Глава 38
* С неделю я приглядывал за Вармом одним глазом, а сегодня он неожиданно сам приблизился ко мне. Я спокойно шел через вестибюль гостиницы, как вдруг он возник сбоку и подхватил меня под локоть: ни дать ни взять джентльмен, ведущий даму по неровной тропинке. Само собой, будучи безмерно удивленным, я вздрогнул, и Варм взглянул на меня обиженными глазами. «Так мы помолвлены али как?» – спросил он. Всего девять утра, а он, было видно, успел нализаться. Я потребовал, чтобы Варм перестал за мной следовать, и сам же, не менее его, поразился этой фразе. Я уже несколько дней чувствовал, как он шпионит за мной, однако в тот момент даже не думал высказывать ничего подобного. Впрочем, по виноватому выражению на лице Варма я понял: он уязвлен в самое сердце. Отлично, я дал ему достойный отпор. Тут Варм попросил одолжить доллар, но я отказал. Он, получив ответ, учтиво приподнял старенький пыльный цилиндр, сунул большие пальцы в кармашки жилетки и, гордо вскинув голову, покинул гостиницу. Пройдя под навесом, он остановился и встал на улице, видимо, погреться на солнышке. Широко и с явным удовольствием Варм раскинул руки, словно желая впитать солнечные лучи. В этот момент мимо проезжала повозка с мусором, и он так ловко вскочил на нее сзади, что кучер и не заметил. Нельзя не признать, красиво ушел этот Варм, однако целиком и в общем впечатление он произвел на меня еще худшее, чем когда я первый раз увидел его. И дело вовсе не в выпивке, скорее в пренебрежении гигиеной. Запашок от него тот еще. Не удивлюсь, если Варм скончается еще до приезда тех двоих из Орегона.
* * *
Сегодня день выдался страннее некуда. Утром Варм вновь поджидал меня в вестибюле. Спускаясь, я заметил его первым и успел рассмотреть. Внешне он разительно переменился в лучшую сторону: выкупался, вычистил и починил одежду, навел лоск на лице и аккуратно расчесал бороду. Это был совершенно иной человек, совсем не тот, который приставал ко мне днем ранее. Заметив же меня, он ринулся навстречу через вестибюль. Схватил меня за руку и принялся рассыпаться в извинениях за вчерашний недостойный поступок. Извинения я принял и тем искренне растрогал Варма. Поразительно, но я и сам растрогался, ибо видел перед собой совершенно иную ипостась человека, которого, казалось, успел изучить и довольно тщательно. Варм еще больше удивил меня предложением угостить обедом. Голода я не испытывал, однако приглашение принял, поскольку не терпелось узнать, что за поворот судьбы так переменил прежде столь гнусного и нищего человечишку.
Варм повел меня в ресторан. Совершенно убогое заведение, можно сказать, нужник под названием «Черный череп». Его тепло приветствовал владелец, вонючий, одноглазый, с повязкой в красно-черную шашечку и без единого зуба во рту. Сей сомнительный тип поинтересовался у Варма, как продвигается некая «работа». На что Варм ответил одним словом: «Кипит». Мне это ровным счетом ни о чем не сказало, зато владельца порадовало определенно. Он провел нас к дальнему столику за ширмой и принес две миски безвкусного рагу и буханку хлеба. (Хлеб откровенно попахивал плесенью.) Денег с нас не взяли, а когда я спросил у Варма о природе его дружбы с владельцем «Черепа», тот шепотом поведал, дескать, пока еще не видно, однако есть «сильное предчувствие, что кончится дружба ничем».
После обеда, когда хозяин убрал со стола и задернул для нас ширму, веселость Варма куда-то испарилась. Он сделался серьезен и суров. Помолчав с полминуты и собравшись с мыслями, он заглянул мне в глаза и признался: «Да, вы угадали, я и правда за вами шпионил. Поначалу думал выведать ваши слабости, намеревался убить или нанять кого-нибудь для этой работенки». Стоило только поинтересоваться: зачем Варму моя смерть, как тот ответил: «Я же с первого взгляда раскусил в вас посланника Командора». «Командора? – непонимающим тоном переспросил я. – Какого еще Командора?» Покачав головой, Варм дал понять, что не верит моему притворству, и продолжил: «Мои чувства к вам, мистер Моррис, быстро переменились, и я скажу почему. Вы очень честный человек. Вот, скажем, когда один желает другому доброго утра, он улыбается, но стоит людям разойтись, как улыбка с губ слетает. Все потому, что улыбка поддельная и человек – лгун. Понимаете, о чем речь?» «Все так поступают, – возразил я. – Улыбаться нам велит воспитанность». «Вы не такой, мистер Моррис. У вас на устах улыбка хоть легкая, но держится еще долго после приветствия. Вы подлинно радуетесь встрече с кем бы то ни было. Я замечал за вами подобное множество раз и думал: вот бы мне такого честного человека в соратники. Я бы тогда враз довел работу до конца. Вчерашним утром я намеревался сделать вам предложение, но, как вы помните, совсем забыл, ради чего пришел. Жутко переживал и боялся встречи с вами, вот и решил: стаканчик для храбрости не повредит. – Он опустил взгляд. – Сегодня же поутру я проснулся у себя в лачуге, охваченный жгучим стыдом. Мне и прежде случалось напиваться и приставать к людям, однако на сей раз я пережил иные чувства. Совесть ела меня поедом… О, надеюсь, никогда ее так больше не будить. Я словно головой ударился о потолок, достигнув предела. Возненавидел себя так, что дальше некуда. Зовите это как угодно, хоть прозрением, откровением. Неважно. Главное – сегодня утром я клятвенно пообещал себе изменить жизнь, очистить тело, разум и поделиться с вами секретом. Вы честный человек, а такой-то мне сейчас и нужен больше всего».
И не успел я ответить на эту страстную речь, как Варм извлек из кармана несколько сильно мятых листков бумаги. Разложил их передо мной и попросил взглянуть. Испещренные загадочными письменами, цифрами, вычислениями и рисунками, бумаги сообщали непонятную мне информацию. Пришлось признаться в этом: «Боюсь, мне ваши записи ровным счетом ни о чем не говорят». «Перед вами, – пояснил Варм, – краеугольный камень невероятно важного открытия». «Какого же?» – спросил я. «Нам предстоит, возможно, самое значимое событие в мире науки». – «Так что же это?» Кивнув, Варм собрал листки в неаккуратную стопочку и небрежно спрятал за пазуху. Хихикнул и посмотрел на меня так, словно и в самом деле считал меня очень умным. «Прусите устроить демонстрацию», – убежденно произнес он. «Нет, не прошу». – «И все равно, я вам ее устрою». Встав из-за стола, Варм вынул из кармана брегет и попрощался: «Мне пора. Завтра утром навещу вас в номере и покажу свое открытие в действии. После выслушаю ваше мнение и вердикт». «Вердикт о чем?» – спросил я, потому как представить не мог, что мне предлагают. Варм в ответ лишь покачал головой и заверил меня: «Завтра утром все и обсудим. Такой распорядок вас устроит?» Я сказал этому чудаку, что да, устроит, и он, крепко пожав мне руку, умчался прочь по каким-то безотлагательным делам. Проталкиваясь через прочих посетителей к выходу, Варм смеялся.
