Читаем без скачивания Девушки любят похолоднее - Марина Серова

Выйдя из здания, где располагалась лаборатория криминалистов, я села в автомобиль и задумалась, что же мы имеем.

Имели мы не очень много. Утром 23 августа найден (мною!) труп Светланы Измайловой. По подозрению в убийстве задержан продюсер Виталий Чесноков. До этого Георгий Манаров запретил своей дочери Гуле выступать в ансамбле «Сочетание чувств», потому что ему на электронную почту пришло анонимное письмо и порнофотографии, отправленные с компьютера, принадлежащего звукозаписывающей фирме Чеснокова. До убийства у Даши Разметновой пропал младший брат, а солистка ансамбля Алина Светлова постоянно находилась во взвинченном состоянии, не в голосе и даже не всегда могла выступать. Женя Ножкина, безответно влюбленная в продюсера, вдруг начала увлекаться мужчинами, всячески демонстрируя своих поклонников и в этом увлечении тоже ставя под угрозу выступления группы. На место погибшей Светланы претендовала Елена Прянишина, которая сейчас и начнет выступать.

Какие выводы можно сделать? Кто-то, добиваясь своей цели, манипулирует членами группы.

Кто выиграл в результате всех этих событий? На первый взгляд – Елена Прянишина. Значит, нужно поближе познакомиться с ней.

А для начала бросим-ка еще раз любимые косточки. Прошлую подсказку я не поняла. Или они хотели сказать, что не стоит волноваться, если Дык не справится с заданием? Вообще чушь – нет такого задания, с которым бы Дык не справился. Ну ладно, попозже разъяснится, о чем же это мне не следовало волноваться. Итак, повторим попытку посоветоваться с судьбой.

Я вновь достала заветный замшевый мешочек и выкинула двенадцатигранники. Выпало сочетание цифр, которое меня порадовало:

«3+20+25» – «Вы близки к успеху, но кто-то прилагает силы, чтобы помешать вам его достигнуть. Его действия напрасны».

Вот это другое дело! Осталось найти «кого-то».

Искать будем на студии звукозаписи – там, где разворачиваются основные действия. Вообще-то уже восемь вечера. Для творческих людей самое время, чтобы реализовать свой талант. Поэтому, скорее всего, как раз в студии я смогу увидеть всех действующих лиц.

Позвонив Оксане, я выяснила, что вся группа действительно все еще в студии и пробует работать. Замечательно! Вот туда-то мы и отправимся.

В студии я сразу же обратила внимание на двух девиц, которых раньше не видела. По-видимому, это Алина Светлова и Елена Прянишина. Судя по тому, что брюнетка держит в руках гитару, это Елена, которая пришла на место погибшей Светланы Измайловой. Она одного со мной роста и по комплекции подходит, так что вполне может быть действующим лицом, замеченным на бульваре в то злосчастное утро (при желании, она и ключи от машины Чеснокова могла скопировать!).

Вообще-то я никогда серьезно не анализировала свою фигуру. Мне вполне достаточно было знать, что она отличная! А в ходе этого дела оказывается, что несколько человек со спины вполне могут сойти за меня. Обидно даже как-то. Остается надеяться, что свидетели, говорившие о том, что подозреваемый в убийстве похож на меня, не совсем внимательны. А те, кто меня знает, ни за что не перепутают.

Алина Светлова своей фамилии соответствовала: высокая блондинка с не менее привлекательной фигурой, чем у всех участниц ансамбля. Интересно, по какому принципу Виталий подбирал девушек: чтобы была красива или музыкальна? Нужно будет поинтересоваться, после того как вытащу его из КПЗ.

Похожа ли Алина на меня со спины? Пожалуй, нет: у нее более покатые плечи, длиннее шея, шире бедра.

Ну что ж, эту девицу пока оставим в покое, а вот Еленой стоит заняться. Как же мне с ней поговорить?

Репетиция была в самом разгаре. Руководил Максим. Выполняя обязанности звукооператора, он еще и режиссировал. Девочки послушно выполняли его рекомендации, все получалось неплохо. Оксана сидела рядом с ним, смотрела на девчат, но, чувствовалось, думала о своем.

– Давно репетируете? – спросила я ее.

Та кивнула.

– А перерыв не скоро?

Оксана пожала плечами и посмотрела в сторону Максима, из чего я сделала вывод, что все зависит от него. А судя по вдохновенному виду Куркина, перерыв он делать не собирался еще долго.

Тогда я взяла Оксану за руку и вывела ее из студии.

– Скажи мне, пожалуйста, компьютер в студии подключен к Интернету? – спросила я, когда мы вышли на лестничную площадку, где был оборудован уголок для курения.

Оксана сразу же достала сигареты и протянула мне пачку.

– Спасибо, я бросила, – покачала я головой и вопросительно посмотрела на нее.

– Ты что-нибудь сделала, чтобы освободить Виталия? – проигнорировав мой вопрос, Оксана задала свой.

