незавершённым, потому что вопросы никогда не прекращаются, то он вынужден прибегнуть к основоположениям, которые выходят за пределы всякого возможного опыта и тем не менее кажутся столь несомненными, что даже обыденный человеческий разум соглашается с ними. Однако вследствие этого разум погружается во мрак и впадает в противоречия, которые, правда, могут привести его к заключению, что где-то в основе лежат скрытые ошибки, но обнаружить их он не в состоянии, так как основоположения, которыми он пользуется, выходят за пределы всякого опыта и в силу этого не признают уже критериев опыта. Поле битвы этих бесконечных споров называется метафизикой».
Что же это за критерии, и положения, которые не признают опыт и выходят за его рамки?
Правильно это вера! Поэтому метафизика — это всегда вера в то, что есть субъект за рамками материального мира вообще! Ярким современным представителям этой буржуазной точки зрения (объяснения мира) является С. Кургинян.
Являясь последователем Маха и фидеизма (буржуазное философское течение дающее предпочтение вере перед наукой, метафизике перед диалектикой) Кургинян ненавидит Ленина как своего непримиримого противника и классового врага.
Интервью С. Кургиняна (18-10-1997 Интервью взяли корреспонденты журнала "Люди" Елена Эрикссен и Александр Терехов).
«— Что вы думаете про Владимира Ленина?
— Бесконечно жестокий и сверхталантливый человек. Все его писания — гуманитарная лабуда, сквозь которую прорывается нечеловеческая воля.»
И далее:
«А Ленин чувствовал, что историю можно мять. Как он рассуждал? Пролетариат — передовой класс, в России пролетариата нет. Как делать историю? Стоп! У класса должна быть партия. С нее начнем, а она сделает класс. Это ж надо додуматься: давайте сначала создадим партию, а потом появится класс! Это вопиющий антимарксизм (и это для меня очевидный плюс).»
Я не буду сейчас разбирать эту по терминологии самого Кургиняна «лабуду», что Ленин создал рабочий класс в России и пр. и пр. Для этого не стоит отнимать время у образованных людей. Пускай с этим он живёт сам. раз это для него «очевидный плюс».
Но следующее его высказывание в этом интервью как раз вписывается в рассматриваемую тему.
С.Кургинян:
— «Это ощущение, что воля есть материальный фактор истории. Сейчас большие физики приходят к убеждению, что в космических процессах непрерывно участвует нечто вроде Воли (совершенно не обязательно мистической), которая противостоит законам распада.»
То есть вдумайтесь человек утверждает, что учёные не какие Або! а физики доказывают существование некоего «нечто» «Воли» (с большой буквы, как и Бог) которое противостоит распаду.
Таким образом, Кургинян ссылаясь на физиков (!), которые почему-то стыдливо молчат, выводит проблему распада (СССР) за рамки опыта и познания, апеллируя к «Воли» (Богу не суть определение) как материальному фактору (объективному) истории (процессу).
Тогда продолжая рассуждать (по Кургиняну) в таком контексте мы должны признать, что распад СССР был этой «Волей» одобрен, а вот распад России нет!
Дальше заниматься разбором этой метафизики от С. Кургиняна нет смысла.
Великий учёный и теоретик НК В. Ленин давно раскрыл и разоблачил попытки буржуазных философов под всякого рода хитростями (фенечками) оспорить существование «объективной истины».
Их попытками забрать эту истину у науки критерием которой является опыт (практика) и передать её субъекту, который находится за рамками нашего познания и бытия за рамками материального мира вообще т. е. Богу в интерпретации Кургиняна «Воли».
В этом вся их истинная сущность и вся их вожделенная мечта. Лишить народ права на объективную истину!
(Ещё 100 лет назад учёные доказали, что мозг людей отличается друг от друга в 40 раз!
Но только немногие знают, что тех, кто 40 не превышает 5 % (я предполагаю максимум 2 %)от всех остальных. Кстати тех, у кого 1 тоже предполагаю всего 2 %.)
Вот, что писал по этому поводу автор «гуманитарной лабуды» по С. Кургиняну, В. Ленин: — «Современный фидеизм вовсе не отвергает науки; он отвергает только «чрезмерные претензии» науки, именно, претензию на объективную истину.»
Другими словами, по Кургиняну наука наукой физика физикой, но истина всегда где-то там за рамками дозволенного нам «мужикам и бабам».
А вот, что, по данному вопросу сказал ещё один не любимчик современного махизма — Ф. Энгельс в «Анти-Дюринг».
«Настоящее же естествознание начинается только со второй половины XV века, и с этого времени оно непрерывно делает все более быстрые успехи. Разложение природы на ее отдельные части, разделение различных процессов и предметов природы на определенные классы, исследование внутреннего строения органических тел по их многообразным анатомическим формам — все это было основным условием тех исполинских успехов, которые были достигнуты в области познания природы за последние четыреста лет. Но тот же способ изучения оставил нам вместе с тем и привычку рассматривать вещи и процессы природы в их обособленности, вне их великой общей связи, и в силу этого — не в движении; а в неподвижном состоянии, не как существенно изменчивые, а как вечно неизменные, не живыми, а мертвыми. Перенесенный Бэконом и Локком из естествознания в философию, этот способ понимания создал специфическую ограниченность последних столетий — метафизический способ мышления».
Теперь понятна такая нелюбовь к Ф. Энгельсу С. Кургиняна, когда тебя называют «специфической ограниченностью последних столетий» тут можно и не просто обидится, а и истерику закатить.
Ф. Энгельс. «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии».
«Старый метод исследования и мышления, который Гегель называет "метафизическим", который имел дело преимущественно с предметами как с чем-то законченным и неизменным и остатки которого до сих пор еще крепко сидят в головах, имел в свое время великое историческое оправдание. Надо было исследовать предметы, прежде чем можно было приступить к исследованию процессов. Надо сначала знать, что такое данный предмет, чтобы можно было заняться теми изменениями, которые с ним происходят. Так именно и обстояло дело в естественных науках. Старая метафизика, считавшая предметы законченными, выросла из такого естествознания, которое изучало предметы неживой и живой природы как нечто законченное. Когда же это изучение отдельных предметов подвинулось настолько далеко, что можно было сделать решительный шаг вперед, то есть перейти к систематическому исследованию тех изменений, которые происходят с этими предметами в самой природе, тогда и в философской области пробил смертный час старой метафизики. И в самом деле, если до конца прошлого столетия естествознание было преимущественно собирающей наукой, наукой о законченных предметах, то в нашем веке оно стало в сущности упорядочивающей наукой, наукой о процессах, о происхождении и развитии этих предметов и о связи, соединяющей эти процессы природы в одно великое целое. Физиология, которая исследует процессы в растительном и животном организме; эмбриология, изучающая развитие отдельного организма
