Элизабет. На вид девушке было самое большее двадцать два года. Простые черные брючки и белая блузка нисколько не скрывали женственных, округлых форм. Проводив гостью до дверей кабинета, мексиканка улыбнулась и бесшумно ушла прочь.
Элизабет вошла в кабинет. Сидевший за письменным столом Карсон поднялся.
– Здравствуйте, Элизабет.
– Здравствуйте, Карсон. Спасибо, что согласились уделить мне немного времени.
– Присаживайтесь. Чем могу быть вам полезен?
Стараясь не обращать внимания на его не слишком любезный тон, Элизабет села в соседнее кресло. Карсон тем временем снова занял свое место.
– Я провела ночь пятницы в доме Марии Сантьяго. В нем происходит что-то странное. Надеюсь, вы поможете мне выяснить, в чем там дело.
Следующие двадцать минут Элизабет рассказывала о необычных вещах, происходивших в доме Мигеля и Марии Сантьяго. Поведала она и о своих подозрениях относительно проблем с фундаментом или трубами.
– Ведь это, в конце концов, ферма, – сказала она. – Может, здесь чем-то была заражена земля – еще до того, как приступили к строительству дома. По крайней мере, этим можно было бы объяснить появление необычного запаха. Если вы, конечно, не возражаете, я бы хотела пригласить специалистов. Они осмотрели бы дом и помогли бы разобраться, что с ним такое.
Карсон встал с кресла и теперь возвышался над Элизабет. Ей тоже захотелось встать, но она заставила себя остаться на месте.
– Вообще-то я возражаю. Я очень сильно возражаю против подобных вещей. Мигель Сантьяго – самый младший из бригадиров. Он получил эту должность в обход нескольких других достойных работников. Дом, который вы имеете в виду, был построен всего четыре года назад, и с ним все в полном порядке.
– Я провела ночь в этом доме, Карсон. В нем действительно что-то не так.
– Мария – юная женщина с живым воображением. Ее рассказы повлияли на вас. Вы в ту ночь были под впечатлением ее фантазий. Так что тут больше не о чем говорить.
Элизабет сдержалась, чтобы не вспылить. Выйти из себя – значит лишь усугубить ситуацию.
– Возможно, существует и другое решение проблемы.
– Какое же?
– Может, им стоит переселиться в другое место. В другой дом на территории фермы или где-нибудь неподалеку.
Лицо Карсона стало наливаться кровью.