– Я ищу настоящего убийцу. Для этого мне нужно знать, сколько у вас здесь компьютеров и какой из них подключен к Интернету.

– Тот, который в студии, конечно же, нет. А вот в кабинете у Виталия – да.

– Кто имел туда доступ?

– В кабинет может войти любой, он не запирается, даже когда Виталий выходит, – не задумываясь, ответила Оксана, – а вот на компе у него пароль стоит, так что из своих пользоваться им могли только я и Наташа-бухгалтер. А из посторонних Александр Никитович – компьютерщик, который обслуживает наше оборудование, да и тот постоянно спрашивал пароль. Он ведь много компов обслуживает, так что из принципиальных соображений пароли не запоминает.

– А этот Александр Никитович не мог иметь зуб на Виталия? – продолжала допытываться я.

– Что ты, зарплату мы ему не задерживали, жену Виталий у него не отбивал, – надо же, Оксана в состоянии шутить! – так что вряд ли он мог настолько рассердиться на моего мужа, чтобы стоило убивать его артистку.

– Тогда это ты подставляешь Виталия! – В моей шутке была доля провокации. – Допустим, что ты завела любовника и решила избавиться от мужа, чтобы прибрать к рукам его бизнес, – продолжала я развивать свою мысль.

Оксана пожала плечами и не стала оправдываться, сказав только, что более глупого предположения не слышала, и если я и дальше буду выдвигать такие версии, то мужу ее выйти из заключения не суждено.

Пришлось объяснить, что у меня есть сведения: с этого компьютера рассылались письма, порочащие Чеснокова. Поэтому я еще раз попросила Оксану поднапрячься и подумать, кто все-таки мог еще иметь доступ в кабинет.

– В кабинет – кто угодно, – подумав с минуту, повторила Оксана. – Он целый день бывал открыт. А воспользоваться компьютером, мне кажется, сложнее. Кто-нибудь обязательно увидел бы, как кто-то посторонний сидит за Виталиным компом, и поинтересовался, что это ему надо.

Я попросила ее вспомнить 18 августа – именно в этот день была отправлена анонимка.

Оксана пригласила меня в кабинет продюсера и посмотрела на календарь.

– Это была пятница, – начала она припоминать события того дня. – Закончили запись новой песни, вскоре пропал диск. Виталий психанул, сел в машину и уехал, даже меня с собой не взял. Я добиралась домой на троллейбусе. Здесь оставался Куркин, а еще вертелись Даша Разметнова, Света Измайлова и Лена Прянишина.

– Но ведь Прянишина тогда еще не была в составе группы? – решила уточнить я.

– Да, но она все время тут отиралась, уговаривала мужа взять ее еще одной солисткой.

– А кабинет Виталий закрыл перед отъездом? – решила уточнить я.

– Закрыть-то закрыл, – продолжала вспоминать Оксана. – Но запасной ключ всегда оставался в студии. Тут такая идиотская проводка: счетчик почему-то установлен в его кабинете (Виталий все хотел вынести его в коридор, но так до сих пор и не собрался). Как-то пробки вырубились, когда его не было, процесс остановился часа на три: пока нашли Виталия, пока он приехал! С тех пор запасной ключ висит в шкафу в студии.

Выяснив, что о ключе знали все, я попросила Оксану подробнее рассказать про Прянишину.

Елена Прянишина, как я поняла из рассказа Чесноковой, была из тех девушек, кто четко ставит перед собой цели, уверенно идет к ним и всегда добивается своего. Она из довольно обеспеченной семьи, в детстве никогда ни в чем не знала отказа. Учится в Академии госслужбы на факультете туристического бизнеса. Но когда она там учится, никто не знает, потому что чаще всего девица торчит в студии. Чесноков не раз прослушивал ее, отмечал ее музыкальность, но все равно отдавал предпочтение погибшей Светлане.

Елена даже предлагала деньги, чтобы Виталий организовал запись нескольких песен в ее исполнении. Но, во-первых, она все-таки не была певицей, и с ней нужно было еще работать и работать. А во-вторых, не было оригинальных мелодий: когда Чеснокову попадало что-то интересное, он, конечно же, забирал это для своей группы, но вариант с продюсированием Елены держал в уме. Просто сначала хотел раскрутить «Сочетание чувств», а потом заняться солисткой. Поэтому он даже нашел Прянишиной преподавателя вокала, который ставил ей голос, и музыканта, у которого она брала уроки игры на гитаре. То есть в перспективе, как считала Оксана, Виталий собирался работать с Прянишиной. И все же Лене его предложения подождать и поработать над собой совершенно не нравились – время-то идет! Она постоянно приставала с какими-то идеями, даже песни пыталась писать сама. В последнее время становилась все настойчивее и настойчивее. Как только узнала о смерти Светланы, позвонила Чеснокову: «Ну, теперь-то вы меня возьмете?» Тот даже возмутился: «Человек погиб, а эта радуется». Но слышала это только Оксана, ведь действительно Светлану не вернешь, а гастроли не отменишь.